Безжалостный - Екатерина Юдина

особенно глубоких движений, и я ощутила, как его возбужденная плоть пульсирует внутри меня.

Глава 6

Джейкоб пробрался рукой под мою спину, и, словно я ничего не весила, одним ленивым движением перевернул. Так, что теперь я лежала на нем, телом ощущая сталь и жар мышц парня.

Положив ладони на его плечи, я сжала подрагивающие пальцы и сильно зажмурилась. То, что только что произошло, имело множество последствий. Очень плохих, критичных и пагубных. Уже сейчас стоило подумать о них и ужаснуться. Впасть в панику и самобичевание. Но пока мне не хотелось этого делать. Хотя бы до утра.

Эти последствия уже никуда не денутся, и я еще успею себя ими загрызть. Утопиться в проблемах. Но еще хотя бы несколько часов хотелось не думать о плохом.

Мое дыхание постепенно выравнивалось. Становилось глубоким, но медленным. Под кожей разливалась слабость. Я не могла понять, куда делись все силы, но усталость, мягко обволакивающая каждый сантиметр тела, казалась даже приятной. Из-за нее хотелось понежиться и потянуться, разминаясь и благодаря этому еще более явно ощущая ее. Наслаждаясь.

Тем не менее я лежала неподвижно. Пыталась привыкнуть к тому, как внизу живота тянуло и ныло. Уже теперь, когда ощущения поутихли, я ощутила даже легкую саднящую боль. Когда-нибудь она исчезнет, но пока она сбивала с толку, ведь каждое такое впечатление мне было непривычно. Вводило в ступор своей мощью, даже если было еле уловимым.

Тишина затянулась, и я решилась ее разорвать.

— Ты хорошо плаваешь, — прошептала. Я щекой прижималась к его ключице и смотрела на костер. Нужно добавить веток, иначе он скоро погаснет. Хотя мне больше не холодно. Джейкоб согревал лучше огня. — Как ты научился?

— Так же, как и все остальные.

Наверное, я зря заговорила с ним, ведь, стоило мне услышать голос парня, как по телу вновь скользнула дрожь. Неконтролируемая и похожая на миллиард уколов раскаленными иглами. То, что подействовало подобно крепкому алкоголю, опьянившему разум. Я будто была отравлена им, но в какой-то степени мне этого даже хотелось.

— Я пыталась научиться плавать. У меня не получилось, — сказала я, вновь немного сжав ладонь на плече парня. Кожа у Джейкоба была смуглая, грубая и горячая. Почему-то к ней хотелось беспрерывно прикасаться. — Мама, когда была жива, даже нанимала мне учителей по плаванью. Но я всегда неминуемо уходила ко дну.

Я с запозданием поняла, что произнесла нечто личное. Сказала ему про маму. Не критично, но я уже слишком привыкла к тому, что мы не лезем в личные дела друг друга. Наверное, я слишком расслабилась.

— Пожалуйста, расскажи, как ты учился плавать, — попросила, решив, что этой ночью можно затронуть и личное. Хоть немного. — Как это начиналось? Сколько тебе лет было?

Смотря на костер, я ждала ответа, но его не последовало. Опершись одной рукой о траву, я приподнялась. Кожу тут же начало царапать прохладным воздухом. Захотелось вновь прижаться к парню, но я сдержалась.

— Не хочешь рассказывать?

— Не вижу в этом смысла.

— Мне интересно.

— Почему меня должно волновать, что тебе интересно?

Мои губы сами по себе поджались. Наверное, нам действительно не следовало начинать разговор. Когда Джейкоб молчит, не так заметно, что он мудак.

— Пойду, добавлю веток в костер.

Я уже собиралась встать, но парень положил ладонь на мою поясницу и опять прижал к себе. Сделал это слишком внезапно. Так, что я буквально упала на него.

— Лежи.

— Костер погаснет.

— Плевать.

Мои губы еще сильнее поджались, соединившись в тонкую линию. Тем не менее я не стала сопротивляться и вновь прислонилась щекой к его ключице. Сделала это даже несмотря на то, что теперь ощущала уже напряжение из-за этого человека. Но все же ночь продолжалась, и я хотела просто согреться.

Решила, что больше ничего у него спрашивать не буду, но мысленно задалась вопросом: есть ли у него девушка? Логично предположить, что нет. Но все же меня что-то тревожило. Во всяком случае возникало ощущение, что Джейкоб что-то не показывает. Нечто важное. Или же я надумала себе лишнего.

* * *

Мы ушли, как только начало светать. Молча оделись и направились в обход обрыва. Дорога заняла около полутора часов, но когда мы добрались до дома, я сразу побежала в ванную и некоторое время согревалась под горячими струями воды. Отмывалась. Но постаралась поскорее освободить душевую кабинку.

— Ванная свободна! — крикнула Джейкобу, направляясь в спальню.

Одевшись в чистую и сухую одежду, я села на край кровати и, закрыв глаза, перестала дышать. Мокрая ткань больше не липла к коже, и мне не было холодно, но я все равно дрожала. Против воли вспоминала то, что произошло ночью, и постепенно начинала себя корить. Разум просыпался, безжалостно указывая на неправильное поведение и мои ошибки.

Как я могла позволить нечто такое?

Я всегда придерживалась старомодных взглядов. Тем более среди аристократии они в приоритете. Например, при договоре о браке жених всегда уточняет, является ли невеста девственницей. Если нет — в большинстве случаев следует отказ от такой уже попорченной девушки.

Конечно, отсутствие девственности не крест, но что-то близкое к нему. Не будучи чистой, я уже вряд ли хорошо выйду замуж. То есть я сама выбила почву из-под своих ног и загнала себя в еще больший тупик. Создала проблемы, с которыми уже не справиться. Их не убрать.

Но, несмотря на это, мне было трудно сожалеть об этой ночи. Она перевернула мою жизнь. Стала тем, что я никогда не забуду.

Джейкоб не был моей любовью. Наверное, между нами не было даже симпатии. В какой-то степени прошлой ночью мы просто использовали друг друга.

Это имело свою цену. Я не могла сожалеть, так как осознавала риски. Оставалось лишь принять последствия. Но это будет позже. Сейчас у меня есть первоочередные проблемы: Мейсон. Вот о нем вообще не следовало забывать.

Поднявшись, я пошла на кухню, чтобы заварить горячий чай для себя и Джейкоба. Пока чайник закипал, взяла телефон и поставила его на зарядку от пауэрбанка, который подпитала в одной из кофеен.

Когда телефон включился, я проверила почту. Пусто. Никаких новых сообщений от Мейсона. Я понятия не имела, хорошо это или плохо, тем не менее по спине все равно побежал холодок. Словно сознание наполнялось ощущением чего-то крайне нехорошего.

Я просматривала новости, когда на кухне появился Джейкоб. Стоило взглянуть на него, как сердце остановилось, а потом забилось в бешеном ритме. На нем не было кофты, и я предпочла бы, чтобы он