Эва Киншоу - Очаровательная должница

— Я решу, что вы считаете меня недостойным вас. Судя по тому, как упорно вы продолжаете игнорировать взаимное притяжение, которое мы ощущаем с момента нашей первой встречи, это вполне вероятно.

Вместо того чтобы взорваться — вероятно, отличная еда и приятная атмосфера этого заведения смягчили Летицию, — она откинулась на спинку дивана и стала смотреть по сторонам, пока не принесли вторую перемену. Да и Энтони не пытался что-либо добавить к своему заявлению или вытащить из нее ответ, а, напротив, расслабившись, тоже наблюдал за ней.

Летиция заказала филе ягненка. Но когда перед ней поставили тарелку, она некоторое время сидела, уставившись в нее невидящим взглядом. Затем посмотрела на Энтони.

— А с чего вы взяли, что у меня никого нет? Может, я игнорирую вас именно по этой причине?

— Может, — согласился он. — Но было бы странно испытывать то, что испытываете вы, имея близкого человека, не так ли?

Летиция бросила на него мрачный взгляд. Однако это не произвело на Энтони особого впечатления, и он продолжил:

— В вашей жизни нет мужчины, Летиция.

— Но откуда… откуда вам знать об этом? Только не говорите, что делали домашнюю работу, шпионя за мной! — воскликнула она.

— Так получилось, что ваша мать мне о многом рассказала. Мы довольно долго беседовали. Теперь я знаю, что Агнесса — книжный червь и пошла по стопам отца. Что у вас были увлечения, но серьезными их назвать нельзя. Ваша мать считает, что причиной тому ваши слишком высокие требования.

Летиция впилась в филе, как во врага.

— Вы не согласны с такой оценкой?

— Как человек с высокими требованиями — нет!

— Я правильно понимаю, что временами между вами и вашей матерью случаются недоразумения?

— Совершенно точно. И не говорите мне, что вы-то никогда не ссорились с вашей матерью! — Летиция замолчала и закрыла на мгновение глаза. — Простите, я… я сказала не подумав.

— Похоже, что и вы, Летиция, прилежно работаете дома, — произнес Энтони с еле заметным сарказмом в голосе.

Она покраснела.

— Так получилось. Агнесса наводила справки для того тележурналиста, который делал с вами передачу из серии про новых американцев.

— А… Что же она еще про меня выкопала, что не стало достоянием широкой публики?

Летиция пожала плечами.

— Как говорят, ничего плохого, кроме хорошего. Скажите… — она сделала паузу, — вы так и не нашли вашу мать?

— Нашел, но она уже умерла.

— Простите, — произнесла Летиция с искренним сочувствием.

— Она бросила меня.

Летиция не сводила взгляда с лица Энтони, на котором не было заметно и следа эмоций.

— В любом случае, решение наверняка далось ей нелегко.

— Безусловно. У моего отца был тяжелый характер, и после ее ухода он лучше не стал. Но как бы то ни было, мы говорили о вашей матери. А кстати, не хотите ли еще бокал этого чудесного вина?

Летиция посмотрела на бутылку красного, которое принесли к основной перемене, и негромко фыркнула:

— Что, у меня такой вид, будто мне надо выпить, едва вы упомянули о моей матери? Впрочем, спасибо за предложение.

Энтони налил вина, и некоторое время они ели в молчании. Потом Летиция медленно произнесла:

— Иногда она просто сводит меня с ума. Мать же знает, что у нее с деньгами, и мне страшно подумать, во сколько обошлась ей сегодняшняя вечеринка: новое платье, французское шампанское и так далее и тому подобное. Но если бы вы видели, как она работает с детьми-сиротами, — мама очень музыкальная и устраивает для них концерты! Если бы знали, как она любила папу и как заботится о нас с сестрой, вы бы тоже любили ее и восхищались ею! Я…

— Я понял, — перебил ее Энтони. — Вы друг для друга на край света пойдете, но вместе вам жить трудно.

Летиция взяла свой бокал, снова откинулась на спинку дивана и почувствовала, что ей стало легче.

— Да, — ответила она.

— Что ж, — проговорил ее собеседник, — раз мы разобрались с этим пунктом повестки дня, не перейти ли нам к следующему, а именно — к нам самим?

— И что же вы имеете в виду? — спросила Летиция, глядя на Энтони поверх бокала.

— Не желаете ли потанцевать со мной после ужина? — Она открыла рот, но Энтони не дал ей сказать и слова. — Нет, мисс Уимблоу, не стоит говорить то, что первым придет вам в голову. Поскольку это, несомненно, будет отказ. Подумайте немного, — с улыбкой посоветовал он.

Проницательность собеседника заставила Летицию мысленно выругаться. Неужели все мои помыслы настолько очевидны? Или я опять веду себя, как заносчивая аристократка? — испугалась она. Но ужинать с мужчиной — это одно, а танцевать — совсем другое. Наверное, можно отказаться от предложения потанцевать и при этом тебя не сочтут снобкой.

— Я… — Летиция замолчала и секунду спустя спросила: — А где?

— Здесь. Танцевальный зал открывается в одиннадцать.

Летиция взглянула на часы и с удивлением обнаружила, что уже почти одиннадцать.

— Ладно, — кивнула она. — По крайней мере, неплохое физическое упражнение. И тогда… — Летиция внезапно умолкла.

— И тогда вы полностью загладите вину вашей матери, да? — предположил Энтони.

Она пожала плечами. Но неожиданно в глазах Энтони загорелись огоньки.

— Попытаюсь не наступать вам на ноги, Летиция.

— Да я не…

— Конечно нет, — с серьезным видом прервал ее Энтони. — В особенности когда я вижу, как вы изо всех сил пытаетесь показать мне, что не считаете меня ниже себя.

Летиция скрипнула зубами. Затем склонила голову и холодно проронила:

— Надеюсь, вы хороший танцор, мистер Симмонс.

— Посмотрим, мисс Уимблоу, — сдержанно ответил он, но его серые глаза по-прежнему смеялись над Летицией.

В одиннадцать часов распахнулись двери, за которыми обнаружился вход… в пещеру Аладдина.

Летиция изумленно моргнула: она уже обедала в этом ресторане, но никогда не танцевала здесь. Так что похожий на пещеру зал с яркими мерцающими огнями и гладким полом оказался для нее сюрпризом. Заиграла музыка, сначала негромко, и они с Энтони не торопясь допили свой кофе.

И только когда на паркете танцевального зала кружились уже несколько пар, Энтони приподнял бровь и посмотрел на Летицию.

— Ну что ж, раньше начнем — раньше кончим?

Синие глаза блеснули, давая Энтони понять, что его намек задел Летицию. Тем не менее она спокойно произнесла:

— Да, конечно.

Через десять минут Летиция со всей определенностью поняла, что поторопилась бросить вызов: Энтони Симмонс оказался хорошим танцором. Настолько хорошим, что было просто невозможно сохранять невозмутимость в его объятиях. Не то чтобы Летиция заранее хотела выказать равнодушие своему партнеру, однако явно была не готова отбросить осторожность и отдаться музыке… и Энтони. Но одно без другого невозможно. И она подумала, что совершила тактическую ошибку, собираясь держаться отчужденно, но при этом приняв приглашение потанцевать.