Два жениха и один под кроватью (СИ) - Ли Марина

Ну, что ж. Добиться внимания и тишины мне удалось. И ещё шокировать.

— Девка? Это шутка такая? — спросили с заднего ряда, и я посмотрела наверх. Это был Мерфи Айерти. А вот его я узнала с трудом. Годы не пощадили шутника, который однажды нарядился орком, чтобы напугать девчонку в её первую ночь в БИА. За четырнадцать лет он стал полностью седым, а в злых и холодных глазах не осталось ни следа былого веселья.

Я закусила губу, поминая нехорошим словом ректора, который не просветил ветеранов насчёт личности их наставника, и императора, что всё это затеял. Ох, чувствую, сложно нам будет сработаться… А ведь мне так хотелось произвести хорошее впечатление!

Собираясь на занятия, я выбрала простое платье из серой шерсти, а к нему бежевую кофту с круглым вырезом. И никаких украшений, кроме тонкого ободка из речного жемчуга на голове. При моих светлых волосах и бледной коже я больше на тень девушки походила, чем на саму девушку. Даже Рогль признал, скептически рассматривая мой облик:

— Хорошая серая шкурка, почти как у нас, только хуже. И уши маловаты. Зато синяки под глазами выше всяких похвал.

Синий чулок, если в двух словах. Именно то, что надо, если ты хочешь стать наставницей для боевиков-ветеранов. Жаль, что не помогло.

— Конечно, шутка, Мерфи, — улыбнулась сквозь зубы и выступила из-за кафедры. — Не такая смешная, как нарядиться в орка, но всё же…

Айерти моргнул и глянул пристально и задумчиво. Мне что же нужно его снова в зелёный цвет покрасить, чтобы он вспомнил, на что я способна?

— Они и в самом деле хотят, чтобы нас учила девка… — потерянно произнёс блондин в третьем ряду. А вот его я видела впервые. — Большего унижения придумать невозможно.

Я изумлённо вскинула бровь.

— Унижение? Мне всегда казалось, что делать четыре ошибки в слове «ещё» — вот настоящее унижение. Или говорить о человеке в третьем лице, когда он стоит в двух шагах. Использовать гнусные прозвища вроде «конфетка», «птичка» или «малышка» в отношении незнакомой тебе женщины… Не подниматься со стула, когда разговариваешь с наставником во время лекции. В общем, будучи якобы аристократом, вести себя как последняя деревенщина.

— Деревенщина?

Пятеро из двадцати боевиков вскочили на ноги, громко стукнув крышками парт.

— Якобы? — к ним присоединились ещё трое.

— О? — Я состроила удивлённую рожицу. — Не якобы? То есть всё же аристократы… Значит, я по праву рождения могу потребовать сатисфакции… Вот вы. — Незнакомый блондин вопросительно изогнул бровь и постучал указательным пальцем по своему плечу. — Да. Вы обозвали меня девкой, и я желаю затолкать ваши слова вам в глотку.

— Боевики с девками не воюют, — презрительно протянул он и покраснел от ярости, когда вместо того, чтобы оскорбиться, я расхохоталась.

На заднем ряду тихонько хмыкнул Мерфи. Надеюсь он сопоставил мои слова об орке с фамилией, написанной на доске, и хамить в открытую теперь поостережётся.

— А напрасно не воюют, — отсмеявшись, возразила блондину я. — Вот девки с боевиками — за милую душу. Вас как зовут?

Боевик оглянулся на посмеивающегося Мерфи и, явно что-то заподозрив, представился:

— Ну, допустим, Дар Нолан.

— Так вот вам, Дар Нолан, моё первое домашнее задание, раз от дуэли вы так настойчиво отказываетесь. — Я хлопнула в ладоши и блондин стал зелёный, как лягушка, которой меня когда-то пугал Колум Грир. — К концу недели постарайтесь вернуть своей коже изначальный цвет. И после этого я с радостью приму ваши извинения.

Он зашипел, как рассерженный гусь. Симпатичный зелёненький гусь с красными от бешенства глазами и побелевшими костяшками кулаков.

— Да как ты смеешь? — выдохнул, сверля меня ненавидящим взглядом.

Я вздохнула.

— Смею. — Потёрла рукой лоб, собираясь с мыслями. — Смею. В рамках образовательного процесса наставник сам выбирает наказание для учащихся. Полагаете, лучше было отправить вас на кухню? Или живой мишенью на стрельбище?

Ответом мне послужила тишина. Да я и не ждала, что мне станут возражать.

— Послушайте, я ведь не посмеяться над вами хочу, — продолжила после минутной паузы. — Я понимаю, вы злитесь из-за того, что вас, как мальчишек каких-то за учебные парты вернули… Я лично, была бы страшно обижена, окажись на вашем месте…

В зале кто-то хмыкнул.

— Но давайте рассуждать логически. Позволите?

Мысленно улыбнулась, похвалив себя за находчивость, заручившись безмолвным одобрением большинства, и отвернулась к доске.

— Все вы в то или иное время заканчивали бойфак. Есть, наверное, и те, кто не учился в БИА?

— Есть…

— Думаю, не ошибусь, если предположу, что вам читали следующие предметы. — Шевельнула указкой, и на доске появилась первая строчка: «Боевая и защитные магии».

— Каждый день, два часа, кроме воскресенья на протяжении семи лет. Дальше. Демонология и нежителогия — три часа в неделю с первого по седьмой курс. Основы алхимии — один час в неделю. Яды и противоядия — два часа в неделю. Основы артефакторики — пятый, шестой и седьмой курсы по два часа в неделю. Основы целительства и бытовые заклинания в рамках общей магии — по часу в неделю. Стихийная магия — по одному часу каждый день, кроме субботы и воскресенья. Алхимическая некромантия — два часа. Боевая некромантия — два часа. Фехтование и боевые искусства — каждый день, включая воскресенья. Верховая езда — три часа.

Я повернулась к классу.

— Итого в среднем сорок учебных часов в неделю. Иностранный язык, этика, общеобразовательные предметы в БИА предлагалось изучать факультативно. Но на их изучение времени, как правило, не было ни у кого.

— У нас иностранный обязательным был, — поведал парень, занявший место возле приоткрытого окна. — А для некромантов ещё и арифметика.

— А остальные? — спросила я. — Музыка? Танцы? Этикет? Риторика? Грамматика? Страноведение? Землеведение? История?.. Хотя бы что-нибудь?

Ответом мне снова послужила тишина.

— А ведь я лично знаю человека, который сумел охватить всё.

— Да брехло он, этот ваш человек, — крикнули с галёрки. — Или сопляк, и года на Пределе не отслуживший, или просто трепло.

Кто-то презрительно фыркнул, кто-то рассмеялся, Мерфи и ещё человека три-четыре задумчиво поглядывали на меня, не торопясь обозначать свою позицию в отношении происходящего.

— Если твой муж, конфетка, наврал, каким героем он был на Пределе, — произнёс рыжий парень, который до этого предпочитал отмалчиваться, — то я открою тебе тайну. Мы все так делаем, когда хотим затащить девку в постель.

— Не муж, а брат, — исправила я и, начиная злиться, хлопнула в ладоши. — А вам, голубчик, такое же задание, что и уважаемому Дару Нолану. И если ещё хоть одна сволочь назовёт меня девкой, птичкой или конфеткой, то на дуэли он будет драться с ним, не со мной.

С минуту они молчали, а потом крепыш с соломенной головой — тот самый, которого я увидела первым на всякий случай уточнил:

— А кто у нас брат?

Я молча ткнула указкой себе за спину. Туда, где на доске, над списком предметов, изучаемых боевиками в БИА, была написана моя фамилия и инициалы.

— Б. А. Алларэй, — прошептали в зале. Хотя бы читать умеют, и то хлеб. — Тот самый?

Я скромно пожала плечиком. О, да. Тот самый.

— Я надеялась, мы и без упоминания имени Бреда сумеем найти общий язык. Но, во-первых, я правда не люблю, когда меня обзывают девкой. Во-вторых, на магической дуэли по кодексу БИА я и сама в силах ответить каждому из вас, но не каждый из вас сможет ответить мне. И, наконец, в-третьих, мой брат закончил БИА с «безупречно» по всем предметам даже после перерыва в четыре года. Не без моей помощи, скажем прямо. — И я не соврала, вернувшись с Предела, брат, несмотря на регалии, первым делом бросился в БИА и за год нагнал меня по общим предметам, а профильные ему засчитали без экзаменов. — Но тут вы на равных условиях. Я буду рада помочь каждому из вас, кто согласится принять мою помощь. А кто не согласиться… Его Величество Лаклан Освободитель никого силой не держит ведь.