Вероника. Дом там где сердце - Людмила Вовченко

ещё не вошёл, но связь с домом активна. Возвращаемся. Срочно.

* * *

Вернувшись домой в спешке, Вероника едва успела стянуть пальто, как огромные старинные двери сами открылись с низким скрипом. В вестибюле, прямо перед книгой Кодекса, засиял воздух.

— Сосредоточься, — сказал Кристалл. — Сейчас прибудут гости. Ты должна принять клятву. Помни: они не смогут войти без неё.

Сияние стало плотнее, материализуясь в форму. Из портала вышли трое. Двое взрослых — женщина с ярко-сиреневыми волосами, кожа — серебристо-серая, одета в наряд, напоминающий восточные накидки с перламутровыми вставками. Рядом — высокий мужчина с узким лицом, глубокими золотыми глазами. Между ними — девочка лет восьми, в лёгком плаще с капюшоном.

— Мы пришли по приглашению, — произнесла женщина. Её голос звучал одновременно и нежно, и гулко, будто колокольчик в глубокой пещере. — Сердце дома отзывалось. Мы искали убежище.

— Имя и мир? — строго спросил Кристалл.

— Лаэли, с мира Эл’Карис. Семья торговцев специями и знаниями. Мы бежали. Наши клятвы чисты.

Вероника на мгновение растерялась — так необычно выглядели гости. Почти сказочно. Но её тело отреагировало на их присутствие… тепло. Они несли с собой не страх, а скорее — тоску и надежду.

Кристалл поднялся в воздух и осветил книгу. Она открылась на чистой странице.

— Прикоснитесь. Один за всех. Сердце дома запишет.

Женщина положила ладонь на пергамент. Золотые нити расползлись от её пальцев, впитывая в себя не только имя, но и суть.

— Клятва принята, — объявил Кристалл. — Временное убежище: семь дней. Доступ — гостевой. Нарушение правил влечёт изгнание. Гостевая комната активирована. Хозяйка, утверди подпись.

Вероника подошла, медленно провела пальцами по строке. Чернила сами легли на бумагу, изогнувшись в изящную подпись. И тут дом тихо загудел, словно приветствуя новых жильцов.

— Отдыхайте, — сказала она мягко. — Если вам что-то нужно… я здесь.

Женщина склонила голову. — Благодарим. Мы знали, что Дом выберет достойную.

* * *

Поздно вечером, когда гости разместились и дом, кажется, снова притих, Вероника прошлась по коридору. В одном из зеркал вдруг отразился… не её силуэт.

Темноволосый мужчина в чёрном костюме, высокий, с точёным лицом и ярко-синими глазами смотрел на неё через отражение. Его взгляд был уверенный, почти насмешливый. И что-то в нём щёлкнуло глубоко в её подсознании. Узнавание. Или страх.

— Кто ты?.. — прошептала она.

В зеркале больше никого не было.

— Кристалл… — позвала она. — Я думаю, он скоро придёт.

— Да, хозяйка, — ответил Кристалл задумчиво. — Его зовут Макс. И для него уже готова страница в Кодексе.

Глава 13

Глава 13.

Оплата за вход

Дом дышал иначе. После прибытия семьи Лаэли он будто ожил, проснулся из затяжного сна. Окна — ещё недавно тусклые и пыльные — теперь мягко отсвечивали янтарным светом, отражая трепет огня в камине. Воздух был чуть плотнее, в нём ощущалась энергия — новая, тёплая, звенящая, как дыхание на стекле в морозный день.

Вероника стояла у подоконника в гостиной, зажав в ладонях чашку с травяным чаем, настоянным на листьях из сада — том самом, что «появился» после её мысленного запроса. За окном был вечер: Лондон прятался в сиреневом тумане, фонари вдоль улицы медленно вспыхивали, как огоньки в рождественской гирлянде.

— Они устроились, — сообщил Кристалл, возникнув рядом. Он завис на уровне её плеча, будто парящий светящийся кулон. Его голос звучал как вкрадчивый ветер в горах: — Комната отреагировала на их расу. Им уютно.

— Это хорошо… — тихо выдохнула она. — Они заплатили? Я не спросила…

— О, да. Самым достойным образом. — Кристалл покружился в воздухе. — Женщина преподнесла один рубин. Настоящий. Чистейший. С такими платили раньше только за временный проход в Город Света. Муж добавил два золотых, отчеканенных вручную. Монета их мира. Очень старые.

Кристалл взмыл выше и замер над камином. Там, в нише, уже сияли драгоценные камни, вложенные в специальную магическую чашу — она то пульсировала мягким светом, то затихала. Дом принял подношение. Это было не просто оплатой — это был энергетический договор, обоюдное подтверждение честного визита.

— Ты хочешь сказать… — начала Вероника, прищурившись. — Эти камни… питают дом?

— Частично, — подтвердил он. — Это… обмен. Они получают защиту и временное убежище, а дом — магическую подпитку. Это древняя симметрия. Уравновешенная сделка.

Вероника подошла ближе. Камни в чаше переливались, как живые. Особенно ярко пульсировал рубин — в нём будто пульсировало сердце.

— Знаешь, — с усмешкой сказала она. — Я ведь могла бы начать бизнес.

Кристалл фыркнул:

— Дом тебе этого не позволит. Слишком жадные, слишком лукавые — не пройдут клятву. А если пройдут и нарушат — отлетят с волной обратного портала.

Они замолчали.

Сквозь стекло витражного окна проглядывал свет. В одной из гостевых башен зажёгся фонарь. Девочка из семьи Лаэли рисовала на полу светящимися мелками. На её лице — улыбка. Мужчина, её отец, присел рядом и аккуратно поправил край её накидки. Это была сцена мира. Пусть и временного.

— Они боятся? — спросила Вероника.

— Да. Но в их страхе есть благодарность. И уважение. Они не задают лишних вопросов. И потому дом открылся им без сопротивления.

Вероника вдруг ощутила, как её пальцы дрожат. Ей было трудно принять этот вес — быть Хозяйкой. Даже если вокруг уют и тепло, в основе всего — ответственность. За грани. За порталы. За магию.

— А Макс?.. — тихо спросила она.

Кристалл на секунду замолчал.

— Он идёт. Завтра в полночь. Будет стук в дверь. Три раза. Ты должна быть готова.

— Готова к чему?

— К встрече с тем, кто будет связан с тобой контрактом. Он — не просто управляющий. Он часть баланса. Ты — Сердце. Он — Ключ.

Вероника отвела взгляд в окно. Отражение её лица смешалось с огнями Лондона, с башнями, с паром над Темзой. Впереди был день. Один-единственный день покоя, до прихода демона, который станет её союзником.

— Тогда завтра я напеку пирогов. Пусть знает, куда идёт.

Кристалл засмеялся. И дом вслед за ним будто хихикнул.

* * *

Оплата за вход

Дом дышал иначе. После прибытия семьи Лаэли он будто ожил, проснулся из затяжного сна. Окна — ещё недавно тусклые и пыльные — теперь мягко отсвечивали янтарным светом, отражая трепет огня в камине. Воздух был