Не названа цена - Мария Дмитриевна Берестова

class="p1">На лице Илии ярко отразилась обида. Она не поняла, что такого смешного сказала.

— Попадёшь? В меня? — наконец, выразил суть своего веселья он, всё ещё давясь смехом. — Илия, я уже почти двадцать лет фехтую, и ты всерьёз думаешь, что можешь в меня попасть?

Её обида стала ещё глубже. Ну да, и что смешного в том, что она переживает о том, что может нечаянно его ударить?

Увидев, что она надулась, Рийар повинился:

— Прости. Я, правда, тронут твоей заботой, — заверил он. — Но, честное слово, Илия, ты мне не сможешь повредить! Так что просто попробуй!

Она решила, что он, конечно, прав, и, в самом деле, девушке, которая только научилась держать меч правильно, не удастся задеть опытного фехтовальщика — нелепо даже предположить такое!

Решительно встав в стойку, она занесла меч и совершила удар — он уверенно принял его на свой клинок.

— Ай! — вскрикнула Илия, которая совсем не ожидала, что удар будет так отдаваться в руках, и, к тому же, немного неверно держала меч, и поэтому отдача от столкновения клинков долбанула ей по большому пальцу и сломала ноготь.

Лицо Рийара вытянулось; в глазах засверкали тревога и недоумение.

Отложив свой меч в сторону и отобрав у Илии её, чтобы тоже убрать, он взял её за повреждённую руку и принялся осматривать. В выражении его лица ощутимо смешивались вина и недовольство собой. Обнаружив повреждение, он на секунду нахмурился — и Илия не сразу поняла, что он делает, и догадалась только тогда, когда боль в один момент прекратилась, и даже ноготь зарос и выпрямился.

— Ты что творишь?! — возмутилась она, отбирая у него свою руку.

Для лечения магию на Понте использовали крайне редко, поскольку почти всегда то, что пытались вылечить, переходило на того, кто лечил.

— Мой недосмотр, — хмуро ответил он, тряся теперь уже своей повреждённой рукой и недовольно рассматривая собственный сломанный ноготь.

— Рийар!..

— Может, я просто побоялся, что ты передумаешь заниматься и больше не придёшь? — перебил он её, склоняя голову набок и улыбаясь крайне обаятельно.

Он выглядел в этот момент удивительно безобидным и милым для человека, который только что уверенно размахивал мечом.

— Мне очень понравилось заниматься! — поспешила горячо уверить его Илия, но тут же добавила: — Но я не хочу, чтобы из-за меня…

— Это была моя ошибка, — жёстко отрезал он, перебивая, и не терпящим возражений тоном резюмировал: — Мне и расплачиваться.

Она всплеснула руками, но ничего не сказала. Такая забота глубоко её тронула, и она теперь не умела выразить свою благодарность, и поэтому снова чувствовала себя неловко.

Пораскачивавшись с пятки на носок и не дождавшись от неё новых возражений, он подсказал:

— А штаны просто широкие купи. Ещё и удобнее будет.

— А вот и куплю! — задрала она нос, но гордую гримаску отчётливо сбивала безудержная улыбка, которая начала овладевать всеми чертами её лица.

— Буду ждать с нетерпением! — шутливо раскланялся он, обжигая её взглядами весёлыми и восхищёнными.

Под этим взглядами ей стало совсем уж радостно и легко. В самом деле, что она так быстро отказалась от мечты? С таким учителем у неё точно всё получится!

Глава седьмая

Хорошее настроение Илии вскоре разбилось о недоумевающий взгляд Леона, который не просто оглядел её с головы до пят и обратно, но даже и моргнул пару раз подряд, словно сомневался в своём зрении или проверял, не словил ли какой-то хитрый откат.

Сердце Илии ухнуло в пятки. Когда она с утра выбирала, в чём бы покрасоваться перед Рийаром, она совершенно позабыла, что потом на место происшествия ей ехать в сопровождении Леона.

«Надо же было так опозориться!» — горячо пожалела она о том, что ничего не взяла с собой переодеться, и предстала перед начальством в виде безалаберном и несерьёзном.

Тут она, к тому же, обнаружила, что так и не сняла шаль — и теперь не знала, радоваться этому или уйти же в полное отчаяние. С шалью поверх брюк она выглядела вконец нелепо — какой там профессионал, какой там серьёзный маг-поисковик! Побродяжка какая-то с улицы! Но шаль, по крайне мере, прибавляла облику хоть чуточку скромности — вот что бы он подумал, если бы она перед ним тут своими формами?..

Леон, впрочем, осознав, что видит то, что видит, никак комментировать её внешний вид не стал, и сухо отметил, что на место происшествия они поедут в экипаже, поскольку расположено оно довольно далеко от управления.

Илия сперва вздохнула с облегчением — ноги у неё уже дрожали от фехтовальных упражнений, и пешком бы она точно никуда не дошла, а верхом она ездила плохо. Экипаж — это прекрасно!

…казалось ей до того момента, как она осознала, что ехать будет вдвоём с Леоном.

В любой другой день смятение её было бы меньше, но сегодня она не подумала, что после тренировки ей захочется помыться, и не взяла с собой никаких принадлежностей для этого, а просить у Рийара постеснялась, поэтому теперь отчётливо чувствовала, что пахнет потом — и замирала от ужаса от мысли, что в экипаже, должно быть, Леон тоже это почувствует!

«Блестяще, — уныло раздумывала она, старательно глядя не на него, а в окошко. — Ну нужно же было всё так испортить!»

Она была теперь незыблемо уверена, что его мнение о ней безнадёжно упадёт вниз, и это существенно понизит её шансы на дальнейшее трудоустройство. И чего ей стоило подумать обо всём заранее и нормально подготовиться!

Впрочем, она не успела уйти в полные дебри самоунижения, потому что он вдруг прервал её размышления:

— Раз уж мы всё равно теряем время на поездку, расскажите о ваших выкладках.

Илия в первый момент растерялась — она оставила свои записи в его кабинете и чувствовала себя неуверенно без опоры на них — но тут же собралась и поспешила попробовать реабилитировать себя в его глазах.

Она пояснила, какие направления поиска видит как перспективные, что намерена искать на месте происшествия, в чём может быть подвох таких поисков, и, почувствовав себя, наконец, вполне сносно, заключила:

— И я так же много размышляла над тем, что вы сказали по поводу утечки секретной информации, — ей показалось, что в этот момент в глазах его, ранее безразличных, мелькнул живой интерес. — Можно попробовать организовать поиск по принципу «с кем объект обсуждал этот вопрос» и проверить так тех, кто имел доступ к информации.

Он улыбнулся ободрительно и отметил:

— Да, идея хороша для точечной работы, но в этот раз мы будем