Хозяйка приюта для перевертышей и полукровок - Елена Кутукова

эти оскорбления она терпела часто и молча.

Что ж, я пока тоже потерплю, чтобы не выдать себя.

 Женщина повернулась и скрылась за дверью. Скоро она вернулась с фляжкой.

— Вот, держи. И больше не приходи. Нечего на всяких воду расходовать.

Даже несмотря на такое отношение, поблагодарила ее и поспешила уйти. Отойдя на достаточно большое расстояние, так, чтобы не было видно, я выбросила фляжку. Мало ли все-таки, что там. А вдруг яд. Потом дракону скажут, что я что-то не то по глупости выпила, и поминай.

Нет уж, пусть лучше я буду излишне осторожной, чем пострадаю. Особенно когда рядом со мной Лилиан.

Девочка мрачно смотрела себе под ноги.

— Ничего, мы сейчас найдем другую таверну.

— А твоя мачеха? – встревоженно спросил ребенок.

— Она тебя не побеспокоит. Я уже самостоятельная, — ответила я, опустившись на колени перед ребенком.

Пошли дальше. Прошли несколько улиц. В одной таверне не было свободных комнат, да и работница им не требовалась, в следующей было слишком шумно и дымно, чтобы оставаться там с ребенком. Мы заглянули попытать счастья в четвертую таверну.

Посетителей сейчас в ней не было.

— Джорджиана! — воскликнула пожилая седая женщина, поспешив ко мне.

Мне захотелось выругаться. Меня опять узнали, а я же не имела никакого понятия, кто передо мной.

Ее взгляд остановился на корзине.

— Неужели ты решилась наконец сбежать от мачехи?

— Да, — ответила я.

— Ох, девочка моя. Слава всем богам.

Женщина улыбнулась и даже поспешила обнять меня. Похоже, к Джорджиане она относилась довольно тепло и даже поддерживала. Что ж, это хорошо. Мне нужна помощь.

— Я бы хотела заказать поесть. Кашу, может быть, какую-нибудь, — задумчиво протянула я. – Лилиан, что бы ты хотела?

Ребенок пожал плечами.

— Жаркое удалось, и пирог с патокой.

Старушка быстро накрыла на стол, я усадила Лилиан есть. Видит бог, она нуждалась в этом. Ребенок без лишних слов начал поглощать пищу.

— У вас есть комната?

— Комната есть. Даже с двумя кроватями. Но откуда у тебя девочка?

— У леса подобрала, — ответила я.

Понимаю, как это выглядит. У меня ни кола, ни двора. Но какой у меня был выбор с учетом обстоятельств? Имущество — это дело наживное.

— Зря ты это сделала. Просто так у леса детей никто не оставляет, в другой город везут, в приют, — заявила старушка.

К моей большой радости, она сделала это тихо, и, скорее всего, Лилиан ничего не услышит.

Но все равно от этих слов стало не по себе, и уважения к женщине поубавилось. Это что за суеверия?! Как так можно?!

— Ребенок останется со мной.

— Что ж, надеюсь, милая, ты об этом не пожалеешь, — покачала она головой. — Работу ты уже нашла?

Я покачала головой.

Женщина шумно вздохнула.

— Что ж ты, милая, так? Мачеха может же приказать тебя вернуть. Такие вот у нас законы.

Значит, Юланна сказала правду. Возможно, сводная сестра все-таки желала мне добра. Но даже с учетом, что пирог был не отравлен, рано делать выводы.

— Либо замуж. Может быть, я найду тебе кого-нибудь, за кого ты могла бы выйти замуж.

Э… я как-то так скоропалительно замуж не согласна. Я, конечно, мечтала о полной семье, но не так. Кроме того, у меня и без незнакомого мужчины есть проблемы. Мало ли, вдруг здесь патриархат.

— Боюсь, с этим у меня проблемы, — ответила, показав кольцо. – Я помолвлена. Но скоро мы расторгнем помолвку.

Старушка горько охнула.

— А вы не можете помочь с работой? Например, здесь?

— Работницы нам нужны, но, Джорджиана, твоя мачеха любого со свету сживет, кто тебя в этом городе на работу возьмет.

Интересно, что же за статус такой у мадам Рауз, что она способна на такое?

— Неужели нет никого, к кому я могла бы устроиться? – спросила я.

А ведь мне нужно будет устроить Лилиан куда-нибудь, наверное, в школу. Но эта проблема могла подождать, пока я не избегу опасности попасть в руки мачехи.

Женщина покачала головой, потом поджала губы.

— Подожди, есть одна. Но ты к ней не пойдешь в работницы.

— Это почему это? – спросила я, напрягшись.

Что же там за работа такая, что я могу отказаться? Что-то незаконное? Или ужасное?

— Ты сама столько раз отказывалась, когда я предлагала.

Внутреннее напряжение усилилось, у меня даже пересохло в горле в ожидании.

Но знакомая Джорджианы не торопилась уточнять, что же это за работа такая и почему я отказывалась.

— Что ж, я передумала, — ответила я. — У меня изменились обстоятельства.

— Милая, ты действительно пойдешь работать к ведьме? Ведьме, которая живет на окраине?

Определенно. Мне как раз к ней и нужно. Волки как раз ее упоминали, правда, об этом я, разумеется, промолчу.

Мне нужна память предыдущей хозяйки этого тела, и чем скорее, тем лучше. Иначе кто его знает, в какие неприятности я вляпаюсь.

— Да. Собственно, сейчас я не понимаю, почему раньше до нее не пошла, — сказала я, надеясь выяснить причину отказа настоящей Джорджианы.

— Ты говорила, что лучше смерть. Что ведьма что-нибудь сделает с тобой страшное.

Поджала губы. Странно, ведь, как я узнала, Джорджиана сама обладает магическими способностями. Если верить мачехе, то они слабые, но все же есть, а значит, она была не так уж беззащитна и, наверное, могла понять, когда против нее колдуют.

Да и вообще, ведьме зачем с девушкой что-то страшное делать? Просто так от скуки? Сомнительно. Весьма маловероятно. Особенно с учетом того, что ведьме работница нужна.

— Да и слухи про нее разные ходили.

Увы, слухам верить не стоит, порой надо выяснить самому и составить свое мнение. Но вдруг что-то еще пугало бывшую хозяйку тела? Может, она что не рассказала?

Гадать можно бесконечно, нужно выяснить, что там за обязанности. Может быть, Джорджиану именно они пугали?

— А напомните, пожалуйста, что там за работа? – спросила я, искренне надеясь, что женщина передо мной спишет этот вопрос на забывчивость. А не подумает, что перед ней кто-то чужой, оказавшийся в теле ее знакомой.

Но люди, как правило, думают о более реалистичных вещах.

— Что-то по хозяйству делать. Возможно, с детьми возиться.

— Дети? – спросила я с надеждой.

Дети — это хорошо. У меня есть опыт в работе с ними. Может, ведьме няня