Високосный год - Юрий Тарасов

льющийся из небольшого окошка. Это был единственный источник света, и Лена подошла к нему. Привстав на носочки и схватившись руками за оконный проём, она вгляделась в окно, а дождь тем временем лил, не прекращаясь, вынуждая постоянно вытирать глаза от воды. Она увидела его через отодвинутую чёрную ткань, частично занавешивающую вход. Он сидел на подушках за богато накрытым столом и почему-то был совершенно один. Но вдруг появилась эта. Абсолютно голая, наглая, рыжая, с кубком в руке. Она подошла и села перед ним на колени, прижимаясь к нему своей бесстыжей большой грудью. И стала поить его вином. А он… а он даже не попытался отодвинуться. И тогда она, эта рыжая, обвив его голову своими руками, стала безумно его целовать… Его, её единственную любовь. Его, того, кто стал её первым мужчиной. Его, того, с кем она венчалась в храме. Его, кто поклялся ей в вечной любви на земле и на небе…

И мир её рухнул. Задрожали ноги. Она скатилась по стене в грязь. Слёзы не смогли побежать из её глаз. Казалось, что слёзы потекли внутрь. Она не смогла дышать. И не понимала, что с ней сделалось. В полном тумане растерянности она нащупала какой-то камень, поднялась и с невероятной силой запустила его в окно. И в тот же миг из её рта вырвался крик. Страшный, громкий, пронзительный крик. Крик, который никогда раньше не мог в ней существовать, но казалось, что сейчас он на мгновение заглушил рёв морской стихии. И она бросилась прочь. Прямо к обрыву, зияющему своей чёрной скалистой пастью.

«Лена, нет!!!»

Но она прыгнула. Не раздумывая. Его маленькая, хрупкая, кареглазая девочка с длинными волосами. Любимая жена Елена…

Глава 9. Ася

Проснувшись, как обычно, раньше мужа, Ася лежала и думала, что всё зашло в какой-то тупик. Все светлые надежды на счастливый брак уже давно канули в небытие. А давно ли? Ведь и года не прошло, как Ася по доброй воле надела кольцо на палец. И всё же было так искренно, так чисто… Но нет! В конце концов, всё уже слишком очевидно! Постоянно приходится рассчитывать только на себя, как будто мужчина в доме она, а вовсе не носитель мужского имени. А сколько надежд она вкладывала в своего тогда ещё жениха, сколько ожиданий томилось в её женском сердечке…

И казалось, ничего сверхъестественного в её желаниях не было. Всего лишь любимый муж, который достаточно зарабатывает, чтобы можно было растить детей и заниматься каким-нибудь любимым делом. Делом, которое сохранит и преумножит её женское начало, нежное естество. А вместо этого приходится закалять характер на совещаниях, планёрках, в скандалах с руководством и в каждодневной беготне по электричкам и метро.

А ведь раньше она плакала от счастья, когда он пел ей свои песни; восторженно открывала рот, когда он читал ей свои стихи; восхищалась его талантами и невероятной мечтой, которая даже её заразила своей близостью к исполнению. И песня же! У него есть чудесная песня, достойная, чтобы её услышали и оценили! И вот тогда непременно они смогли бы уехать куда-нибудь в Аликанте, в самое сердце Коста-Бланки, и каждый вечер, открыв бутылочку того самого испанского сухого, сидеть на маленьком каменном балконе, любуясь рябеющим закатом уходящего за морской горизонт солнца…

Но чёртов будильник снова вернул Асю в реальность. В реальность бесснежного подмосковного январского утра, в котором нужно встать, помыть голову, накормить кота, собраться и успеть на все нужные электрички и метро.

«Ну, не получается у него. Да и что вообще он делает для изменения ситуации? Только говорит! Да, и ходит на свою работу, чтобы денег хватило только на дорогу до этой самой работы. Сейчас уже даже не говорит… Мы же в очередной раз с ним поругались и не разговариваем. А жизнь идёт сейчас! Сейчас, а не завтра! И времени на эту самую жизнь остаётся всё меньше и меньше. И мне уже не восемнадцать. Мы женаты целых полгода, а у него дела только хуже! Полгода в моём возрасте это уже показатель. Да лучше я буду жить с котом и не ждать ничего и ни от кого. Смешно сказать, когда мы заходим в обычную кафешку, он берёт себе один чай и делает вид, что не голоден. А это неправда! У него просто нет денег! И он знает, что платить придётся мне. Поэтому и пьёт этот свой вечнозелёный чай! Ну, что это за муж такой? Нет, не об этом я мечтала, когда составляла свою карту желаний, не об этом. У меня уже не просто усталость, у меня усталость в перспективе! Я просто ошиблась… да. Просто ошиблась. Всё, решено!» — и Ася, не вставая с кровати, через мобильное приложение «Госуслуги» составила заявление на развод. Она взглянула на спину спящего рядом мужа, вздохнула и поднялась с кровати.

Покормив, недовольного, каждое утро то ли ворчащего, то ли мурчащего пузатого кота Пикселя, Ася побежала на работу. Шерстяной Пиксель громко крякнул на прощание и опять заснул.

Асе было немного за тридцать, и она отлично знала, что прекрасно выглядит. Она старалась никогда не унывать и смеялась всегда громко и от души, чем часто привлекала к себе внимание противоположного пола. Разве что в последнее время смеха поубавилось: может, из-за того, что уже второй брак оказался неудачным, несчастливым, что ли, а может, из-за частых женских мыслей о возрасте. А может, и потому, что эти самые мысли в женской голове до сих пор остаются загадками даже для самих женщин…

Уже в электричке Ася попыталась отправить мужу заявление на развод, но приложение уведомило её, что необходимы ещё кое-какие данные супруга. Тогда она и написала ему сообщение: «Для оформления развода через Госуслуги пришли мне свой номер СНИЛС».

Глава 10. Сделка

— Что ты наделал, — Андрей медленно проговаривал слова. Он был полностью разбит, раздавлен, обезволен. Смысл всей его жизни разрушился. Он по-прежнему был обездвижен, но теперь — от непоправимого горя.

— Ты, про́клятый Богом мучитель невинных, за что ты с ней так? Мало ли тебе грешников?

— Послушай, глупец, это её выбор. Не я бросил её с обрыва. Однако в моей власти помочь ей.

— В обмен на мою душу… Да и чёрт с тобой. Забирай! Но верни её безвинную, избавь от вечных мук!

— Что ж, это можно устроить, и условия вполне просты. Ты будешь служить мне. Скажем, тысячу лет. Думаю,