Карен Монинг - Лихорадка теней

— Мы боялись, что Королева вмешивалась в твою судьбу. Она этим славится. Она смотрит в будущее и пытается подстроить незначительные события, подталкивая тут и там, чтобы достичь своих целей, — произнес Питер. — Несколько раз я был практически уверен, что кто-то был в твоей детской перед тем, как я туда входил.

— И вы думаете, что она подсадила мне воспоминания о Темном Короле? Как она могла бы это сделать? Я думала, что она пила из котла. И это стерло бы все, что она знала.

— Кто может о ней что-то сказать? — пожала Исла плечами. — Возможно, у них были фальшивые воспоминания, основательно подправленные или снятые с другого. Возможно, она никогда не пила из котла. Некоторые поговаривают, что она притворяется.

— Что за хрень? На кой вы сюда приперлись? — нетерпеливо сказал Бэрронс.

Исла посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Вы заботились о ней, и мы никогда не смогли бы вас отблагодарить за это, но мы приехали, чтобы забрать ее домой.

— Она дома. И ей нужно спасать мир.

— Мы позаботимся об этом, — сказал Питер, — Именно этим мы и занимаемся.

— Я смотрю, вы превосходно с этим справлялись до сих пор.

Питер посмотрел на него с упреком:

— Ну да, вы-то, справлялись с этим куда лучше. Наши усилия в основном были направлены на охоту за амулетом. За одним из настоящих.

Он прищурился: — Почему?

— Тритон Группа искала его на протяжении веков по разным причинам. Но в последнее время стало просто необходимо его отыскать, потому что, мы выяснили, что это единственный способ захоронить Книгу, — сказал Питер. — Представитель нашей компании слишком поздно услышал об аукционе, где он выставлялся. Мы прибыли в Уэльский замок вскоре после кровавой резни устроенной Джонсоном. Но панк гот, казалось, исчез без следа.

— Злой рок, — пробормотала я. Никогда не забуду этого адского заключения под Бурреном.

— Мы понятия не имели, где был амулет в течение нескольких месяцев. Предполагали, что он у Дэррока, но войти к нему в доверие никому не удавалось. Он не подпускал к себе людей. Потом мы получили рапорт о том, что МакКайла проникла в его лагерь и стала его правой рукой, — его глаза светились гордостью. — Отлично сработано, милая! Ты такая же замечательная и находчивая, как и твоя мама.

— Вы сказали «один из настоящих», — решила я уточнить.

— Согласно легенде, Король сделал множество амулетов, — ответила Исла. — Все они способны поддерживать различные степени иллюзий. Использование которых, все вместе — даровало могущество. Но, только последний мог обмануть самого Короля. Книга стала слишком сильна, чтобы ее можно было остановить другим способом. Иллюзия это единственное оружие, которое сработает против нее.

— Мы были правы, — воскликнула я, посмотрев на Бэрронса.

— В пророчестве все ясно. Тот, кто выжил, должен был использовать амулет, чтобы запечатать Книгу и захоронить ее как можно глубже.

— Такие уже нашлись, — холодно произнес Бэрронс.

— Это не Ваша битва, — мягко сказал Питер. — Мы это начали. Мы и закончим.

Я подалась вперед сидя на краю диванчика, опершись локтями на колени: — Что вы сказали?

— Твоя мама единственная кто должен это сделать. Хотя если, ты хоть немного похожа на нее дорогая, ты думаешь что это твоя проблема. Это-то нас и беспокоит, поэтому и спешили сюда сегодняшней ночью. Исла выжившая. Двадцать три года назад, когда Книга сбежала и завладела ее телом, вселившись в нее. Она знает ее. Она была ею. Она понимает ее. И она единственная, кто может отправить ее на покой.

— Она никогда не оставляет в живых людей, — сказал наотрез Бэрронс.

— Она оставила Фиону живой, — напомнила я.

— Она ела Невидимых. Так что она не в счет.

— Исла смогла вырвать ее из своего тела, — сказал Питер. — Мы знаем, что только она одна, была всегда в состоянии сопротивляться до самого конца, пока та не выпрыгнула из нее, когда она была еще жива и завладела другим, более благодушным носителем.

Бэрронс не выглядел и отдаленно убежденным: — Но не раньше, чем она заставила тебя вырезать весь Хевен.

— Я никогда не говорила, что это было легко, — Грустно сказала Исла, ее глаза потемнели от горестных воспоминаний. — Я презираю то, что она заставила меня сделать. Мне приходится жить с этим каждый день.

— Но она преследует меня, — протестовала я.

— Считывала весь наш род, разыскивая меня, — ответила Исла.

— Но это я выдающаяся личность, — тупо сказала я. Или нет? Я так устала от незнания своего места во всем этом.

Была ли я той, которая обречет мир? Была ли я Возлюбленной? Была ли я Темным Королем? Была ли я вообще человеком? Была ли я той личностью, что предположительно должна захоронить Книгу?

Ответ был «нет» на все вышесказанное. Я была просто Мак Лейн, неуклюжая, мешающаяся у всех под ногами, принимающая глупые решения.

— Да, милая, — сказала Исла. — Но это не твоя битва.

— Твоя битва будет в другой день, — сказал Питер. — Это только одно из многочисленных сражений, когда мы будем призваны биться. Впереди нас ожидают темные времена. Даже с пойманной Книгой, все еще остается проблема со стенами между мирами. Они не могут быть восстановлены без Песни Созидания. Это не наша работа, — он улыбнулся. — У твоих братьев тоже есть свои таланты. Они не могут дождаться встречи с тобой.

— Ах, МакКайла мы снова станем семьей! — сказала Исла и снова начала плакать. — Это все, что я когда-либо хотела.

Я посмотрела на Бэрронса. У него было мрачное выражение лица. Я взглянула обратно на Питера и Ислу. Это все, что я сама когда-либо хотела. Я не была Королем. Я родилась. Я была человеком с семьей. У меня не укладывалось все это в голове. Но мое сердце уже делало попытку.

Семейное воссоединение подождет, Бэрронс, так же как и я не любил изменений правил в игре.

Мы угробили месяцы, готовясь к этому моменту и тут на тебе — накануне сражения появляются мои биологические родители и сообщают, что в нас больше нет необходимости. Что сами будут бороться в этой битве и покончат со злом.

Это напрягало.

— Вы можете отследить ее? — Потребовал Бэрронс.

Ответил Питер: — Исла может. Но точно также отследить ее может и Книга — именно поэтому ей было слишком опасно находиться здесь в Дублине, пока мы не удостоверились, что у МакКайлы есть амулет.

— Как Вы узнали, что он у меня? — спросила я.

— Твоя мать сказала, что почувствовала, как ты соединилась с ним сегодня вечером. И мы тут же приехали.

— Я думаю, что чувствовала, как ты уже соединялась с ним однажды, в начале октября прошлого года, — сказала Исла. — Но это чувство внезапно исчезло, почти также, как и пришло.