Елена Вихрева - Шпионские игры (СИ)

— Улететь вдвоем.

— Вот как? — Резкий поставил стакан на стол, максимально постаравшись не разбить его и не раздавить в ладони.

— Я люблю ее, — отчетливо, но без вызова произнес Сталий. — Да, люблю. Хочу, чтобы она была со мной.

Он сам удивился, как земной напиток прибавил ему смелости, ведь сидящий рядом с ним человек мог сейчас уничтожить одиного таллирийца. Хотя бы потому, что они находились фактически на территории Галактического союза. Даже формально Таллирия была слишком далеко. Нейтральный космос. Нет связи. Да и просто честный спарринг — Сталий знал, что не сможет не то что сражаться, встать сейчас с кресла, и то проблема.

Резкий спросил, не сумев скрыть напряжение в голосе — даже легкий хмель мгновенно улетучился у него из головы при последней фразе инопланетника:

— В качестве кого?

— Жены.

— Второй? Запасной? А твоя невеста? Уже довел до могилы?

— Нет. Отпустил. Обсудил все с братом. Он готов жениться на ней сам. Когда договор заключали, он был не в том возрасте. А сейчас готов.

— А девушка?

— А ей какая разница?

— Да? Ну, может быть… — ошарашено пробормотал Резкий, остановив себя вовремя от обсуждения чужих традиций. — А вот Кире не все равно.

— Знаю. На иное она бы и не согласилась.

— А ты уверен, что она будет согласна?

— Надеюсь, — ответил Сталий, сжав зубы от напряжения. — Очень на это надеюсь.

Резкий окинул его еще раз внимательным взглядом, признавая внутренне, что соперник очень хорош:

— Значит, понимаешь, что ее не заставить?

— Понимаю. Не заставить и не удержать.

— Значит, выбор за Кирой, — подвел итог Резкий.

Да, выбор за Кирой, — согласился Сталий.

И вот Сталий заключил в обьятия Киру — такую маленькую, еще щурящуюся на свет после долгого сна в абсолютной темноте, свежую, с гладкой и нежной кожей, с рассыпавшимися по плечам вьющимися волосами и уже одетую в легкий спортивный костюм.

— Ты не представляешь, что я пережил…

— Тебя сбили? — взволнованно спросила Кира, слегка отстраняясь, чтобы оглядеть его внимательно. — Регенератор только один. Киберхирург? Или Михаил?

— Все в порядке. Никого не задели. Ни меня, ни твоих ребят.

— Знаю, — кивнула она. — Они все уже тут побывали. Я не совсем была готова выпрыгивать из регенератора прямо к ним.

— И поэтому меня встретила самым последним?

— Не ищи подвоха, Ри… Они мои самые близкие друзья.

— Кира, они друзья, и я в этом убедился. Что им стоило подбить меня в бою и списать на щупалец? Но меня пригласили в гости, предложили отдых.

— Естественно. И знаешь, в бою ты был великолепен! Я же видела.

— Спасибо. Но ты помнишь, что я неплох и во многом другом? Кира, я прилетел за тобой.

— А свадьба? Ри, я не хочу, чтобы эта совершенно незнакомая мне девушка была несчастна оттого, что я подвернулась на твоем пути.

— Она будет в большей безопасности, став женой правителя. А ты станешь моей женой.

— Ри, — вздохнула Кира. — Ри, я благодарю тебя. Именно ты помог мне услышать себя и распознать любовь в своем сердце.

— И эти чувства не ко мне…

— Ри… Увы… Но если бы не ты, я бы не узнала счастья. И не поняла бы, что любима не только тобой. Спасибо тебе, — она обняла его порывисто и поцеловала, но этот поцелуй, горячий, искренний, был совершенно дружеским.

Точно так же она целовала и Криспина.

…Прощаясь с Сталием у шлюза, Резкий хлопнул его по плечу:

— Знаешь, дружище, с землянами тебе еще работать и работать. Я б тебе не советовал пить земное спиртное…

— Приму к сведению. А ты. Ты береги Киру. Учти, нам еще встречаться. И я хочу, чтобы она была счастлива.

— Жаль, мы узнаем, добрался ли он назад, только когда вернется группа на ротацию, — вздохнул кто‑то из ребят.

— Относительно, — вмешался молчавший до этого момента Шанс. — Я все же закончил свои эксперименты. И дал ему передатчик. Его мощности не хватит на переговоры. Это скорее, маячок. Данные о том, что объект вернулся на планету, у нас будут.

— Именно объект?

— Да. Его штурмовик.

— А что внутри?

— Он не снабжен автопилотом. Кира, я не ошибся? Ты ведь такой и угоняла? Дальнобойный и скоростной.

— Да, — кивнула она, отвлекаясь от каких‑то материалов, которые просматривала на своем индивидуальном экране с Резким.

— Ну вот. Значит, если пилот жив, то корабль сядет.

— Что ж, в такой ситуации любая достоверная информация хороша, — кивнул, соглашаясь, Дерзкий и тихо прибавил. — Только бы инопланетник по пути не вспомнил, что еще что‑то не сказал, не спел или не решил нам тут еще и сплясать.

Не знаю, о таком ли счастье я мечтала. Наверное. Работа, которая получалась и не отнимала много сил. Любимый рядом. Налаженный быт, и это тебе не орбитальная станция, а великолепные ландшафты, вкусные фрукты и самое главное — танты. Они выхватывали из рук каждую блузки или полотенце и возвращали в идеальном виде.

Но даже в таких райских условиях Вайпер оставался Вайпером. Он постоянно был занят, а после нескольких атак на сторожевые корабли этой планеты он вместе с несколькими наиболее отчаянными ребятами Алексея присоединился к таллирийским пилотам. И дома стал бывать еще реже.

— Крис, я очень скучала, — мне нравилось наблюдать, как он ест, с аппетитом, но не чавкая и не рассыпая крошки и капли по столу.

— И я. Ты даже не представляешь. И в космосе такая красота открывается. Для нас ведь патрулирование на ближней орбите не свойственно было. Нашей команде. А тут летишь медленно. Осматриваешься, наблюдаешь. Красиво.

— Не понимаю. При чем тут красота? Тебя же могут сбить? И во имя чего?

— Рина, если ты этого не поняла до сих пор, то, возможно, я и не смогу объяснить. Прими как данность. Я люблю тебя. Безоговорочно. Разве этого мало?

— И я тебя. Но неужели ты не понимаешь? Я не готова терять тебя. Ты уходишь на вылет, а меня трясет до тех пор, пока ребята не передадут, что ты сел, живой и здоровый.

— Куда же я от тебя денусь? — он заглядывает мне в глаза. И внутри у меня все тает.

Но его отлучки становятся все более частыми и долгими.

— Крис, в космосе такая грязища? — подталкиваю танту кучу драных клочьями, пропитанных потом и какой‑то болотной жижей вонючих тряпок, где не разобрать, что было курткой, а что штанами.

— Нет, я тренировал отряд разведчиков. Они же тут очень гордятся, что великие воины. И да, великие с их древними мечами на ристалище. Красиво. А как дело доходит до дела, то каждый рвется в герои сам по себе. В группе работать не приучены.