Из Сибири, с любовью - Лана Норд

мысли. "Фу, Виктория Сергеевна, как вам не стыдно".

Макар отправляется на поиски ведра, а я быстро пытаюсь привести себя в порядок. Мне срочно нужен душ. Я вся насквозь пропахла дымом, а мои шикарные волосы превратились в мочалку. Только вот где его взять?

Решаю спросить об этом Макара. Ну моется же он как-нибудь? От него очень приятно пахнет. Очень...

"Так, стоп, — одёргиваю себя, — это уже становится похоже на помешательство".

Макар возвращается с полным ведром воды и принимается готовить завтрак. Я с наслаждением наблюдаю за ним. Все его движения уверенные, отточенные до мелочей, видно, что он делал всё это уже не один десяток раз. Быстро жарит лепёшки на злосчастной сковородке, разрезает вяленое мясо, заваривает травяной чай. Домик быстро наполняется аппетитными запахами, и мой желудок реагирует соответственно.

— Иди, поешь, — приглашает меня к столу Макар, а мне и не надо повторять дважды.

Хватаю свой костыль и направляюсь к столу. Беру лепёшку и с наслаждением вдыхаю запах свежего хлеба, откусываю кусочек. М-м-м, просто потрясающе! Кошусь на вяленое мясо. Как ни странно, оно вызывает у меня зверский аппетит. Решаюсь, осторожно беру самый маленький кусочек, откусываю от него и широко раскрываю глаза от нахлынувших ощущений, не передать словами, как это вкусно! Поражаюсь сама себе, видимо, в диких условиях я начинаю превращаться в дикого зверя. Но угрызений совести по этому поводу не испытываю.

— Что это за мясо? — спрашиваю я, прикончив весь кусок и насытившись.

— Олень, — невозмутимо отвечает он.

— Ой, — испуганно прикрываю ладонью рот. Перед моими глазами сразу возникают эти грациозные животные. Они смотрят на меня с укором.

Макар замечает мои терзания:

— Послушай, — говорит он, — если ты хочешь выжить в этих диких условиях, тебе придётся нормально питаться. На картошке ты далеко не уедешь, так что ешь и не думай ни о чём.

После завтрака мы решаем совершить вылазку до вертолёта.

— Нам нужно его осмотреть, — может быть, найдём там то, что может пригодиться.

Мы тепло одеваемся и отправляемся в путь.

Вертолёт всё на том же месте. Осматривая кабину, я стараюсь не смотреть в сторону Вячеслава. Вокруг вертолёта уже много разных следов, в том числе, и довольно крупных, на двери пилота виднеются следы когтей. Меня передёргивает от ужаса, что было бы сейчас со мной, если бы меня не спас Макар? Мне не хочется это себе представлять.

Мой спутник проверяет приборную панель и рацию на работоспособность, но тщетно, всё оборудование в вертолёте сломано.

Забираем одеяло, воду и еду, а также аптечку. Решаем, что Вячеслава нужно похоронить хоть как-то, пока до него не добрались дикие звери. Вокруг много камней, и Матвей заваливает тело несчастного пилота ими. Ничего лучше он придумать не может, земля насквозь промёрзла, и лопатой её сейчас копать невозможно.

Я не участвую в этом процессе, а тихонько сижу в сторонке и смотрю в другую сторону. Время от времени мне на глаза наворачиваются слёзы.

Я вспоминаю о доме, родителях, своей любимой собачке.

Мне очень жаль пилота, у которого, наверное, тоже есть родные и близкие, которые сейчас переживают за него. Я восторгаюсь силой и самообладанием Макара. Если бы не он, я бы точно со всем этим не справилась.

Макар прерывает мои грустные мысли.

— Мы здесь закончили, пора возвращаться домой, пока солнце не зашло.

Киваю, мы отходим на несколько шагов, как вдруг я вспоминаю об очень важном моменте, без которого в своей прошлой жизни просто себя не представляла.

— Чемодан, чемодан! Нужно взять мой чемодан.

Макар неохотно останавливается.

— А там есть что-то важное? — хмуро спрашивает он.

— Конечно, там моя одежда, — строго отвечаю я.

— Ты уверена, что она тебе здесь пригодится?

— Естественно! Мне же нужны чистые вещи!

— Хорошо, — сдаётся Макар, — но потащишь ты его сама.

Я согласно киваю. Чемодан сейчас для меня, как сундук с сокровищами.

Макар возвращается к вертолёту и вытаскивает мой розовый чемодан. Насмешливо рассматривает его несколько секунд, потом отдаёт его мне, взваливает на себя остальную добычу и устремляется вперёд.

А я плетусь, прихрамывая, сзади и упорно тащу за собой чемодан. Он тяжёлый, вязнет в снегу, но свою добычу выпускать из рук, я не намерена. Макар не оглядывается и всё дальше удаляется от меня, а я отстаю, но позвать его и попросить подождать не позволяет гордость.

Наконец, мой спутник пропадает из вида, а я застреваю в сугробе и не могу сдвинуть проклятый аксессуар с места.

Вдруг сбоку от меня раздаётся рычание. Я медленно поворачиваю голову. Всего в нескольких шагах, скаля зубы, стоит волк.

.

Глава 10

"Мне конец, — мелькает быстро, как вспышка молнии, мысль. Быть загрызенной волком из-за чемодана. Молодец, Вика, молодец".

Вытягиваю руки вперёд, пытаясь этим жестом успокоить хищника, и тихонько делаю шаг назад. Волк рычит, но пока стоит на месте.

Оглядываюсь, может хоть палку какую схватить или камень? Но, как назло, рядом ничего нет. Я в безвыходном положении, без шанса на спасение. Отчаявшись, смотрю, как волк готовится к прыжку, загораживаюсь руками и закрываю глаза. Жду, что через мгновенье он вцепится мне в горло и наступит конец.

Но ничего не происходит.

Вместо этого до моих ушей доносится звук борьбы и визг волка.

Осторожно приоткрываю один глаз.

Два существа, волк и человек, сцепившись в клубок, катаются по снегу, где кто, не разобрать. Я отползаю подальше и прижимаю дрожащую руку к губам. Я ничем не могу помочь Макару. Эта схватка может стоить ему жизни, и всё из-за моих дурацких шмоток. Внезапно, я вижу блеснувшее в воздухе лезвие ножа, и волк пронзительно визжит, а потом валится замертво.

У меня начинается истерика, не верю в чудесное спасение, не могу сдвинуться с места от пережитого ужаса, ведь я уже успела попрощаться с жизнью.

Макар встаёт с земли и, пошатываясь, подходит ко мне. Рукав его тулупа разодран в клочья.

Он подходит, не говоря ни слова, и крепко прижимает меня к себе, зарывается лицом в волосы и глубоко вдыхает мой запах.

— Жива, — хрипло шепчет он, прерывающимся голосом и вдруг целует, осторожно раздвигая губы и словно пробуя меня на вкус.

В его поцелуе столько нежности, что я мгновенно таю в его руках. Мои веки сами собой закрываются. Всё отходит на второй план. Его губы властвуют над моими, наши языки играют причудливую игру. В глубине меня зарождается тайфун желания, он сметает всё на своём пути, и я отдаюсь его власти.

Вдруг Макар резко отстраняется от