Влюбить генерала, или Купидоновы трудности - Ева Финова

ретивых, – выдал вдруг мужик, тот, что с козлиной бородкой, это который стоял по правое плечо от Шана. – Мне б такую, я бы ее объездил… – Поймала на себе его мечтательный взгляд и невольно сморщилась, представляя перспективу более близкого знакомства.

Чудом подавила рвущийся наружу рвотный позыв.

Но… тут я стрельнула глазками в небесного генерала всея Торакс и поняла невероятное – он ревнует! Вот реально же, стоит и весь кипит от ревности!

Мда-а-а. Похоже, рано я обрадовалась, когда получала разнарядку у Афродиты. Потому что это задание видится мне теперь еще более невыполнимым, чем случка строптивого сумеречного коня из упряжки колесницы Аида.

Вздохнула при мысли о грядущих проблемах.

Эх…

– Она моя, – услышала я громкий генеральский голос, возвращаясь к реальности. А немного помолчав, Шан все-таки добавил: – Она моя служанка, и отдавать я ее никому не намерен.

– Ах, служанка? – козлобородый сделал вид, будто что-то понял.

Правда, его сальный взгляд так и провоцировал меня ответить что-нибудь едкое. Но! Но и еще раз но! Вместо этого гордо вздернула подбородок. И тотчас услышала продолжение:

– Не знал, что генеральские служанки нынче ходят в мужских дворянских ханьфу.

Неприятная ухмылка искривила губы генеральского гостя.

– Это особая служанка, – непрозрачно намекнул Шан на ночное рандеву. А я уже и щеку прикусила, и губы пожевать успела, настолько было сложно сдерживаться и не влезть в чужой разговор.

– Ладно, – настырный мужик соизволил перевести тему. – Идем, дружище, дела не ждут. – И с этими словами он по-свойски приобнял Иданушку за плечи как старого приятеля, и повел вперед по коридору, то есть прямо ко мне.

Толпа охранников отправилась следом.

– Слушай, а ты точно еще не наездился, а? – как-то даже тоскливо уточнил он, проходя мимо. Генерал всея Торакс при этом упорно делал вид, будто меня не замечает.

– Нет, – буркнул Шан несколько секунд спустя, когда они вместе со свитой, не считая трех охранников, проплыли мимо с грацией целого стада носорогов.

Как только у’Лин не затоптали – ума не приложу. Правда, один из охранников реально чудом об нее не запнулся. Нечаянно ли – большой вопрос. Но все-таки повезло, в последний момент, вместо того чтобы пнуть бедняжку, военный остановился и сделал шаг в сторону.

– Свободны, – буркнул охранник.

Одно не пойму, они генерала от меня охраняли? Или меня от козлобородого? Зачем это нужно было вообще? Думали, я в драку полезу?

Хм.

Но не буду заморачиваться. С облегчением проводила взглядом уходящую стражу. И пришла к выводу: нужно наконец переодеться.

– Ну что? Идем? – позвала я у’Лин, глядя, как моя наставница с облегчением поднимается на ноги.

– Так ты не врать? – спросила она вдруг. – Теперь я понимать, что ты не врать про ханьфу генерала Шана. Он сам тебе его дать…

Вдох-выдох. Упражнение на эмоциональную выносливость. Записывайте. Представляем перед глазами бегущие по небу белоснежные облачка. Такие воздушные, такие невесомые, такие спокойные и красивые. Чувствуем, как настроение ваше парит в воздухе вместе этими кучерявыми барашками, летающими по лазурному безмятежному небу.

– Эй-эй! – Тычок кулачком в спину отвлекает меня от внутреннего дзэна, который я почти постигла. Еще бы чуть-чуть. Совсем-совсем и…

Да ладно, а если серьезно, то я лишь вспомнила слова персонального учителя по медитации и то, как в экстремальные сроки вернуть себе эмоциональное спокойствие.

– Идем! – упорствовала у’Лин. А в следующую секунду она настолько отважилась и даже толкнула меня в плечо. – Идем, времени нет!

– Да-да, идем. – Я наконец сдвинулась с места. – Но вначале мне нужно переодеться.

– Так и я о чем! – служанка всплеснула руками, будто она и так талдычила про необходимость переодеться поскорее, а я ее не слушала.

Хотя, возможно, так и было. Наверное.

Пожала плечами и поплелась следом за моей наставницей, напрочь позабыв про одну вредную крылатую мелочь, которая, как выяснилось позднее, все прекрасно видела и слышала, выглядывая наружу из окошка генеральской спальни.

Мысль, что своими «благими намерениями» генерал Шан-и-Дан подписал моей купидоновской судьбе смертельный приговор, постигла меня не сразу. Я, понимаешь ли, абсолютно не усматривала никакого подвоха в том, чтобы уснуть в его кровати прошлой ночью. Сказано-сделано. Подумаешь, происшествие? И даже на следующий день после этого события преспокойно делала вид, будто ничего не произошло. А стоило мне добраться до прачечной и переодеться в только что выглаженную бежево-розовую форму служанок небесного дворца, как я и напрочь позабыла о случившемся.

Буквально за секунду выкинула из головы. А может быть, за две. Не суть.

Но очень и очень зря я не придала нашим обнимашкам абсолютно никакого значения.

Да уж. Зря – мало сказано.

Глава 9. В облаках

Плывя по воздуху над морем, раскинувшимся перед взором бескрайним синим полотном, Афродита хмурила прелестное личико. Солнечные лучи играли в золотистых локонах полуобнаженной богини. А думы ее были обращены к странному поведению небесного генерала. Даже искушенной в сердечных делах богине любви было не понять причину столь опрометчивого поступка разумного живого существа. Взмахнув пальчиком, она приблизила к себе ближайшее облачко и воззвала к минувшим событиям, отображая их на белоснежной поверхности.

Вот генерал приказывает привести наложницу по имени Луян-нян. Прелестница, красавица, умница, его наложница была безоговорочно предана своему господину. Она была готова стать тенью генерала Шана и неотступно следовать за ним даже на край света.

Картинка в мельчайших подробностях показала вошедшую в спальные апартаменты огромного дворца. Одетая в дорогой красный шелк, расшитый золотыми драконами, цветами, причудливыми узорами великих мастериц-вышивальщиц Торакса, молодая и телом и душой Луян вплыла в спальню и первым делом склонилась в глубоком поклоне. Черные как смоль длинные прямые волосы, прихваченные золотистой заколкой на затылке, заскользили по плечам. Свет бумажных фонарей причудливо играл бликами в ее локонах, радуя взгляд богини, истинной ценительницы прекрасного.

– Вызывали, мой господин? – тоненький голосок наложницы журчал словно ручеек.

– Да, – недовольно ответил Шан.

Афродита нахмурилась. Ведь заносчивое, неласковое поведение мало кому понравится, особенно такому любящему сердцу, как у Луян. Но