Два жениха и один под кроватью (СИ) - Ли Марина

И перелистнула доску, являя миру с десяток портретов невест на выданье, которыми меня снабдил любимый братец, едва узнав, с кем мне придётся работать.

— На что угодно готов поспорить, — хохотал он, когда мы выбрались вместе пообедать, — одно лишь упоминание о венчальной чаше резко повысит успеваемость у твоих студентов.

И оказался прав. Народ заворчал, зашуршал тетрадями, всё ещё недовольные и злые, но уже готовые к работе. Я перевела дух. Уф. Спина вспотела, руки дрожат, коленки трясутся, но, кажется, мы нащупали путь к взаимопониманию.

— Если вопросов больше нет, то предлагаю сделать небольшую перекличку, чтобы я могла…

— У меня вопрос.

Из-за крайней парты, которая была ближе всего к двери, поднялся высокий вихрастый мужчина и, кривя губы в насмешливой улыбке, спросил:

— А почему вашего дагеротипа нет на этой доске?

Я сцепила в замок дрожащие руки и, старательно игнорируя испуганный трепет собственного сердца, ответила:

— Потому что у меня уже есть жених.

— Понятно, — всё так же странно улыбаясь, протянул он, опускаясь на скамью, а я прошла за кафедру, открыла классный журнал и стала зачитывать вслух имена своих учеников:

— Айерти Мерфи.

— Здесь.

— Винчель Инг.

— Это я, — поднял руку напугавший меня здоровяк.

— Грир Колум.

— Ква-ква.

— По-прежнему не смешно, — хмыкнула я и запнулась о следующее имя. Аж в глазах потемнело, честное слово.

— Даккей Алан, — подсказал сидевший у двери мужчина, кажется, понимая, почему мне вдруг отказал голос.

Мысли внутри моей головы истерили, паниковали, рыдали и заламывали локти, пытаясь найти выход из внезапно образовавшегося тупика, внешне же я старалась не подавать виду. Кстати о виде. Что там говорил мой любимый и единственный брат? А говорил он, что в любой непонятной ситуации нужно делать вид, что так и задумано. И добавлял:

— Тогда все точно решат, что ты гений. Я, например, так поступаю постоянно.

Поэтому я откашлялась и, не поднимая глаз, проблеяла:

— Неразборчиво написано. Кхм… Киган Киф.

Глава 5

В КОТОРОЙ РЕКТОР НАВОДИТ ПОРЯДОК НА СТОЛЕ

Каждый раз, когда я говорила кому бы то ни было о том, что у меня есть жених, совесть покусывала изнутри голодным волчком, а внутренний голос нашёптывал: «Ой, доиграешься, Бренди! Видят предки, доиграешься!»

И вот пришла пора расплаты. Хотя номинально, если не считать Илайю, женихов у меня было целых два. Впрочем, насчёт целостности второго я до недавнего времени всё же сомневалась. Ну мало ли…

Впрочем, обо всём по порядку.

Когда-то давно эрэ Джей Вилки шантажом заставил папеньку обручить меня с его племянником. (Племянником. Ну, все всё поняли, да?) Они заключили помолвку по договорённости — на бумаге, жениху с невестой на этом мероприятии даже присутствовать было не обязательно. Достаточно опекунов или доверенных лиц. Заключили — и забыли. Точнее папенька забыл — отдавать меня за внебрачного сына провинциального целителя он бы ни за что не стал. Разве что я воспылала бы страстной любовью к поросёнку Трою.

А эрэ Вилки принялся ждать. И своего часа-таки дождался: девятого августа, не постеснялся, притащился в «Хижину» с помолвочной бумажкой наперевес и с порога заявил:

— У Троя через месяц недельный отпуск. Тогда и свадьбу сыграем.

Папенька фыркнул, маменька округлила глаза, а я мысленно покрутила пальцем у виска. Похоже, на старости лет наш сосед слегка ку-ку.

— Эрэ, вы бы прекращали курить белладонну. Добром это не кончится. Нам на лекциях по общему целительству говорили, что это исключительно дурная привычка. Какая свадьба? Во-первых, мне два года учиться ещё. И БИА я ни за что в жизни не брошу. А во-вторых, за вашего Троя я бы вышла лишь в том случае, если бы была слепая, немая и глухая. И без мозгов.

Последнюю фразу я произнесла шёпотом. Всё же эрэ когда-то помог появиться мне на свет и был нашим ближайшим соседом.

— А тебя никто и не станет спрашивать, девонька. Помолвка была заключена и…

— И не все помолвки заканчиваются свадьбой, — негромко произнёс папенька.

— Ты дал слово! — патетично выкрикнул эрэ. — Дал слово!

— И я его не нарушил. Ты ведь в обмен на своё молчание не просил свадьбы наших детей, ты просил помолвку. Ты её получил.

Джей Вилки по цвету лица стал схожим с переспелым помидором.

— Не будет свадьбы, — отрывисто бросил он, — не будет моего молчания. Завтра же все узнают, что щенок Бред вам неродной.

За «щенка» мне захотелось выцарапать соседу глаза, но тут папенька рассмеялся, а маменька оскорблённо поджала губы, поднялась с софы, расправила платье и безапелляционным тоном велела:

— Покиньте «Хижину». Я запрещаю вам появляться на территории усадьбы. Неродной… Самый родной!

— Сегодня же напишу Императору, — сощурив поросячьи глазки, пригрозил эрэ Вилки и, сжав в кулаке предбрачный договор, выскочил за дверь.

— Па-ап…

— Всё хорошо, детка. Во-первых, у Бреда теперь достаточно нашей силы, и он не теряет её даже когда тебя нет рядом. Хороший наследник рода, пусть в тебе и больше силы. Его Величество будет доволен. Во-вторых, я уже не в том возрасте, чтобы от меня требовали ещё одного наследника. И в-третьих, всё меняется. Не сегодня-завтра Предела не станет.

Мама недоверчиво хмыкнула и весьма оправданно возразила:

— Тин, милый, ты эту фразу произносишь с тех пор, как вышел в отставку.

— И тем не менее, — насупился папенька.

А к концу каникул в «Хижину» прибыл императорский стряпчий с указом и ещё одной помолвочной бумажкой. Эрэ Вилки сдержал своё слово и нажаловался на обманщиков Алларэев во дворец, за что и получил… щелчок по носу.

— Наследницу двух древних родов, кладезь магических сил какому-то байстрюку? — возмутился, по слухам, император, брезгливо отбрасывая донос. — Ну, нет. У меня для неё есть лучший муж на примете. Стьюард, подай перо и бумагу, кузен мне плешь проел своим протеже. Как раз будет ему подарок на годовщину.

— Кузену? — хихикнул давнишний императорский секретарь.

— А кому же ещё?

А ещё дней десять спустя в «Хижину» прибыл стряпчий, и они с папенькой заперлись в кабинете. Я классически подслушивала под дверями, нервно обгрызая ни в чём не повинные ногти.

— Жених на церемонию приехать не может, — бубнил императорский посланник. — Но это нам и не требуется, раз невеста есть. Под договором хватит и её подписи. А к сентябрю Алану дадут отпуск, тогда и…

Я отшатнулась от двери и схватилась руками за голову. Императорский жених — это вам не поросёнок Трой, от него так просто не отделаешься…

— Сегодня заключим помолвку, а завтра Бренди Анна подтвердит её в венчальном храме. Его величество будет доволен…

Ну, что сказать? Той же ночью я собрала саквояж и удрала из «Хижины», не оставив записки. Правда подпись под помолвочным договором поставить всё же пришлось, чтобы папеньку под императорскую немилость не подводить, я же всё-таки в его доме была, когда стряпчий приехал.

А потом, пользуясь тем, что я дева уже самостоятельная, совершеннолетняя, удрала в окно спальни…

Родители связались со мной через три дня. Ну, а как иначе. Папенька же сам мне переговорное зеркало подарил. Ругались балбеской. Спрашивали, хорошо ли добралась. Да не холодно ли у нас — у них в конце августа отчего-то выпал снег. Да что я буду делать, когда разгневанный жених появится на пороге моего общежития, потрясая договором…

— А пусть появится сначала, — ответила я. — А там посмотрим.

Не знаю, на что я собиралась смотреть и что делать, я тогда вообще об этом не думала. Боялась, изнервничалась так, что в начале триместра столько «отвратительно» нахватала, что потом едва разобралась со всеми хвостами…

Но жених не появлялся, не появлялся и не появлялся… и не появлялся… И родители о нём с того раза больше не заговаривали… И как-то всё не то что забылось… призрачным каким-то стало, будто не было императорского стряпчего с договором и помолвочной бумажкой, а просто приснился мне дурной сон, в котором один ненастоящий жених заменился вдруг на другого. Молодого, старого, рыжего, седого, калеку, урода, красавца — предки знают, какого. О женихе, назначенном императором, я знала лишь одно — его имя.