Артефакт по вызову - Людмила Вовченко

Вы нарушили три протокола: взаимодействие с запрещённым Переходом, активация Башни Молчания без разрешения и использование нестабильной артефактной связи вне лицензии.

— Где вы вообще прячете эти документы? Под подушкой?

— У нас — архив. Очень большой. Очень пыльный.

— У меня тоже. В голове. И он шепчет: не связывайся с идиотами с манией контроля.

**

Риэль шагнул вперёд.

— Она спасла Башню. Она стабилизировала Переход. Без неё вы бы сейчас вычищали астральную слизь с фасада Академии.

Кей добавил:

— А я, между прочим, теперь снова в реестре живых. Хотите — могу сходить за справкой.

Дозорные переглянулись. Потом главный из них поднял руку:

— Она не задержана. Она — призвана. Совет требует отчёта.

— Чудесно, — вздохнула Зина. — Только сначала я пойду в ванную, съем что-нибудь, что не из магического света, и посплю, как приличный носитель чудесного наследия. Хорошо?

— Через час.

— Через два. Я — женщина. У меня есть моральное право на спа-паузу между подвигами.

**

Через два часа она уже сидела перед Советом. Волосы — распущенные, мокрые. На коленях — тарелка с оладьями, которую она притащила из столовой, вызвав ужас у секретаря совета.

— Итак, — начала она, — вы хотите знать, что произошло. Слушайте внимательно. Я, простая земная судмедэксперт с душой циника и любовью к кофе, проснулась однажды утром и обнаружила, что у меня на груди живой артефакт, вокруг — метафизические катастрофы, а вместо отпуска я получаю ежедневные столкновения с древними сущностями.

Один из магов кашлянул:

— Вы… иронизируете?

— Да. Это мой способ не сойти с ума. Продолжать?

— Пожалуйста.

— Итак: Прототип Артефакта восстановлен. Кей — стабилизирован. Я по-прежнему чувствую Артефакт, но он больше не рвёт реальность на части. Более того, он стал… как часть меня. Не инструмент, а… спутник. Он не диктует — он советует.

— Это… невозможно, — пробормотал кто-то.

— Привет, меня зовут Зина, и я — невозможность с утра до вечера.

**

Когда Совет отпустил их, она вышла в коридор и резко остановилась.

У стены стоял новый страж. Высокий. Серебряные волосы. Уши — вытянутые, словно намёк на эльфийскую породу, но глаза… слишком ясные.

Новая раса?

Он посмотрел на неё. Прямо. Без тени колебаний.

— Ты — Зовущая?

— А ты — кто-то с очень эффектной внешностью и потенциальной проблемой.

— Меня зовут Лайан. Я из рода Ден-Каал, стражей Грани. Мы слышали зов. И мы пришли.

— А вы не могли прислать открытку заранее?

— У нас нет почты. Только врата.

Риэль подошёл, настороженный. Кей — рядом, но молчит.

Зина посмотрела на новоприбывшего:

— Что тебе от меня?

— В вашем мире вскоре появится разлом. Артефакт — ключ. Но ключом можешь быть только ты.

Ты — порог. Ты — проводник. И… ты ждала нас.

Она моргнула:

— Это будет очень долгий день, да?

— Возможно, — мягко улыбнулся Лайан. — Но я принёс чай.

— О. Ну тогда ладно.

**

В комнате она швырнула подушку в стену.

— ОНИ ВСЕ СХОДЯТСЯ КО МНЕ, КАК БУДТО Я СКИДКИ ОБЪЯВИЛА НА СУДЬБУ!

Риэль сел рядом и осторожно пододвинул чашку.

— Можешь выбрать. Просто сказать «нет».

Она уставилась на него. Потом — в чашку. Потом снова на него.

— А ты останешься, если я выберу «нет»?

— Да.

— Тогда… я скажу «да». Потому что, если этот мир нужно спасать, то только с тобой. И с эклерами.

Он улыбнулся. Она вздохнула.

Артефакт на груди пульсировал. Спокойно. Как будто соглашается.

Пора снова двигаться. Но теперь — не одна.

Глава 20.

Глава 20.

Лайан, или Как заварить мироздание на медленном огне

В Академии снова стало тесно. Не физически — энергетически. С появлением Лайана воздух изменился: он был плотнее, будто наполнен намёками. Люди в коридорах начинали предложения и забывали, чем хотели закончить. Порталы зависали в полупроходе. Даже чай в столовой варился дольше обычного и, судя по шепоту студентов, рассказывал анекдоты из временных петель.

Зина стояла у окна и смотрела, как Лайан беседует с ректором Академии. Он двигался с грацией зверя, обладавшего самосознанием и, возможно, дипломом философа. Его волосы сияли при свете одного из трёх солнц, глаза были… зелёные. Но не земные зелёные — а глубокие, с внутренним свечением, как у существ, которых рождает звёздный свет.

— Ну и кто он по-твоему? — спросила она у Кейа, лениво растянувшегося в кресле.

— Гость с Грани. Представитель народа, о котором даже древние маги говорят шёпотом. Существа, родившиеся на границе материи и эфира. У них нет магии. Но у них есть... направление.

— Направление?

— Они не двигаются в пространстве. Они двигаются по смыслу.

— О, прекрасно. Значит, если я завтра проснусь в кастрюле, полной философии и тараканов, это будет твоя вина.

— Нет, это будет твой выбор. Ты же сама всегда говоришь — тебя сюда никто не тащил.

— Кулон меня тащил. Прямо в лоб. Ты был там, не прикидывайся.

**

Позже Лайан сам нашёл Зину. Тихо, как будто пространство само подвинулось, чтобы он появился.

— Ты хочешь знать, кто я, — сказал он. Не вопрос. Констатация.

— Да. И, желательно, без загадок, метафор и обязательного фатализма.

Он улыбнулся — не ухмылкой, а светом.

— Я — Лайан из рода Ден-Каал. Мы охраняем Разломы. Там, где пересекаются миры, мы вяжем смысл, как шов на ткани. И один из Разломов начинает дышать здесь. Через тебя.

— Приятно. А теперь переведи с «галлюциногенного на нормальный».

— Ты Зовущая. Но ты — и Проводник. Ты не только держишь Артефакт. Ты уже им стала.

— А я всё ещё хожу в душ, умываюсь, злюсь и ем пироги. Я, может, Артефакт, но с чувствами.

— Именно поэтому ты — живая дверь. Открываешься тогда, когда важно. Не раньше. Не позже.

**

Вечером они втроём — Зина, Кей и Риэль — собрались на крыше. Стало традицией: обсуждать безумие дня перед тем, как снова шагнуть в него.

— Ну что, — сказала Зина, глядя на небо, где Луны сегодня шли в обратном порядке, — у нас теперь гость из Народа Смысла. В Академии — магический перегруз. Совет подбешён. А в шкафу — остатки вечно теплого вина. Что делаем?

— Празднуем, — предложил Кей.

— Готовимся, — предложил Риэль.