Щит Спэрроу - Девни Перри

людей знают правду?

— Холстон. Вандер. В Аллесарии все по-другому. Придворные знают Рэнсома. Но здесь, в диких землях, только самые близкие знают, кто они такие на самом деле. Они считают Завьера принцем, а Рэнсома — Стражем.

Было приятно сознавать, что я вхожу в ближайшее окружение Рэнсома. Тиллия тоже.

— Кто они? — Я указала на повозку, в которой приехали Холстон и Тиллия.

Со спины на носилках вынесли двух мужчин и отнесли в лазарет.

— Они забрели в Трео три дня назад. Оба заболели в день прибытия. С тех пор мы не смогли их разбудить.

— Лисса?

— Целители тщательно осмотрели их на предмет укусов. Ничего. Возможно, они были на охоте и заблудились. Оба обезвожены и голодны. Все, что мы можем сделать, это помолиться Ама, чтобы они оба выжили, и мы смогли выяснить, откуда они взялись.

После всего, что я увидела на прошлой неделе, я не была уверена, что Ама прислушивается к молитвам Туры.

Люди и лошади, казалось, расступились из-за Рэнсома, который повел Ауринду в нашу сторону. Он остановился рядом с Завьером, сказав что-то, чего никто, кроме него, не расслышал. Мальчик-конюх подошел, чтобы взять поводья его жеребца. Затем он направился ко мне широкими, целеустремленными шагами.

В животе у меня все затрепетало. Тени, я скучала по нему.

— Я собираюсь пойти поискать Холстона. — Тиллия коснулась моей руки, а затем отошла, когда мой муж поймал меня взглядом своих изумрудных глаз.

Он остановился передо мной, скрестив руки на груди.

— Кросс.

— Вульф.

Уголок его рта приподнялся.

— Скучала по мне?

— Никогда.

— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты ужасная врушка?

— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что от тебя воняет? — Я сморщила нос, не обращая внимания на то, что от него пахло кровью, лошадьми и потом. За всем этим скрывались запах ветра, земли и специй, которые были присущи только Рэнсому. — С тобой все в порядке?

— Да, моя королева. — Он поклонился. — А с тобой?

Теперь да.

Облегчение длилось всего один удар сердца. В следующий миг я почувствовала предательское покалывание магии. Жало Востера.

Дрожь пробежала у меня по спине, когда из-за плеча Рэнсома появился Верховный жрец, входивший в ворота Эллдера как раз в тот момент, когда солдаты начали их закрывать. С ним был брат Дайм, эмиссар отца.

Это было похоже на возвращение во времени, в тот день, когда я была в тронном зале и святилище. Магия одного вызывала дискомфорт. Но двое жрецов? Я пыталась наполнить легкие воздухом, чтобы заглушить боль.

Я почесала предплечья.

— Что? — спросил Рэнсом.

— Ничего.

Он нахмурился.

— Что я только что сказал насчет лжи?

— Ты много что говорил.

Рэнсом стиснул зубы. Это было слабое, едва заметное движение челюстей, но этого было достаточно, чтобы понять, что резкость в моем голосе задела его за живое.

Я винила в этом Востеров. В том, что они выводили меня из себя.

Верховный жрец подошел к Рэнсому, паря в воздухе, а не передвигаясь пешком, вместе с братом Даймом.

Рэнсом повернулся и поклонился жрецам.

Брат Дайм ответил тем же.

Но Верховный жрец продолжал приближаться, паря на призрачном ветру, пока не оказался достаточно близко, чтобы шипы от его магии сбили меня с ног.

Не говоря ни слова, он схватил меня за руку, прежде чем я успела уклониться.

Боль, острая, как нож, и горячая, как огонь, пронзила мою руку, словно ее разрубили на куски. Мои ноги подкосились, а из горла вырвался крик.

— Остановись. — Я дернула рукой, пытаясь высвободиться, но хватка Верховного жреца только усилилась, не давая мне упасть на колени.

Меч Рэнсома превратился в размытое пятно серебристой стали, заглушив шепот, вырвавшийся из горла Верховного жреца.

— Отпусти ее. Сейчас же.

Верховный жрец отпустил меня, и я упала, ударившись коленями о землю.

Рэнсом в мгновение ока оказался между нами, все еще держа меч поднятым, и протянул руку, чтобы помочь мне подняться на ноги.

Я с трудом сглотнула и встала, переводя дыхание. Боль мгновенно утихла, оставив после себя только покалывание.

— Что, черт возьми, ты делаешь? — взревел Рэнсом.

Верховный жрец лишь опустился на пятки, казалось, не обращая внимания на клинок Рэнсома, и повернулся к брату Дайму.

— Ты знал?

— Я думал, она просто испугалась. Как и многие другие.

Верховный жрец склонил голову набок, его темные глаза остановились на моем лице и волосах.

— Кто твоя мать, дитя?

— М-моя мать? — Почему он спрашивал о моей матери?

Но прежде чем я успела спросить, по двору разнесся крик.

— Завьер! — Мы все обернулись и увидели, что к нам бежит Луэлла, ее темные волосы были распущены, а с лица отхлынул румянец.

Рэнсом опустил меч, но не выронил его полностью. Другой рукой он держал меня за спиной, защищая от жрецов, и смотрел на Луэллу.

Завьер бросил своих рейнджеров и лошадей и бросился к нам так быстро, как только мог из-за своей хромоты.

Но Луэлла бросилась к Рэнсому, схватив его за руку.

— Что? — спросил он.

— Эви. — Она сглотнула. — Она пропала.

Пятьдесят один

Завьер и рейнджеры столпились вокруг нас, не сводя глаз с Луэллы.

— Когда ты видела ее в последний раз? — спросил Рэнсом.

— После утренних уроков она пошла в покои Одессы поиграть с Фэйзом.

— И я отослала ее вниз больше часа назад.

Луэлла в панике широко раскрыла глаза и покачала головой.

— Она так и не пришла. Когда она опоздала, я проверила ваши покои, но они были пусты. Я искала ее, думая, что она снова прячется, но она всегда выходит, когда знает, что я начинаю бояться. Ее нет дома. А ее сумка и бант пропали.

— Черт. — Завьер сглотнул, затем отступил на шаг от группы, прикрыв рот здоровой рукой. — Эванджелина!

— Найдите ее, — приказал Рэнсом.

Все рейнджеры бросились на поиски.

Мой взгляд обратился к воротам, которые медленно закрывались, но все еще оставались открытыми.

— Она хочет быть рейнджером. Она хочет охотиться на монстров. — Я встретилась взглядом с Завьером. — Как и ты.

Вот только, если бы она вышла во двор, то увидела бы, что он вернулся. И она не смогла бы пройти через ворота, если бы не…

— Через боковые ворота?

— Охранник ни за что бы ее не выпустил.

— Спасательный туннель, — прошептала Луэлла. — Из подвала для переселенцев. Я не думала, что она знает о нем, но…

Но Эви знала о подземельях. Я сомневалась, что они могли что-то от нее скрыть.

Рэнсом развернулся к главным воротам, подняв руку, чтобы не дать им закрыться.

— Стойте.

Затем он исчез, убегая так