Дом Монтеану. Том 2 (СИ) - Мур Лина

— Да пошёл ты. Ты убил моего дядю. Ты убил…

— Да, убил, а ты убила мою семью, как и… хм, уже четырнадцать моих подданных. Так что переговоры — это лучшее решение, принцесса.

— Вряд ли, — мои пальцы белеют от силы, с которой я держу лезвие у горла Томаса. Только вот ему не страшно, потому что, перерезав ему горло, я всё равно его не убью. Мне нужно резать его постоянно, а потом уничтожать кусочки. Резать и уничтожать. Вероятно, съесть. Да, сейчас я чувствую голод и вонь крови. Я хочу пить. Хочу выспаться и, наконец-то, искупаться.

Раздаются щелчки вокруг нас, и я понимаю, что мы на прицеле и не одном, а на сорока прицелах. Пока Соломон стонет и якобы умирает, оскорбляя меня, я хватаюсь за Стана.

— Отпусти его, и я соглашусь на переговоры, — говорю Томасу.

— Нет. Стан будет моим пленником до тех пор, пока я не получу то, что хочу. Он отлично тебя мотивирует, Флорина. Видишь, ты даже сущность свою вернула, и я должен сказать, что она… невероятно прекрасна, — Томас широко улыбается и даже смеётся, словно мы здесь находимся на светской беседе.

— Стан уйдёт.

— Нет. Вы на мушке, Флорина. Я кивну, и из Стана сделают сито. Он не успеет регенерировать и умрёт. Он слишком слаб и даже едва стоит, поэтому будет разумно провести переговоры, — Томас бросает взгляд на Стана, и тот вздрагивает у меня за спиной, а потом издаёт хриплый стон.

— Смотри на меня, ублюдок, — я царапаю шею Тамоса лезвием, заставляя перестать мучить Стана.

Томас делает это ментально, причиняя ему боль. Он мог связать его с собой сильнее и теперь обладает властью над ним. Чёрт.

— С радостью. Переговоры, это моё предложение. Конечно, мы можем подраться. Мы убьём здесь всех, но это абсолютно неразумно. Пройди за мной, и мы обсудим наши разногласия в более приватной обстановке.

— Никуда я с тобой не пойду. И не пойду без Стана. Я…

— Соглашайся, — шепчет мне на ухо Стан.

Я озадаченно приподнимаю брови, продолжая следить за Томасом.

— Ты рехнулся? — шёпотом отвечаю ему.

— Нет. Соглашайся, Русо. Доверься мне. Соглашайся, просто поверь мне. Соглашайся, — требовательно шепчет он.

Господи, мой друг меня предаёт, но почему? Мы могли бы сейчас выиграть. Я вернула себе свою сущность. Я снова вампир. Мне нужно лишь поесть, и всё. После этого я убью их, просто раскромсаю.

— Она согласна, — отвечает за меня Стан. — Переговорам быть.

— Но…

— Хорошо. Опусти свою игрушку, Флорина, и следуй за мной. Соломон, прекрати ныть. Боже, иди восстанови свою руку. Сав, — отдаёт распоряжения Томас, продолжая смотреть мне в глаза.

— Да, Ваше Высочество?

— Проследи, чтобы друг принцессы был отведён обратно до тех пор, пока мы не придём к согласию.

— Нет, он мой! — повышаю я голос. — Стан мой. И я выиграла, Томас. Я, мать твою, выиграла. Я спасла его жизнь и буду сама распоряжаться в своём доме. Я, а не ты или кто-то ещё. Именно я.

— Этот дом мой, Флорина. Нас больше, вы слабее, но я не сказал, что потом не выделю для Стана комнату. Пока он в темнице, ты в моих руках. Я буду манипулировать его жизнью. А сейчас уберите здесь всё и готовьтесь к ужину. Сегодня у нас будут новые гости. Флорина, следуй за мной, — произносит Томас, спрыгивая с возвышения, а я поворачиваюсь к Стану.

— Зачем? Я не собираюсь…

— Русо, — Стан мягко касается моей щеки и улыбается. — Ненависть — это хорошее чувство, но не позволяй ему затмить твой разум. Иди на переговоры, это единственный верный вариант. У нас два клана. Два вражеских клана, уже достаточно погибло вампиров, Русо. И… просто иди, ладно? Я не могу тебе сказать почему, но хочу, чтобы ты пошла и договорилась с ним. Доверься мне.

— Флорина, чёрт возьми, иди сюда! — орёт Томас.

Я закатываю глаза и цокаю.

— Надеюсь, что я его не убью. Ненавижу этого мудака. Ненавижу.

— Лгунья, — весело двигает губами Стан.

Озадаченно отхожу от него, когда Сав просит его пройти за ним. Подмигнув мне, Стан еле идёт за Савом, а я опускаю лезвие, но не выбрасываю его. Оно мне ещё понадобится. Пока это единственное оружие, которое у меня есть. Я прохожу мимо своих врагов и клацаю зубами, Наима бледнеет ещё сильнее.

— Не думай, что у меня проблемы с памятью. Я до каждого из вас доберусь, и мне насрать на любые соглашения между нами. Я отомщу. Отомщу за смерть тех, кого люблю. До встречи, — с этими словами я выхожу из зала и подхожу к Томасу, ожидающему меня.

— Я выслушаю тебя в своём кабинете для совещаний, — сухо бросаю ему.

— Это мой дом и мой кабинет, Флорина. Не забывайся.

— Это ты, козёл, не забывай, кто перед тобой. Это мой чёртов дом и мой чёртов кабинет. А ты здесь нежеланный гость, поэтому заткни свой грёбаный вонючий рот и иди за мной. И нет, Томас, я не боюсь тебя. Я никогда тебя не боялась. Только теперь различие в том, что я желаю тебе смерти. Я жду её и убью тебя. Это лишь вопрос времени.

Срываюсь с места и двигаюсь по памяти, чтобы показать ему, кто здесь главный. Он в моём доме. Я вампир. Я королева. И королева вернулась, чтобы судить, а не разговаривать.

Глава 7

Никогда раньше я не была допущена в кабинет короля. Папа никогда не разрешал мне присутствовать на совещаниях или советах. Он никогда не вводил меня в курс дел, не делился со мной планами и предстоящими походами или участием в войнах. Думаю, тебе уже понятно, мой друг, что я для своей семьи существовала лишь изредка, да и не как кто-то очень важный. Но я стараюсь верить в то, что они меня любили. По-своему. Не все ведь умеют выражать свои чувства, да и порой просто устаёшь от чувств. Вероятно, я жила в иллюзии. Но мне всё равно. Это прошлое. Сейчас всё намного сложнее.

Провожу пальцами по тёмному дереву, и моё сердце сжимается от боли. Последние годы этот кабинет занимал Рома. Он иногда жил здесь, предаваясь воспоминаниям. Да и перед тем как на нас напали, именно здесь он работал. Здесь больше не пахнет им. Пахнет гнилью врагов, но не Рома. А мне бы хоть на секунду почувствовать его…

Дверь захлопывается у меня за спиной в тот момент, когда я держу в руках рамку с фотографией. Это наша общая фотография — Рома, я и Стан. Нас сфотографировали для истории перед моей коронацией.

«Я так горжусь тобой, моя девочка. Очень горжусь. Ты станешь прекрасной королевой. Теперь ты на своём месте», — раздаются в моей голове слова Рома. И мне хочется зарыдать от несправедливости. Но я лишь ставлю обратно рамку с фотографией и поворачиваюсь.

— Здесь воняет тобой, — с ненавистью шиплю, глядя на Томаса, оставшегося у дверей.

— Это логично, Флорина. Мы, конечно, можем обсудить запахи в этой комнате или на улице, но я бы предпочёл…

Подлетаю к нему и бью кулаком в его лицо, отчего Томас падает назад, и раздаётся грохот. Он лежит среди обломков шкафа и разбросанных книг, а над ним сияет приличная вмятина на стене. Но мне этого мало. Я хватаю его за рубашку и прижимаю к стене.

— Ты убил Рома! — рычу я. — Ты его убил!

— Флорина, советую тебе прекратить нападать на меня, — холодно отвечает Томас, глядя мне в глаза. Они пустые. Глаза у него пустые и безразличные, словно он уже давно умер. Но я хочу увидеть в них боль. Такую же боль, которую он причинил мне.

Рыча, я ещё сильнее прижимаю его к стене и выпускаю когти, прорывая ткань рубашки и впиваясь в его кожу. В комнате сразу же появляется аромат его крови. И мне так противно от себя. Противно, оттого что моя сущность мурлычет, приказывая мне подчиниться ей. Я словно её рабыня, потому что кровь привлекает меня. Она вызывает сильнейший зуд и голод внутри меня. Если я сейчас же не отпущу его, то могу…

Я отлетаю от Томаса и быстро вытираю руки о свои грязные ноги. Но я сделала лишь хуже. Теперь вонь его крови на мне. Отвернувшись, я борюсь с собой. Чёрт, теперь я уже не знаю, как мне лучше. С сущностью, или без неё? Раньше я не замечала за собой такой боли от голода.

— Какова суть переговоров, Томас? — сухо спрашиваю, продолжая разглядывать стену. Чувствую, как он подходит ко мне, и делаю шаг в сторону. Не могу смотреть на него. Не могу. Грёбаная вампирская сущность. Я ненавижу её и в то же время боюсь спугнуть её.