Елена Вихрева - Шпионские игры (СИ)

Зверь все понял и отошел подальше, чтобы не мешать им, но при необходимости предложить хотя бы физическую силу, если медики решатся вынуть Киру из капсулы.

В шлюз уже доставили регенератор, и Эйла, отвлекшись от тела, готовила прибор к работе. Михаил со своим помощником умело, скупыми движениями, сняли с нее скафандр, затем комбинезон, и Зверь невольно вздрогнул от совершенства мраморных линий, мелькнувшего ненадолго перед его глазами. Он шагнул к ним, чтобы поддержать Киру, пока медики снимали остатки снаряжения.

Крови на ней почти не было, но по тому, как медики осторожно поддерживали руки и ноги девушки, он понял — она изломана ударами капсулы о стенки разваливающегося истребителя до того, как капсула изолировалась и отделилась.

Эйла вывела наружу что‑то похожее на настил, который помог переместить девушку, не издававшую даже стона и издали походившую на мертвую из‑за белоснежной кожи и закрытых, подернутых синевой век, в полость регенератора. Зверь невольно обратил внимание, каким заботливым и нежным жестом его невеста отвела густые волосы Киры в сторону и расправила их в изголовье.

Створки регенератора закрылись, по датчикам пробежались ярко — красные огоньки, а затем быстро сменились ровным зеленым сиянием.

— Все, — выдохнула Эйла и улыбнулась.

— Точно? — недоверчиво уточнил медик. — И что теперь?

— Мы можем переместить регенератор на место. Ростислав, поможешь? — Эйле еще было немного неудобно обращаться к нему на равных при ребятах.

Когда пришвартовались Резкий, Сталий и остальные, регенератор был уже отправлен в медотсек, и о трагедии напоминали только остатки спасательной капсулы и разрезанный комбинезон с пятнами крови.

— Все? — вымолвил Резкий заплетающимся языком, едва отстегнув шлем.

Кто‑то из техников, не поняв смысл вопроса, потому что он видел все, что здесь только что происходило, и слышал это же слово с иными интонациями, машинально кивнул.

Сталий, подходивший тоже от своего корабля, который не зашел в шлюз, а состыковался в наружном портале, не успел услышать разговор, но увидел, как этот крепкий и рослый парень оседает по стене с хриплым рычанием.

Ребята, которые из радиопереговоров уже знали о происшедшем, молча, с опущенными головами подходили к остаткам капсулы.

— Погодите, — обрел дар речи Лайт, не так давно пришедший в команду и не настолько поглощенный болью утраты командира. Киру он уважал, ценил, н не успел полюбить настолько, насколько те ребята, которые были с ней почти с самого начала.

Лайт обернулся к технику, осматривавшему капсулу и разобранный на части боевой скафандр — они могли еще пригодиться на запчасти.

— Ее забрали медики?

— А регенератор? Догадались? — рявкнул Сталий, забыв, что он не на своей территории.

— Да, — ответил техник. — Стойте, а вы все… вам не сказали??? Командир жива, и ничего страшного, по оценкам медиков, с ней не произошло. С учетом регенератора.

— Точно? — недоверчиво спросил Резкий, забыв, что и самого вернули к жизни с помощью чудо — аппарата не так давно.

Резкий сунул Лайту свой шлем и бросился бегом по коридору к медотсеку, торопясь обогнать несущегося следом Сталия.

— Куда, олени? — преградил им дорогу медик.

— Мишка, а ты чего здесь, а не там? — рыкнул обезумевший Резкий.

— Там Эйла. А Кира в регенераторе, и показания его как следует может регулировать только она. Нам еще не под силу.

— С Кирой все в порядке?

— По словам Эйлы. У меня не было времени, да и необходимости проводить полную диагностику. Но навскидку могу сказать, что она бы выжила б и без регенератора. Хотя процесс был бы долгим и мучительным. У нее сломано все, кроме позвоночника. Руки, ноги, ребра. Удар был бешеной силы. Еще бы доли секунды промедления, и разорвало бы и саму капсулу.

— Не представляю, как она успела катапультироваться, — к ним вышел и помощник медика.

— Судя по травмам, не успела, — констатировал врач. — Видимо, сработал инстинкт, или просто повезло. Однозначно ее сначала потрепало, а затем уже она активировала катапульту.

— Нереально. С такими травмами?

— Это же Кира, — впервые с начала боя улыбнулся краем рта Резкий. — У меня в таких случаях одна забота. Не оказаться слабее нее. Она ни разу не показала, что ей больно или страшно.

И только тут они заметили сиротливо стоящего поодаль усталого, бледного Сталия, привалившегося спиной к стене.

— Чего ты поперся за нами?

— С Кирой поговорить… — Ри расстегивал постепенно ворот скафандра, в котором все еще стоял, и его пальцы слегка подрагивали от пережитого напряжения.

Резкий задержал взгляд на этих длинных, ухоженных, красивых, но очень сильных пальцах, и Сталий почувствовал пристальный взгляд, поднял глаза.

Резкий внимательно посмотрел в глаза Ри — своего соперника, но и соратника. Сталий был воином, и только что сражался на их стороне, впрочем, как и всегда. Александр в первую очередь видел сейчас, что Сталий измучан, тем более, что в одиночку гнал свой штурмовик на высокой скорости и сразу же вступил в бой.

Командор иначе расценил взгляд этого язвительного парня, с которым они уже имели счастье схлестнуться из‑за Киры. И побледнел еще больше от мысли, что может таки потерять Киру… Слишком хорош был этот Резкий…

Резкому же было не до взаимных обид и эмоций. Немного успокоившись по поводу Киры и еще раз уточнив состояние дел у Эйлы и Дока, он вспомнил, что хорошо бы снять тяжелое снаряжение, встать под душ, чтобы смыть пот и мышечное напряжение. И предложил то же самое и Сталию:

— Так говоришь, с Кирой поговорить… Эх вы, технари. Регенератор изобрели, дома в катышек сворачиваете, а передатчик толковый не судьба смастерить. Ладно, — кивнул Резкий. — Восстановится, тогда и поговоришь. А пока можешь чувствовать себя гостем.

— Нежеланным, — ворчливо добавил крутившийся тут же в ожидании новостей о Кире Дерзкий.

Сталий слишком устал и слишком был поглощен своими невеселыми мыслями, чтобы отреагировать на эти слова. Резкий тоже не стал осекать друга — понимал, что все они еще не восстановились после тяжелого и внезапного боя, и я звительность тоже способ сбросить напряжение.

Он вздохнул еще раз:

— Идем в душ с нами, покажем, куда. А отдохнуть?

— На моей койке пусть устроится. Мне сейчас не до того, — предложил медик, который все же переживал за работу непривычной ему техники и был готов вмешаться в любую секунду по сигналу Эйлы.

— В спортзале на татами еще удобнее, — снова встрял Дерзкий. — Места больше. И спросоня не напугаешься при виде медицинских инструментов.