Рэчел Линдсей - От ненависти до любви

— Только для таких же молодых женщин.

— Слушаюсь, бабушка. — Он весело посмотрел на нее. — Мне двадцать четыре, и это, наверно, дает мне превосходство на несколько лет.

— На два года, — призналась она.

— Более чем достаточно, чтобы я вам подошел. Не верю, что такой девушке нравятся седобородые.

— У меня есть брат-близнец, — сказала Лора, — и это обстоятельство привело к тому, что я не замечаю мужчин моложе тридцати.

Незнакомец остановился и внимательно заглянул ей в лицо.

— И кого же вы таком случае ищете?

— Мистера Роберта Дина, — отрезала она.

Молодой человек весь порозовел.

— Больше искать не придется.

— Так это вы? — Она засмеялась. — Это научит меня придерживать свой язык.

— Но я обожаю прямоту. По крайней мере, теперь мне известно, что вам нравятся старики, и я собираюсь немедленно выкрасить волосы под седину и начать ходить с палочкой.

Из-за угла здания вырвался порыв ледяного ветра, который заставил Лору поежиться.

— Не могли бы мы поговорить в помещении, где тепло?

— О, конечно, пойдемте.

Он взял ее под локоть и повел по дорожке к входу в здание, большее по размеру, но идентичное по строению тому, из которого она только что вышла.

— Это конструкторское отделение, — объяснил Роберт, чуть запыхавшись, и распахнул перед гостьей створки стеклянной двери.

Лору омыли волны приятного тепла, исходившего от центрального отопления и от солнца, прогревавшего прозрачные стены. Она пригладила взлохмаченные ветром волосы и рассказала причину, по которой его искала.

— Я буду счастлив помочь вам, эта столовая как заноза, я давно так считаю…

— У тебя есть идеи? — уже попросту спросила она, чувствуя в парне единомышленника.

— Куча идей. Пойдем куда-нибудь посидим вечером, и я тебе все…

— Вернемся к вопросу о внутренней отделке, — прервала она, — если ты не можешь быть серьезным, забудь мою просьбу.

— Прости, — тут же спохватился он, — я больше не буду. Как велика сумма на расходы для переделки?

— Не знаю. Но не хотела бы потратить более сотни фунтов.

— А мистер Эндрюс уже одобрил расходы?

— Предоставь эти заботы мне. И подготовь расходные расчеты.

— Хорошо. А как насчет того, чтобы я занес их тебе домой? Я живу недалеко от вас.

— Вот как? — Лора удивилась, что он знает, где она живет.

— Все живут недалеко друг от друга в Эддлстоуне, — объяснил он шутливо, — ты, наверно, уже сама это поняла.

Она улыбнулась.

— Тогда принеси их в пятницу вечером. Жду тебя к восьми часам.

Остаток недели Лора была очень занята, пытаясь понять, как функционирует столовая. Завхоз закупал продукты через централизованные склады, а не дешевле было бы приобретать их у местных фермеров и оптовиков? А пока надо продолжать работать с прежними поставщиками, постепенно искать и находить новых. Меньше всего хотелось пороть горячку и все испортить. Она покажет мистеру Эндрюсу, на что способна, даже если умрет от переутомления.

И оказалась близка к этому. Если раньше приходилось рассчитывать рацион на пятьдесят больных, то теперь нагрузка потребовала сверхнапряжения физических возможностей — рассчитать и подготовить меню на шестьсот работников в три смены. Лора буквально падала с ног. К счастью, ее ассистент был не только грамотен, но дружески настроен, а три повара и шесть его помощников, которые должны были готовить по составленным Лорой меню, пришли из престижных колледжей. И, что не менее важно, были достаточно молоды, чтобы иметь желание повышать своей уровень в готовке, совершенствоваться, а не довольствоваться стандартным набором блюд, обычных для системы поточного обслуживания.

Постепенно она начала заменять заводское меню: пирог со свининой, жирные острые сосиски и пюре, пудинги с нутряным салом уступали место мясу, приготовленному на гриле, салатам в ассортименте, фруктовым десертам. Вскоре местные садоводы, торговцы овощами и фруктами стали к ней приходить и, конкурируя, предлагать громадный выбор продукции высокого качества.

Претерпел изменения и внешний вид обеденного зала. Стены, выкрашенные в бледно-желтый цвет примулы, придавали солнечный вид помещению даже в самые пасмурные дни. Деньги, которые Лора запросила, были с готовностью выделены Джейком Эндрюсом и быстро потрачены, но оба — и она, и Роберт Дин — работали сверхурочно, не требуя оплаты: им хотелось поскорее закончить начатое.

От местных садоводов они получили комнатные растения, которые разместили вдоль всех батарей отопления. Во время своих поездок по окрестностям обнаружили много художников-любителей, охотно отдававших свои картины за бесценок: тем нравилось, что их произведения увидят люди. Предложений было так много, что приходилось деликатно их отклонять, потому что закупили всего более чем достаточно.

— Кажется, мы перестарались, — сказала Лора, когда они повесили очередную партию картин, как раз напротив директорского обеденного стола. — Их так много, что можно покрыть все стены без просветов. Все, хватит! Я больше не могу.

— Слава богу! Я думал, мы никогда не остановимся.

Она виновато улыбнулась напарнику:

— Ты мне так помог. Я ни за что не справилась бы без тебя. Ты первый друг, которого я встретила здесь.

— Я хотел бы быть больше чем другом, — недовольно хмыкнул Роберт. — С того самого момента, как тебя встретил…

— Не надо, — прервала она, — давай оставим все как есть. Мы знакомы всего шесть недель.

— Ты не веришь в любовь с первого взгляда?

— Нет. В физическое влечение с первого взгляда — да, но не в любовь!

— Я согласен просто на секс, а любовь придет потом.

— Только не со мной. — Лора решила ему все-таки разъяснить свою позицию, поставить точки над «i», хотя ей было неловко обижать парня после всего, что он для нее сделал. С другой стороны, если сейчас не сказать, можно потом попасть в ситуацию, которую уже будет трудно контролировать, и она добавила: — Ты мне нравишься как друг, Роберт.

— Тогда я и буду твоим другом и подожду, — ответил он весело. — Я терпеливый.

— Ты зря тратишь время. Мне нравятся мужчины постарше, я же тебе говорила, что…

Прежде чем она успела закончить, он притянул ее к себе. Несмотря на худощавый вид, руки у него были прямо железные; удерживая девушку силой, он прижался ртом к ее губам настойчивым длительным поцелуем. Но его по-мужски сильное объятие оставило Лору совершенно безучастной. Это равнодушие, видимо, он скоро почувствовал и отпустил ее.

— Да, кажется, я потерпел неудачу, — попытался он шутить, — действительно, я не вызываю в тебе трепета. Ты осталась совершенно холодна.