Два жениха и один под кроватью (СИ) - Ли Марина

И тут же встрепенулся, насупил рыжие брови и, суетливо отводя взгляд, выпалил:

— Кстати, о студентах, раз уж вы сами этот разговор подняли… И я помню, что мы… что вы… В общем, если коротко, то мне таки нужны имена ваших партизанов. У МК к ним назрела парочка вопросов.

— Нет.

— Бренди! — Нурэ Гоидрих снова вскочил и подёргал себя за галстук. — Это не шутки! В ночь Илайи МК засекли запретное колдовство. Кто-то пытался взломать «Щит Аллорэев» прямо отсюда, из БИА, и…

— И вы посчитали, что я могу быть как-то связана с этим?

Не то чтобы я обиделась, но отчего-то срочно захотелось сходить в купальню и смыть с себя ту грязь, которую на меня тут случайно вылили.

— Нет. — Опал в кресло ректор. — МК так решил. Тебя никто не винит. Они думают, ты по глупости и незнанию покрываешь преступников.

— А вы?

— А я тебя четырнадцать лет знаю! — отбрил наставник. — Въедливая, язвительная, подозрительная ссс…тудентка. Бывшая. Которая теперь наставница. Полагаешь, я поверю, что тебя малышня вокруг пальца обвела?

— Тогда в чём дело? — спросила я.

— Это в августе ещё началось, — негромко ответил наставник. — В самом конце…

А если быть совсем точным, то тридцатого августа. Почти все студенты к тому времени уже подтянулись а академию, преподаватели во всю готовились к учебному году, а нурэ Гоидрих нервно измерял шагами длину и ширину собственного кабинета, думая над новым указом о «талантливых и перспективных».

В дверь постучали и Ланти Кормак проблеял в узкую щель:

— Господин ректор, к вам нурэ Дербхейл по важному делу. Пускать?

— Нет, в угол на горох поставить! — рыкнул ректор. — Какого демона ты спрашиваешь, когда заранее знаешь ответ?!

— Простите, — пискнул мальчишка и спрятался в приёмной, а вместо него в дверном проёме появился самый старый наставник БИА алхимик нурэ Дербхэйл.

— Я смотрю, ты сегодня не в духе, Идан, — проскрежетал он, устраиваясь на кушетке, поближе к столу с напитками. — Из-за указа.

— Из-за него, — вздохнул ректор. — Не хотел вас обидеть, просто нервы ни к чёрту.

В те времена, когда нурэ Гоидрих был студентом БИА Дербхэйл занимал должность декана Алхимического факультета, нолет пятнадцать назад ушёл с этой должности по состоянию здоровья, однако преподавание не бросил.

— Да разве ж ты меня обидел?.. Пустое… Где тут у тебя виски? Ага… нашёл… Да не мельтеши ты! Сядь!

Ректор послушно опустился в кресло и молча проследил за тем, как наставник наливает себе напиток. Несмотря на солидный возраст руки у старика были по-прежнему крепкие, уверенные.

— Ты мне лучше вот, что скажи, Идан… У меня из лаборатории кое-какие препараты пропали. Пару эликсиров, вытяжка, ещё кое-что по мелочи… Нет. Студенты всегда воруют, заразы. С этим я свыкся, не зыркай… Но уж больно интересно получается, если посмотреть на целый список украденного.

Старик достал из кармана чёрной мантии, которую он носил поверх модного даже по столичным меркам костюма листок бумаги и бросил его ректору. Нурэ Гоидрих поймал свиток магическим арканом и притянул к себе. Пока читал, чувствовал, как холодеет всё внутри.

За годы ректорства он на что только не насмотрелся, временами студенты и в самом деле творили чёрное, но чтобы вызвать демона…

— Может, совпадение, — не веря себе самому протянул глава БИА.

— Может, — согласился нурэ Дербхэйл. — Я уже лет пятьдесят не видел никого, кто бы захотел демона вызвать. Не после того, как они из провала полезли точно. Каждый в этом мире потерял кого-то на Пределе… Потому и пришёл к тебе. Последи, Идан. Я тоже буду смотреть в оба глаза, конечно. Только, думаю, ко мне они уж боле не сунутся. Коли не дураки, поймут, что я замечу пропажу — уж больно много украли. А коли дураки…

Старик кровожадно усмехнулся, а ректор решил, что напишет о случившемся в МК. И императору…

Я внимательно, не перебивая, выслушала ректора, а когда он закончил, удивлённо вскинула брови. Он меня что ли в краже ингредиентов у алхимиков подозревает? Точнее, не он, а магический контроль. И именно в этом году, когда я даже «драконью кровь» за собственные золотые покупала!

— Прошу прощения, — проговорила я таким тоном, что и глухой бы проникся всей степенью моего негодования. — Но это я в сентябре получила выговор за то, что опоздала к началу учебного года. Так что почтенного нурэ Дербхэйла никак не могла ограбить.

И это правда. В академии я появилась третьего сентября, в свой первый рабочий день. Ни первого, ни второго лекций у меня не было, но нурэ Гоидриха это не интересовало.

— Есть устав БИА, — противным голосом заметил он, — согласно которому студенты и наставники живут на территории академии с первого сентября по восемнадцатое июня с правом отлучения на выходные и каникулы. Если вас что-то не устраивает, нурэ Алларэй, вы всегда можете попросить о переводе в институт благородных девиц.

Ректор, конечно же, и сам прекрасно об этом помнил. Тогда зачем всё это?

— Я ни в чём тебя не обвинял! — раздражённо напомнил он. — И ты дослушай сначала, а потом в позу становись. Рразвела бардак… Сядь, не мельтеши!

Так как сам наставник сидел на кушетке, я присела на краешек стула для посетителей, но выражение глубокого оскорбления и негодования с лица убирать не торопилась.

— Ночью, пока мы с боевиками вокруг твоих партизанов танцевали, кто-то пытался вызвать демона. Прямо с территории БИА. В МК полагают, хотели замаскировать его под фон от призрака жениха…

Я возмущённо ахнула! Какой фон? Фон разве что только в самый первый год был, потому что мы с Бредом иллюзию использовали, но после того раза — ни-ни! Чтоб нас по магическому хвосту поймали? Нашли дураков!..

— И если бы он был, этот фон, — прорычал ректор, глядя на меня волком, — кое-кто бы давно из академии вылетел, как пробка из шампанского!.. Я им об этом сразу сказал. Предположив, что тут расчёт, скорее, был на нервы наших ясельников… Уж коли я сам когда-то в зеркало огненным шаром жахнул…

Посмотрел на меня укоризненно. Я вежливо улыбнулась, вся такая честная-честная. Наставник вздохнул и продолжил:

— На Пределе были отмечены волнения, не массовые, а точечное, очень сильное, местные специалисты это тоже почувствовали. В академию приехали контрольщики, требовали ответов. А я не привык! Не привык не владеть информацией! Выкладывай, что там ночью случилось. С кем Джона был и почему. Мало ли…

Я едва не рассмеялась, представив себе, как Джона и Агава вызывают «вот такого вот мааааленького демона», но вовремя сдержалась. Покачала головой.

— Нет.

— Что?

— Наставник, мы с вами говорим о детях! Джоне тринадцать. Второму… преступнику меньше. Вы серьёзно считаете, что они способны на такое? По глупости или незнанию вызвать демона?.. А о силе вы подумали? Сколько сил должно быть в том ребёнке, чтобы…

— Ты мне хотя бы о силе не рассказывай! Сама знаешь, как оно у некоторых деток бывает… — перебил ректор. — Да и в МК не дураки сидят. Пусть сами разбираются.

— Не дураки, — хмыкнула я. — Но заклинание Правды и лжи к ним всё равно применят. Хотите взять душевное здоровье будущего лучшего некроманта Аспона на свою совесть — воля ваша. Но про второго я вам не скажу ни слова, хоть пытайте!.. И уволюсь в тот же день, как Джону заберёт контроль.

— Ты шантажируешь меня что ли? — изумился ректор.

— Взываю к вашему здравому рассудку и острому уму, — возразила я. — Если вы посмотрите на ситуацию моими глазами, то поймёте, что я права… Да и вообще. Дети о демонах ничего не знают! Если уж и подозревать кого-то, то боевиков. Они в своей жизни чего только не повидали… Я слышала, на Пределе многие просто сходили с ума. А вызов демона — это ли не сумасшествие?

Нурэ Гоидрих скривился и взъерошил и без того лохматые волосы. Посмотрел на меня задумчиво. Пробормотал:

— С другой стороны… Раз ты мне говорить ничего не хочешь, пусть он сам с этим разбирается.