Эва Киншоу - Очаровательная должница

И он рассказал, как реорганизовал «Симмонс Пасифик». Вместо себя поставил во главе фирмы генерального директора, оставаясь, однако, президентом компании.

— Если честно, то я давно мечтал об этом. — Энтони слабо улыбнулся. — Мне порядком надоели нескончаемые телефонные разговоры днем и ночью и постоянные разъезды и полеты. У меня появилось ощущение, что настала пора остановиться. — Он помолчал, оглядевшись вокруг. — Вот потому-то я и купил «Пинк-велвет». Но тогда мне чего-то не хватало. И лишь когда появилась ты, я все понял… Только я боялся, что не удержу тебя.

Летиция вытерла слезу со щеки тыльной стороной ладони.

— Боялся, что ты держишься за свою работу как за возможность побега… А когда ты отказалась принять от меня машину в подарок, ко мне вернулись старые страхи.

Летиция посмотрела наконец на мужа.

— И ты не ошибся, — тихо проговорила она. — Для меня работа действительно была запасным выходом, но лишь потому… Знаешь, когда я впервые поняла, что хочу быть твоей женой? Когда ты подарил мне на день рождения не кольцо, а машину.

— Так, значит… — Рука Энтони непроизвольно сжалась, глаза сузились.

— Вот почему я подняла такой шум, — поспешно перебила Летиция мужа. — И еще я знала, что дело не только в магии Андроса. Я чувствовала, что ты оказался перед выбором, и подумала, что, должно быть, дело во мне…

— Ты угадала.

Летиция совсем по-детски вытерла нос.

— Но ничего не происходило, и я не могла поверить, что можно быть настолько близкими людьми, не делая последнего шага. Потом Агнесса сказала, что состоялась ее помолвка с Джейком, а я проснулась одна — лишь с розой на твоей подушке… Вот две соломинки, которые переломили хребет верблюду. Вот почему я ушла.

— И ты не могла мне сказать?

— Не могла. У всех свои страхи, Энтони.

— Ты боялась связать свою жизнь с парнем из глубинки? — В глазах мужа Летиция заметила искорки смеха.

— Ты же не веришь в это, правда?

Искорки исчезли.

— Я смотрел, как ты двигаешься и говоришь, как держишься. Видел, как ты озаряешь комнату одним своим присутствием. И чувствовал, что ты не открываешься мне до конца. Кроме того, я держал в уме, что первый раз надел костюм, когда мне было двадцать два, и что это был поношенный костюм. Иногда я думал, что дело в этом.

Летиция закрыла глаза. Признание Энтони тронуло ее как ничто в жизни.

— Единственное, чего я тебе не открыла, — сказала она полушепотом, — так это свой страх, страх, что ты любишь меня не так сильно, как я люблю тебя. Вот почему я цеплялась за работу. И все время думала, почему ты столько медлил, прежде чем сделать предложение. А когда мы поженились, мне казалось, будто ничего не изменилось, более того — будто брак разделил нас. Но я вовремя одумалась и тоже кое-что сделала… Мне предложили продать мою долю в нашей фирме — и я приняла предложение.

Энтони подскочил к жене.

— Не надо было!

— Надо, — спокойно сказала она. — Элис довольна новым партнером, а я буду у них дизайнером. Но я хочу сказать — если еще нужна тебе — знай: больше мне не нужен запасной выход и я теперь готова быть женой… с полным рабочим днем.

Энтони обнял Летицию и прижал к себе.

— Ты всегда будешь мне нужна, — произнес он, тяжело дыша. — Так, значит, мы пришли к одному и тому же решению. Только я себя чувствую полным идиотом, который своей глупостью причинил тебе много боли.

Летиция прикоснулась к шраму-звездочке.

— Не надо, не злись на себя. Подписав последнюю бумагу, я почувствовала себя другим человеком. Я и не догадывалась, какой груз несу, вместо того чтобы заниматься тем, что мне более всего по душе, — быть с тобой.

— Нет, я просто законченный глупец, не способный видеть дальше своего носа!

Летиция поцеловала мужа.

— Энтони, у тебя было трудное детство, но, несмотря на это, ты многого достиг… Неудивительно, что за подобные вещи приходится расплачиваться. Если тебе снова станет тяжело, вспомни, что я с тобой, что я люблю тебя. И это навсегда.