Свобода как повод влюбиться - Елена Александровна Романова

ты идешь или нет? — Эми торжествующе оскалилась. — Я, если ты не в курсе, вышла за Эдварда де Бьорка. Он обвинитель первого ранга. Помнишь его?

Мой истеричный смех заставил некоторых участников очереди удивленно обернуться.

— Я? Конечно, нет. И кто это?

Эдвард де Бьорк. Обвинитель! Единственный парень из университета, которого я подпустила к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки.

— Ну ты и разиня, Джейн. Эдвард лучший выпускник университета.

— Был. — Произнесла я. — Был лучшим, потом этот титул достался мне.

— Конечно-конечно, — протараторила Эми, — теперь у меня есть право входить в зал библиотеки хоть сто раз на дню. Я иногда помогаю мужу собирать материал для дела. Понимаешь? А сейчас Эдвард в этом особенно нуждается. Пойдем, Джейн, незачем так долго стоять рядом с этими неудачниками.

Я скрипнула зубами.

— Лучше, я постою.

— С ума сошла? Здесь жарко, как в аду.

— Удачи в сборе материала, Эми.

— О, да, — она уже развернулась и бросила через плечо, — это будет дело века, дорогая. Король против де Вера. Мой муж еще ни разу не проигрывал.

Я не сразу среагировала. В голове случилось замыкание, затем что-то хлопнуло, и мысли заполонили разум.

— Эми! — окликнула я, догоняя собеседницу. — Слушай, я согласна, — бесцеремонно уцепилась за её руку, — давай-ка ты мне все расскажешь об этом деле. Опыта у тебя ведь ого-го. Понятное дело, жена такого человека…

Мы вошли в помещение библиотеки. Я все еще держала Эми за руку, и беспрестанно болтала, когда надо мной раздалось:

— Господи, Джейн Хоткинс!

«Господи, Эдвард!» — только и успела подумать.

Мы стояли и смотрели друг на друга, будто увиделись впервые. Карие глаза. Такие же, как и прежде. Даже парфюм тот же самый. Выглядел Эдвард потрясающе. Разве такими бывают мужчины: будто с обложки? Крепкий, высокий, мужественный.

— Джейн, вот так встреча, — проговорил он, делая поклон.

Черт, где же мои манеры?

— Лорд де Бьорк, — состряпала книксен. — Да, давно не виделись.

— Три года, — произнес он, внимательно меня разглядывая.

Ну почему я не надела самое лучшее платье?

— Так вы все-таки знакомы, — удивилась Эми, прошагала к мужу и собственнически ухватила его за локоть.

— Да, — нехотя подтвердила я, — просто из головы вылетело.

— Эдвард, — начала Эми, — я сжалилась над Джейн, когда она стояла на улице. Ей, бедняжке, сюда и за три часа не попасть.

— Ага, весьма кстати, — недовольно буркнула я.

— Работаешь в Ноксе? — заинтересованно спросил Эдвард.

— В Фемиде.

— Что ж, весьма за тебя рад. Это достойное место. Идиотов туда не берут. Есть приличные дела?

— Я только приехала, — не стоит говорить, что я буду выступать на стороне де Вера.

— Если будет нужна помощь, обращайся. И советую взять в конторе карточку. Обычно у законников Фемиды нет проблем со входом в библиотеку.

— Учту.

— Тогда до встречи, Джейн. Был рад тебя увидеть.

Он направился в зал обсуждений, где обычно собирались практикующие законники, ведя за собой Эми. Я нервно покусывала губу. Ненавижу оставаться в проигрыше. Есть ли у меня шанс превзойти Эдварда де Бьорка, не имея ни одного козыря? Хоть амулет от сглаза есть… Господи, какая же я… странная!

Мне нужен был зал с судебной практикой. Надежда на то, что в истории Вергилии был спор вассала с королем, была ничтожной, но зацепки поискать можно.

Следующие три часа я искала эти зацепки с тщанием охотничьей собаки. Но ничего. Ничего. Ничегошеньки! Проигрыш. Конец. Фиаско. Я убила целый день на то, чтобы найти полное и беспросветное ничто. Это так похоже на Джейн Хоткинс, чья жизнь с некоторых пор тоже похожа на беспросветное ничто. И как долго я буду доказывать себе, что мне никогда не найти ни одного доказательства того, что де Вер может самостоятельно принимать решения? Подчинение королю исключает свободу вассала в некоторых вопросах. В вопросах брака в том числе.

Покинув библиотеку в скверном — очень скверном — расположении духа, я наняла кеб и отправилась в контору.

Наша беседа с лордом Клейтоном была довольно напряженной.

— Я несколько дней оберегал вас от этой встречи, — сказал он мне, как только я переступила порог его кабинета. — Но делать это дольше, чревато, — и всучил мне письмо. — Я предполагаю, вас собираются «прощупать», понять, что вы из себя представляете.

Я сломала печать, прочла послание.

— Мне необходимо прибыть во дворец завтра утром.

— Все верно, — подтвердил лорд Клейтон.

— Меня желает видеть король Вергилии? Меня, девушку из Стоунвилля?

— Нет, он желает видеть защитника самого богатого вассала королевства, лорда древнего рода, в котором течет кровь мортов. Он желает увидеть соперника, госпожа Хоткинс… и размазать его по стенке.

— Де Вер знает об этом?

— Вот вы ему и сообщите.

— А вы знали, что обвинителем на суде станет Эдвард де Бьорк?

— Об этом нам стало известно только вчера. По настоянию советника короля Миртела де Бьорка дело взял его сын. Дело будет громким и для них явно выигрышным. Эдвард получит хороший толчок для своей карьеры при дворе.

— Значит, ему это доверили, потому что считают дело плевым? Наверно, смеются надо мной? Какой я для них защитник? Так, шут гороховой. Правда, лорд Клейтон?

Он устало вздохнул, поднялся, подошел к шкафу.

— Хотите выпить, госпожа Хоткинс?

— Ответьте. Я для них деревенщина из Стоунвилля?

— Да, — произнес он, доставая графин и два стакана.

Он наполнил стаканы, протянул мне.

— Успокаивает нервы, — сказал и снова плюхнулся на стул, — я надеялся, что вашей встречи с королем можно избежать.

— Но почему они не передали письмо лично де Веру?

Клейтон усмехнулся.

— Они там были. Роберт упрямый, как черт. Это его и погубит. Три дня продержал людей короля у ворот, а затем спустил собак.

— Да, это решение не было блестящим…

— Это чревато. Думаю, вы убедитесь в этом завтра, — Клейтон махом проглотил содержимое стакана, — но позвольте вопрос, что вы здесь делаете?

— Я была в библиотеке, милорд, а заскочила сюда за карточкой. Боюсь, я действительно просто деревенщина из Стоунвиля… я не знаю, что делать.

— Госпожа Хоткинс, вы не найдете ни одного доказательства тому, что можно ослушаться короля.