Причуды наследственности (СИ) - Бегоулова Татьяна

— Что вы с ним сделали? Как вытащили из обморока? Что это за воздействие?

— А вам какое до этого дело, преподаватель общей теории магии Антэй Харон Диантос?

— Я имею право знать, чем вы воздействуете на моих студентов. Это не магия целителя. Уж я в этом разбираюсь.

Она фыркнула и подошла к раковине, делая вид, что очень тщательно моет руки. Но Антэй не собирался сдаваться. Его ужасно раздражала манера поведения этой девчонки. Строит тут из себя фею.

— И все же?

Она искоса посмотрела на него и бросила через плечо:

— Ну, если вы такой всезнающий, с дипломом об окончании Академии, зачем вы меня об этом спрашиваете? Догадайтесь сами.

Он неспешно подошел к ней и встал почти вплотную за её спиной. Ниара напряглась. А маг чуть склонил голову и его дыхание коснулось её щеки. Из рук целительницы выпал кусок мыла, когда Антэй произнес громким шепотом:

— Я может и догадался бы сам, если бы не ваши серьги. Вы ведь прекрасно знаете, что это не только украшение, не так ли?

Она резко развернулась и чуть не уткнулась лицом в его грудь. Мокрыми руками она оттолкнула мага. Алые пятна на щеках и малиновые мочки ушей свидетельствовали о сильной злости:

— Вас совершенно не должны волновать ни мои серьги, ни мои методы воздействия!

Её карие глаза полыхнули зелеными искрами и Антэй вздрогнул. Но вовсе не из-за страха. А всего лишь потому, что до этого видел такое лишь у Шелли. Но Ниара не могла быть ведьмой. Он бы почувствовал. Её сила не имеет ни малейшего отношения к черной магии! Уж в этом он был уверен!

— Вы ошибаетесь, Ниара Миронти. В случае с Риккардо я имею полное право знать, что вы делаете с мальчишкой. На нем проклятие, которое вызывает у вампира жуткую боязнь крови. Вдруг ваша сила усугубит ситуацию?

Антэй в отличии от Ниары был совершенно спокоен. Раздражение он умело скрывал. Он же преподаватель Академии и должен «держать лицо». Он рассчитывал, что девчонка признается. Но его слова вдруг вызвали неожиданную реакцию. Ниара фыркнула:

— Кто вам сказал эту ерунду? Нет на нем никакого проклятия. Ваша хваленная магия ошиблась.

Вот нахалка.

— Увы, моя магия тут совершенно не при чем. Я, знаете ли, не занимаюсь темной материей. Не привлекает как-то. А о проклятии мне сообщил сам Риккардо.

Ниара дернула плечом и продолжила мыть руки:

— Значит, он ошибается. На нем нет никакого проклятия.

Антэй почувствовал, что хладнокровие изменяет ему. Если эта девчонка и владеет какими-то талантами, то только талантом доводить его до бешенства.

— Ну, может, тогда поделитесь, как же вы пришли к такому выводу?

Она отошла от раковины, вытирая руки, и посмотрела на него с превосходством:

— С вами? Никогда. Не верите мне, обратитесь к преподавателям с факультета ведьмовства. Уж ведьмы лучше всех различают проклятия.

Антэй почувствовал, что еще чуть-чуть и покраснеет как школьник, который плохо подготовился к уроку. И как он сам не догадался проверить слова Риккардо и обратиться к ведьме?

Глава 9

Отыскать Шелли оказалось делом пяти минут. Ведьма находилась в своей комнате и занималась отнюдь не изучением повадок оборотней. Но сейчас Антэю до этого не было дела. Стоило студентке открыть дверь, как маг, не спрашивая разрешения, шагнул внутрь. Ведьме только и осталось, что вопросительно посмотреть на преподавателя. И он не заставил ждать объяснений:

— Шелли, скажи, ты можешь увидеть в чужой ауре проклятие?

Маг был несколько взволнован: волосы взъерошены, дыхание учащенное, будто он мчался сюда со всех ног. Шелли даже интересно стало, что приключилось.

— Ну, как вам сказать. В принципе могу, но проклятия мы только на втором курсе будем проходить. Но теоретически могу.

— Замечательно. Тогда слушай меня внимательно. Идешь сейчас в лечебницу и говоришь целительнице Ниаре, что тебе необходимо немедленно увидеть Риккардо. Надо, чтобы она тебя пропустила к вампиру и ты посмотрела бы, есть ли на нем проклятие или нет.

Шелли выслушала мага и дернула плечиком:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И зачем это мне надо?

— Это надо мне. Но так как я в проклятиях не разбираюсь, мне приходиться прибегать к твоей помощи.

— Но что я ей скажу?

— Что угодно. Например, что ты его подружка и безумно волнуешься за него.

— Кто? Я? Подружка вампира?! — зеленые искры в глазах грозили устроить фейерверк.

— Шелли, это нужно сделать. Для блага Риккардо, ну и мне ты сильно упростишь задачу.

Но весь вид ведьмы говорил о том, что она идти на такие жертвы не готова.

— Господин преподаватель, посмотрите на меня внимательно и ответьте. Целительница Ниара полная дура?

Вопрос поставил Антэя в тупик. В таком ключе он не думал, хотя отсутствие у Ниары академического образования наводило на определенные размышления…

— Шелли, я не понимаю о чем ты.

— А о том, что Ниара на дуру не похожа. И вряд ли она поверит, что ведьма трепетно дружит с вампиром. Это в принципе невозможно!

— Пусть не трепетно. Но неужели ты не можешь проявить беспокойство о судьбе другого студента? Ведьмы что, не умеют испытывать сострадание?

— К вампирам — нет.

— Хорошо, скажи Ниаре что-то другое, что угодно. Мне главное результат. Мне нужно чтобы ты посмотрела — есть ли на Риккардо проклятие.

Антэй заметил, что студента собирается вылить на него поток новых отговорок, и сразу пресек это:

— Учти, отчет по твоей практике еще не готов.

Ведьма раздраженно буркнула:

— Так бы сразу и сказали!

— Вот и хорошо, что мы пришли к взаимопониманию. Я буду тебя ждать в библиотеке.

До лечебницы от корпуса общежития было идти пару минут. И за это время никакой путной мысли Шелли в голову не пришло. Правда, она особо и не заморачивалась на этот счет. Что сказать Ниаре? Может, правду?

Рассказ о строгом преподавателе, который отправил Шелли проверять наличие проклятия, угрожая при этом неудовлетворительной отметкой по практике, произвел впечатление на Ниару. Помощница целителя пообещала не оставить без внимания самоуправство мага и разрешила студентке навестить Риккардо.

Вампир был очень удивлен, увидев Шелли в палате.

— Ты чего тут?

— Преподаватель прислал. Ты это, просто не шевелись пару минут. Я просто посмотрю и все.

Риккардо с опаской посмотрел на ведьму и на всякий случай завернулся плотнее в одеяло.

— Чего ты смотреть собралась?

— Проклятие твое. Замри!

Вампир от неожиданности и впрямь замер, с беспокойством следя глазами за ведьмой. А та просто стояла в паре метров от кровати вампира и, не мигая, смотрела сквозь него.

Потом, не говоря ни слова, развернулась и ушла.

Антэй не стал подниматься в читальный зал, а остался дожидаться ведьму в холле первого этажа. Со стороны могло показаться, что маг рассматривает мозаику на стене, но его напряженная спина выдавала ожидание.

Легкие шаги ведьмы вызвали незамедлительную реакцию мага. Он развернулся и впился глазами в лицо студентки:

— Ну и что?

Та, не торопилась с ответом. Она остановилась напротив преподавателя, вздохнула и развела руками.

— И как это понимать?

— Я не увидела на нем проклятия. Но дать стопроцентной гарантии не могу.

— Почему?

— Потому что… Ну вот как вы думаете выглядит проклятие на ауре любого существа?

— Никогда не задумывался об этом.

Шелли чуть слышно пробурчала:

— Оно и видно.

И тут же, под хмурым взглядом Антэя пояснила:

— Проклятие визуализируется как темное пятно. А так как аура у вампиров черная, то и темное пятно на ней заметить невозможно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но как тогда ты определила, что проклятия нет?

— Проклятие же еще и ощущается. Ведьмы могут его почувствовать. Я не смогла. Но так как я еще неопытная ведьма, то могу и ошибиться. А что, кто-то проклял Риккардо?

— Не знаю. Он говорит одно, ты другое.