Надежда Башлакова - Мифическая Средневековия

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

— Так ты ведь и сам любишь. Запретный плод всегда сладок, не так ли, Сэргард? Кому же это знать, если не нам с тобой, ведь твоя любовь тоже вне закона. Когда-нибудь, может статься, и ты меня поймёшь.

— Я и сейчас понимаю твою любовь, но Энгельс? За что так его? Ведь сама только что сказала, он хороший. Ведь у тебя был выбор, ты не должна была совершать с ним свадебный обряд.

— Должна, не должна, Сэргард, ведь говорю же тебе, я была слишком молода и ошиблась. — Вспылила Даяна. — И эта моя ошибка стоила дорого нам обоим. Для него она обернулась потерей священного брака, а для меня лишением троих дочерей. И ещё не известно, чья плата за мою счастливую жизнь дороже, Сэргард, ещё не известно. — Она вновь замолчала, затем тихонько что-то пробормотала, словно оправдываясь. — Я и не подозревала, что Десхард снова появится в моей жизни, думала, он ушёл навсегда. Потом… — Даяна сконфужено замялась.

— И где ты теперь? — Прервал Сэргард затянувшееся тягостное молчание.

— Я? — Она будто не ожидала от него таково вопроса или была слишком задумчива, чтобы сразу ответить. — Мы, — поправила она его, — живём в приграничье Драконьей равнины.

— Ну и как вам там?

— Совсем неплохо. В этих местах очень хорошо относятся к любым смешанным бракам, и нашу ситуацию тоже никто особо строго не судит, так как основная масса населения там и сами изгои. Кого-то свой народ уже давно простил, но они там осели и не хотят покидать насиженные места, другие наоборот изгнаны совсем недавно.

— Кто знает, возможно, скоро и мы станем вашими соседями. Мы собираемся связать наши судьбы навек и нам уже предлагали поселиться на тамошней границе.

— А ты уверен, что навек?

— Да ну тебя. — Сэргард взглянул на неё с возросшим неодобрением. — Не стоит мой разум наполнять такими настроениями. Пойду-ка я лучше вперёд, мне к гномам.

— Постой, не кипятись. Пойдём вместе, нам же по пути.

— Я тороплюсь.

— А я тебя не задержу.

— А что это ты вообще здесь делаешь, так далеко от Драконьей равнины? — Подозрительно спросил Сэргард.

— Я… — в нерешительности промямлила Даяна, — я… ходила смотреть на дочерей.

— Ты сошла с ума, ведь это очень рискованно. Они могли разорвать тебя в клочья, если бы заметили, но, Слава Ночи, как вижу, не заметила.

— Ты ещё слишком молод, тебе этого не понять. — Печально протянула серая волчица.

— Скучаешь по ним? — Понимающе взглянул на неё Сэргард, после короткого молчания.

— Ещё бы.

— А Энгельс?

— В какой-то мере и по нему, всё-таки не чужой, столько лет вместе. Ну ладно, не будем о грустном. Зачем ты держишь путь к подземным обитателям? — Сменила она неприятную для неё тему разговора.

— Боюсь что это о ещё более грустном, тётя, по крайней мере, хорошего тут мало. Разве только то, что мы уже в курсе и пытаемся предотвратить катастрофу, вселяет надежду, но еще, не известно удастся ли им завершить свою миссию. Затем и иду к гномам, чтобы связаться по волшебному зеркалу с Меденом и Катариной, узнать, как они там поживают в суровых условиях Великании и Амазонии.

— Если честно, я ничего не поняла. Насколько я знаю Катарина это та самая девушка-вампир, из-за которой тебя изгнали, а миссия, их миссия… Ну, в общем, если можно ещё раз и поподробнее.

— Да, видно давно ты не была в своей приграничной зоне, раз ещё не в курсе назревающих событий. Вот и я уже успел утолить твоё любопытство и узнать историю твоего изгнания….

Даяна недовольно сверкнула глазами.

Сергард проигнорировал её недовольный выпад, в конце концов, он и сам так умел. Он просто, без всяких предисловий, принялся излагать ей свой обоснованный рассказ.

Так и бежали они рядом лёгкой трусцой, по-своему счастливые и по-своему несчастные.

— А-а-а, чудовище. Мама, — дети, издавая истошные крики, в бешеной скачке неслись по тёмным туннелям в сторону подземного городка. Гномы, на ходу выхватывая мечи и молоты, побежали туда, откуда только что вернулись малыши.

— Настя, Настенька. — Виктория с трудом пробралась сквозь толпу любопытствующих. — Анечка, где моя Настя?

Но маленькая сестра Николаса лишь в растерянности покачала головой.

— Наверное, отстала, когда мы все побежали.

Не тратя время на дальнейшие расспросы, Виктория бросилась вслед удалившемуся гномьему отряду. Ещё издали она услышала протестующий детский крик и громкий плач. Голос, несомненно, принадлежал её дочери, да и какая же мать не узнает голос своего родного ребёнка. Она не могла идти быстро, так как потолки были не более полутора метра в высоту, а может и того меньше, нависая сверху грозной тучей. Земля кое-где была обсыпана, балки треснуты, перекрытия обвалены. Почему она не замечала этого раньше? Да и не могло быть такого непорядка у гномов, которые были известными работягами и до дотошности аккуратными, очень ревностно относясь к своему нелёгкому труду. Может быть, причиной этому разгрому послужило пронёсшееся здесь несколькими минутами ранее чудовище. Эта догадка подстегнула её и заставила двигаться быстрее. Вот огромная дыра в стене сродни гномьим туннелям, только круглая и без балочного перекрытия. Так вот значит, каким путём это существо проникло в окрестности подземного городка, попало в коридор, проделанный руками гномов, и решило облегчить себе дорогу, двигаясь дальше по уже проторённому пути. Размышляя в таком направлении, леди Альбатрас завернула за угол и чуть не врезалась в горстку гномов с опаской выставивших вперёд своё холодное оружие и в тоже время с некоторым любопытством взирающих на развернувшуюся перед ними картину.

А весь проход перед ними закрывало что-то мягкое, светлое и покрытое коротенькой, на вид жёсткой, шёрсткой. Это что-то очень напоминало обычного яблочного червя, которого мы иногда с отвращением встречаем в перезревшем фрукте, только увеличенного до неимоверных размеров. Громоздкое тело с трудом вмещалось в метровой ширины проход и столько же занимало в высоту, что позволяло в оставшемся сверху отверстии поместиться усевшейся на спине червеобразного монстра крошке Анастасии.

— Мама, мама, — увидев мать, девочка радостно захлопала в ладоши, а повернувшиеся гномы почтительно расступились, позволяя, матери самой снять с метровой высоты червя маленькую дочку.

— Мама, Чуча дуга, дуга Чуча, мама.

— Всё хорошо, Настенька, теперь давай-ка спускайся, и идём к маме на руки.

— Не-е, — закачала головой девочка, — дядя Чуча боль. Чуча дуга, мама.

— Чуча? Кто это Чуча? — Виктория с опаской приблизилась к червю и попыталась снять девочку, но та увернулась и отползла назад, похоже, тело червя уходило вглубь на несколько метров.