Царица барахолки или мой магический сэконд-хэнд - Элла Яковец

Каменные и деревянные дома тесно жались друг к другу. И каждый был одновременно похож и не похож на окружающие. На островерхих башенках вращались причудливые флюгеры. В основном на морскую тематику. Пока мы топали, я видела несколько видов рыб, осьминога и краба.

Воздух был йодисто-соленый, значит город морской.

“Всегда мечтала чаще бывать на море”, – с долей восторга подумала я, провожая взглядом колоритную горожанку в платье с глубоким вырезом и корзиной, полной рыбы.

Я жадно смотрела на прохожих. На то, как они одеты, как двигаются. На их лица. Такие разные, такие чужие и такие… свои.

Ощущение было странное. Я этот город видела впервые в жизни. Но почему-то он не ощущался чужим. Как будто мои ноги помнили эти мощёные брусчаткой узкие улицы.

Когда мы миновали маленькую площадь, в центре которой стоял небольшой круглый фонтан, изображающий рыбу, стоящую на хвосте, меня захлестнуло такой непонятной радостью, что я приветливо помахала двум глазеющим на меня с балкона подросткам.

– Хорошего дня! – крикнула я.

Горбун тут же ткнул меня в бок, но даже это не смогло испортить мне настроение.

До Собачьего конца идти оказалось не очень далеко, по моим внутренним ощущениям, минут пятнадцать. И когда мы дошли до улицы, над которой висела бронзовая длинная собака, Горбун скомандовал мне остановиться и развесил по тележке несколько бубенчиков и колокольчиков.

“Как чумная телега прямо”, – подумала я, когда потащила нашу повозку дальше. Как ни странно, я совершенно не устала.

“Почему, интересно, Горбун все время берет себе помощниц? – подумала я. – Помощники были бы логичнее. Парни сильнее…”

Вообще мне было интересно.

Хотя после того, как в тачку начали нагружать разные вещи, катить ее стало труднее.

Но мне было все равно прикольно смотреть, как происходит наша работа.

Мы останавливались, Горбун начинал бренчать колотушкой и голосить:

– Старые вещи, принимаю старые вещи!

У некоторых домов его игнорировали. Но большинство что-то выносило.

Судя по виду, Собачий Конец был богаче Тряпичного, из которого мы пришли.

Дома здесь были побольше, садики тоже встречались чаще. И вещи нам выносили явно слуги.

Каждый “товар” Горбун придирчиво осматривал, потом выносил вердикт и выдавал монеты. Обычно одну или две.

Пять монет он дал только один раз. За резной деревянный ящичек и перламутровой инкрустацией. Я даже удивилась, почему такую красоту выбрасывают…

Пока я тащила тележку, у меня в голове наконец-то зашевелились всякие мысли и подозрения, касаемо моего “хозяина”. Было понятно, что он что-то темнит. И меня он вовсе не купил, а взял неизвестно откуда.

И прошлая девушка, Донна, тоже как-то странно к нему попала. А до нее были ещё две, и все недавно.

А вдруг я попала к кому-то вроде Синей Бороды?

Вдруг он маньяк, который убивает своих служанок, пользуясь тем, что до них никому нет дела?

А вдруг…

Тут я вспомнила красное платье, которое я спрятала. Горгон сказал, что оно принадлежало Донне. Если бы она правда убежала с возлюбленным, разве она бросила бы такое платье?

Кажется, в моих интересах разобраться, что произошло с предыдущими девушками…

Ну, если я хочу жить долго и счастливо, конечно…

Воображение тут же нарисовало мне домик на морском берегу, шерифа в распахнутой до пупка белой рубахе… Плетёную колыбельку в тени виноградных лоз…

Я даже почти услышала плеск волн и крики чаек. И увидела, как мой шериф вытирает пот со лба и улыбается мне так, что в груди становится одновременно пусто и сладко…

– Стой, смотри, куда прешь?! – заорал Горбун.

Но поздно. Я со всего маху врезалась в прохожего. Тачка ткнула меня в спину, придав ещё большее ускорение. И человек, на которого я налетела, рухнул на брускачтку.

А я – сверху.

– Ой, простите пожалуйста… – залепетала я, от стыда боясь поднять голову, чтобы посмотреть, кого это я сбила.

Горбун ухватил меня за косу и с силой вздернул обратно на ноги.

– Ваша светлость, с вами все в порядке? – с приторным подобострастием залопотал Горбун. – Моя новая служанка такая нелепая, такая неуклюжая, такая…

– И такая красивая, – сказал мужчина, которого я сбила. Легко поднялся на ноги, пальцы его бесцеремонно сдали мой подбородок. Он повернул мое лицо к себе. Щеки мои вспыхнули так ярко, как будто на них костры развели.

Божечки, как же стыдно!

– Как тебя зовут, милая девушка? – раздался вопрос. Я так и не открыла глаза, чтобы посмотреть на этого человека.

– Отвечай князю, дрянь неблагодарная! – прошипел мне в ухо Горбун.

“Князю?!” – подумала я и открыла глаза.

Это был отважный поступок или слабоумный?

Сначала мне показалось, что передо мной старик. Но уже через секунду я поняла, что это из-за седых волос. Не был князь старым. На вид было сложно сказать, сколько ему лет. Как там говорится? Мужчина, в полном расцвете сил. На смуглой коже светлые глаза выделялись, как две льдины. И взгляд такой… Не то, чтобы он смотрел на меня как на интересное насекомое, но что-то такое в нем было. Невообразимое превосходство. Запредельная уверенность.

– Ты что, оглохла?! – прицедил Горбун мне в самое ухо. И его сильные пальцы ущипнули меня за бок. С вывертом. Так больно, что я чуть не заорала.

– Клеопатра, ваша светлость! – взвизгнула я. – Меня зовут Клеопатра! Я служанка господина Горбуна, то есть Дикона Вирби!

– Клеопатра… – князь медленно покатал мое имя на языке. С похожими интонациями говорил недавно Мойдодыр-Горгон. – Клеопатра…

Сильные пальцы князя всё ещё держали меня за подбородок.

А другая его рука легла на мою талию. Он попытался притянуть меня ближе.

И все вокруг – Горбун, прохожие, которых внезапно оказалось много, выскочившие откуда-то крепкие парни, одетые в зелено-золотую униформу – замерли. И глаза у всех стали стеклянные-стеклянные. Будто каждый понял, что сейчас произойдет. Но вмешиваться и защищать юную девчонку никто не будет.

И тут я вдруг обозлилась!

Это только в самый первый момент я была где-то даже очарована могучей силой и уверенностью, исходящей от этого человека. Но когда он вдруг решил протянуть руки и схватить меня, как понравившуюся вещь, меня перекрыло.

– Руки распускать не надо тут! – я вывернулась из ещё не успевших сомкнуться объятий князя. И после паузы добавила. – Ваша светлость!

– Ты что себе позволяешь?! – зашипел Горбун.

– Ты хоть понимаешь, девчонка, кому дерзишь? – правильные