Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер - Таня Драго

внутри поднимается странная смесь страха и решимости. Часть меня — та, что была Мариной — протестовала, кричала, что это слишком много, слишком быстро, что я не готова к такой ответственности. Но другая часть — истинная Лиралин, с её родовой памятью и инстинктами Преображающего — ощущала правильность происходящего, словно всё моё существование было подготовкой к этому моменту.

— Я попробую, — сказала я тихо, но твёрдо. — Сначала исцелить вас, а затем... что ж, будем решать проблемы по мере их поступления.

Я встала и подошла к аэллэ:

— С вашего позволения, я начну прямо сейчас.

Тайрел кивнул и протянул мне свою поражённую руку:

— Действуйте. Судьба двух народов может зависеть от вашего дара.

Я осторожно взяла его руку в свои ладони, чувствуя, как тёмная, искажённая магия пульсирует под кожей. Закрыв глаза, я позволила своему новому восприятию проникнуть глубже, увидеть не только физические проявления проклятия, но и его энергетическую структуру.

И то, что я увидела, заставило меня вздрогнуть.

Проклятие было похоже на живое существо, на паразита, внедрившегося в магические каналы аэллэ и питающегося его силой. Но самым тревожным было то, что в самой сердцевине этой тёмной энергии я чувствовала знакомый оттенок — едва уловимую, но несомненную сигнатуру родовой магии Радналов.

Моей магии.

Это было всё равно что обнаружить собственный нож в спине друга — шокирующее, невозможное предательство.

Но я не могла позволить себе отступить перед этим открытием. Сосредоточившись, я начала применять свой дар так же, как делала это в храме — не борясь с тьмой, а напоминая искажённой энергии её истинную природу, её изначальное предназначение.

Это была не просто техника исцеления — это было своего рода переговоры на энергетическом уровне, убеждение вернуться к гармонии.

И к моему удивлению, тьма отозвалась.

Медленно, неохотно, но она начала отступать от кончиков пальцев, возвращаясь к более чистому, естественному состоянию. Не исчезая полностью, но трансформируясь, вспоминая своё истинное предназначение.

Я чувствовала, как пот стекает по моему лбу от напряжения, но не останавливалась. Миллиметр за миллиметром тёмные линии отступали, превращаясь в едва заметный серебристый узор, похожий на тот, что появился на моей собственной коже после ритуала в храме.

Когда я наконец открыла глаза, все присутствующие смотрели на меня с неприкрытым изумлением. Аэллэ поднял руку перед глазами, рассматривая изменения — вместо чёрных, зловещих линий его кожу теперь украшал тонкий серебристый узор, элегантный и почти незаметный.

— Невероятно, — прошептал он. — Боль ушла.

— Пока – да, но боюсь, нам все равно нужно нейтрализовать источник.

Ринтана Литания приблизилась и осторожно провела рукой над предплечьем аэллэ, проверяя магические каналы:

— Поразительно! Я никогда не видела такого целительного эффекта!

— Но как вы это сделали? — спросил Дион. — Даже объединённые усилия лучших целителей не смогли справиться.

Я пожала плечами:

— Я не боролась с ним. Я... напомнила ему о его истинной природе. Эта магия — искажённая версия родовой магии Радналов. И как Преображающий, я могу видеть её изначальную форму и помочь ей вернуться к этой форме.

— Вы говорите о магии как о живом существе, — заметил один из старейшин с лёгким скептицизмом.

— Потому что на глубинном уровне она и есть живая, — ответила я. — Не в буквальном смысле, конечно. Но магия — это не просто инструмент или энергия. Это... отражение самой жизни, со своими паттернами, своей памятью, своими стремлениями.

Аэллэ медленно поднялся, и я заметила, что даже его осанка изменилась — исчезла скованность и напряжение, вернулась естественная грация и сила:

— Что бы это ни было, оно работает.

Он повернулся к Диону:

— Отправьте гонцов в Западный храм. Пусть подготовят пострадавших — ринтана должна посетить их как можно скорее.

— Но сначала ей нужен отдых, — твёрдо сказал Латор, видя, как я пошатнулась от усталости. — Даже самый сильный дар требует времени для восстановления.

Аэллэ кивнул:

— Конечно. Простите мою поспешность. Вам будут предоставлены покои для отдыха. А затем... — его взгляд вернулся к карте, к отмеченной точке в центре магического узора, — затем нам предстоит подготовиться к путешествию к древней крепости Радналов. Ибо пока сердце договора остаётся под угрозой, всё, что мы делаем, — лишь временные меры.

Я кивнула, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Но вместе с ней пришло и странное чувство уверенности — словно я наконец нашла своё место, своё предназначение в этом мире.

Кем бы ни была Марина в своём прежнем мире, кем бы ни была Лиралин до нашего слияния — теперь мы стали единым целым, Преображающей, готовой встретить вызов судьбы.

И пока я чувствовала тёплую поддержку Латора, стоящего рядом, пока видела надежду в глазах аэллэ и других, даже самая невозможная задача казалась выполнимой.

Глава 29. Улучшенный ящер принципам не изменяет

После нескольких часов отдыха в предоставленных мне покоях — роскошных, но лишенных домашнего уюта — меня пригласили на экстренное заседание совета. Дворцовый паж проводил в Восточное крыло, где располагался Военный зал — просторное помещение с высокими сводчатыми потолками и витражами, изображающими великие битвы прошлого.

Когда я вошла, большой овальный стол уже был окружен людьми и драконами — представители обоих народов собрались, чтобы обсудить план действий.

Аэллэ сидел во главе стола, заметно посвежевший после исцеления, но всё ещё с выражением глубокой тревоги на лице. Рядом с ним расположились высшие военачальники королевства, мастера магической гильдии и представители драконьих кланов.

Латор, уже находившийся в зале, поднялся мне навстречу.

— Халидэла Лиралин, — официально обратился ко мне аэллэ. — Благодарю вас за своевременное прибытие. Мы как раз обсуждаем стратегию противодействия угрозе.

Я заняла предложенное место между Латором и Дионом, напротив Оукаты, чей холодный взгляд следил за каждым моим движением.

На столе была разложена подробная трёхмерная карта — магическая проекция, показывающая не только географические особенности территории, но