Сьюзан Элизабет - Столкновение желаний

Тесс взяла чашку.

— Не беспокойтесь.

Она проглотила таблетку.

— Ладно. А где тот банк, о котором я так много слышала?

Тесс стояла на запруженном людьми тротуаре, поджав пальцы в своих оказавшихся все-таки тесными сапожках и уставившись на вывеску, на которой затейливыми черными буквами значилось:

«Первый национальный банк, отделение Суит-Брайэр». Если у нее не будет на руках хоть немного наличных, она никогда не выберется в реальный мир.

Она остановила взгляд на двухстворчатых стеклянных дверях, ожидая, когда пройдет группа женщин. Потом сделала глубокий вдох и вошла внутрь.

Все оформление было выполнено в стиле девятнадцатого века. Даже многочисленные керосиновые лампы, развешанные по стенам, обтянутым зеленым шелком, были настоящими. Тесс широкими шагами двинулась по кремово-красному ковру к стойке с окошками кассиров.

Долговязый молодой человек за одним из окошек смотрел на нее и улыбался.

— Могу ли я чем-нибудь помочь, мэм?

— Да. — Она с глухим стуком бросила свой подсвечник, обмотанный ночной рубашкой, на стойку из полированного красного дерева. — Боюсь, у меня проблема. У меня нет никакого удостоверения.

— Ничего страшного, мэм. Просто скажите мне свое имя, и я буду счастлив отыскать ваш счет.

Тесс вздернула подбородок.

— Меня зовут Контесса Харпер из «Харпер Электроникс».

Молодой человек как-то странно посмотрел на нее:

— «Харпер Электроникс»? Это какой-то комитет?

«О Боже, еще один пещерный человек», — подумала она про себя, а вслух строго сказала:

— Нет, это не комитет, это весьма преуспевающая компания. Могу добавить, что эта компания в состоянии раз пятьдесят купить и перепродать этот банк.

— И вы говорите, у вас здесь счет?

— Нет, я этого не говорила. Но согласна заплатить любые комиссионные за немедленный перевод из моего банка в Кармеле.

— Простите… Вы сказали, карамели?

— Кар-мел!

Молодой человек от неожиданности отпрянул, а Тесс сделала глубокий вдох, решив не обращать внимания на дюжину актеров, остолбенело уставившихся на нее.

— Кар-мел, — повторила она спокойнее. — В Калифорнии.

— Но, мэм, перевод из Калифорнии займет недели…

— Нет, — перебила она, — если вы воспользуетесь компьютером.

— А-а… Э-э… Компьютером, мэм?

Ну все! С нее хватит! Она наклонилась над стойкой и холодно посмотрела на него:

— У меня чрезвычайный случай. Бросьте эту дурацкую волокиту. Сейчас же садитесь за свой чертов компьютер или свой чертов телефон и сделайте этот чертов перевод!

— Но у нас нет телефонов…

— Это не игра! — взревела она и почувствовала, что все уши в этом банке повернулись в ее сторону. — Уверена, что вы безмерно наслаждаетесь, проводя свои коротенькие отпуска в Стране Чудес, — сказала она, обводя взглядом офис. — Но я хочу всего лишь получить свои деньги и убраться отсюда к чертовой матери!

— Мэм, — терпеливо начал кассир, — я не могу дать вам никаких…

Тесс сгребла подсвечник, завернутый в ночную рубашку, и покачала длинным свертком перед ним.

— Видите это? — спросила она сквозь зубы. Его глаза округлились. — Это все, что у меня есть. Мне нужно пятьсот долларов! Сейчас же!

Вздох пронесся по толпе в банке. Какой-то мужчина выбежал из офиса, свалив по пути фикус в кадке.

Кассир кивнул ей, его кадык странно задергался, а руки опустились под стойку, и он начал доставать купюры из кассы.

— Пересчитайте-ка их, — потребовала Тесс. — Я не хочу, чтобы вы меня обманули.

Человек начал лихорадочно считать, и все люди в банке следили за этим в полном молчании. Тесс смотрела на них. После того как пятьсот долларов легли на стойку перед ней, она сгребла пачку и сунула в карман юбки.

— Большое спасибо.

— Э-э… заходите еще.

— И садитесь за телефон! — бросила она через плечо, направляясь к выходу. — Господи, и это двадцатый век!

Оказавшись наконец на улице, Тесс помедлила, наслаждаясь солнцем и пятью сотнями в кармане, укрепившими ее уверенность в себе. Вдруг ее внимание привлек человек, кричавший с противоположной стороны улицы:

— Вон она! Это она!

Двое мужчин стояли на другой стороне улицы, один показывал на нее пальцем и кричал. Другой вынул из кобуры игрушечный револьвер и направил его на Тесс. Она улыбнулась им, интересуясь, что происходит.

— Теперь все в порядке, мэм, — крикнул ей второй. — Я хочу, чтобы вы положили свое оружие на землю.

Тесс посмотрела на сверток в своей руке.

— У меня нет никакого…

— Очень медленно, мэм.

Вокруг стали собираться люди, и вдруг Тесс поняла: ее выбрали на некую роль в этом шоу.

— Я польщена, парни, но сейчас у меня в самом деле нет времени.

Она пошла было своей дорогой, но была остановлена повелительным голосом стрелка, скомандовавшего:

— Ни шагу дальше, мэм!

Она покосилась на него, крайне удивленная его решительным видом.

— Вы что, не можете выбрать кого-нибудь другого?

— Положите его на землю.

— Послушайте, сегодня у меня нет времени играть в ковбоев. Мне нужно найти такси и уехать отсюда.

Она кивнула и сделала еще шаг. Громкий звук револьверного выстрела заставил ее вскрикнуть и замереть.

— Повторяю еще раз…

Раздосадованная собственной реакцией на выстрел игрушечного револьвера, Тесс стиснула сверток с подсвечником еще крепче.

— Нет, это я повторяю еще раз, мистер! — Она сошла с тротуара и направилась через улицу к нему. — Я не расположена играть! У меня есть дела поважнее!

Грянул еще один выстрел, взметнув фонтанчик пыли у ног Тесс. Она похолодела.

— Настоящие пули, — прошептала она. — Настоящие пули!

— Не вынуждайте меня стрелять в вас, мэм. Сейчас же положите то, что несете, на землю. Медленно.

Ужаснувшись, Тесс сделала то, что было приказано, положив подсвечник, завернутый в ночную рубашку, на мостовую.

— О, вы так волнуетесь из-за этого, — прошептала она всему этому городишке. — Так беспокоитесь…

Высокий мужчина, стрелявший в нее, шагнул вперед. Солнце играло на серебряном значке, приколотом к рубашке у него на груди. Он подошел к ней и взял за руку:

— Идите со мной.

— Что… Куда? — возмутилась она.

— В тюрьму.

— В тюрьму?!

Он тащил ее к маленькому домику, на стекле окна фасада которого было написано: «Офис шерифа».

— Но почему?

— Потому что я беру вас под арест, вот почему.

— Арест?! — Она пыталась освободить свою руку. — Вы не можете арестовать меня! Я ничего такого не делала!

Он стиснул ее руку еще крепче.