Лиза О - Мистер Писатель

– Ну что я говорил? – Он ткнул в неё вилкой. – Грязный приёмчик.

– Как там картофель?

– Не сдаётся.

– Дадим ему ещё десять минут.

Такер прислонился к стойке, скрестив ноги.

– А что там с тем пацаном? Ну, мелким блондинчиком, который взял чужое печенье?

– Генри? Генри – продукт плохого воспитания.

– Он избалован.

– И это тоже. – Сара провела рукой по двухметровой столешнице из жаростойкого пластика под дерево, увенчанной абстракцией из хрома. – Это, наверное, самый жуткий стол, что я когда-либо видела.

– Сейчас он соответствует кухне. И вообще, его придумала моя бывшая.

– Что ж. – Сара пригубила вино. – О вкусах не спорят.

– Имеешь в виду стол? Или меня?

– Выбирай.

Такер решил, что пора наконец взять быка за рога, а то она с самого утра не давала ему шанса.

– Знаю, ты думаешь, будто видела…

– Оголённые буфера Виктории, огромные и белоснежные. Они сияли словно две луны в окне твоей ванной.

– Ладно. – Такер кивнул, беспощадно подавив неуместное желание рассмеяться. – Виктория немного промокла, когда разразилась гроза. На ней была шёлковая блузка, поэтому она хотела воспользоваться ванной, чтобы подсушиться. В ванной комнате на первом этаже ещё нет полотенец, поэтому я предложил ей пройти в мою.

– Долго придумывал?

– Это правда.

– Удобно.

Такер не привык объяснять свои поступки, но сейчас он хоть немного да понимал чувства Сары, так что проглотил зародившуюся обиду.

– Да ладно, Сара. Ты же умница. Наверняка Виктория сдвинула простыню, закрывавшую окно, сделав ставку на то, что раз уж ты пряталась в чёртовых кустах, то и тут не удержишься. Возможно, она надеялась, что ты заметишь её и… поступишь так, как поступила.

Такер видел, что попал в точку. Но Сара ещё не была готова оправдать его.

– Почему Виктория вообще к тебе припёрлась?

– Я случайно наткнулся на неё на складе пиломатериалов, когда покупал доски для подвесной кушетки. Виктория поинтересовалась, что я собрался мастерить, и предложила помочь мне с подушками, накидкой и прочим. Вроде как она может всё заказать через свой магазин. Я сказал, конечно, почему нет. И вот она уже явилась снимать мерки.

– Я скорее поверю в куриц с зубами, чем в то, что эта зараза «случайно» оказалась на складе пиломатериалов.

– Понятия не имею, с чего кому-то верить в зубастых куриц, но, кажется, ты думаешь, будто она устроила мне засаду.

– Конечно, устроила. Коварная мелкая хищница. И гарантирую, если она и хотела кое-что измерить, то вовсе не длину матраса. – Сара провела пальцем по ободку бокала. – Думаю, сейчас мне стоит извиниться.

– Для начала неплохо. Подхалимство – верный шаг. И конечно, сексуальные любезности всегда приветствуются.

– Конечно, – небрежно согласилась Сара и вздохнула. – Прости, Такер. Мне просто была невыносима мысль о сексе с человеком, который настолько глуп, что купился на очевидные женские уловки. Это означало бы, что я вновь неверно тебя оценила. Кажется, в последнее время у меня с этим проблемы.

– Подозреваю, где-то здесь запрятан комплимент.

– Ага. Ты умный и проницательный.

– Ты забыла про обаятельного и сексуального.

– Конечно. И Харлан был таким, но женился на ней. Думаю, есть у неё что-то, отчего умные мужики теряют голову.

– Спортивный пакет спутникового телевидения?

Сара скорчила рожицу.

– Она не пригласила меня на свадьбу. Элли просила, но Тори не хотела, чтобы дочь городского пьяницы испортила ей вечеринку. Несмотря на то, что я была взрослой, а отец уже много лет не пил.

– Забей на неё.

На её лице расцвела улыбка, но тут же померкла.

– Многие с ней спали. И даже если ты решил вступить в их ряды, это не моё дело.

– Вот, где наши мнения расходятся. – Когда в этих изменчивых зелёных глазах появилось изумление, Такер понял, что и сам ошеломлён не меньше Сары. Он выдвинул стул и взял её за руку. – Сара, я не сплю со всеми подряд. Пай-мальчиком меня, конечно, не назовёшь, но мама всегда говорила: если уважаешь женщину недостаточно, чтобы быть ей верным, то вообще не имеешь права заниматься с ней сексом.

– Достойно восхищения. – Она переплела свои пальцы с его. – Я всё время забываю, что твоя мама родом из Суитуотера.

– Родилась и выросла здесь. Она прижилась в большом городе, но никогда не вырывала свои корни.

– Иногда они очень крепкие.

– А иногда требуется пересадка, чтобы они снова начали дышать.

– Ты снова дышишь, Такер?

– Начинаю. – Он поцеловал их переплетённые пальцы. И когда на лице Сары снова отразилось изумление, интуитивно продолжил: – Расскажи о своей семье.

– Моей… зачем?

– Затем, что я не удосужился спросить раньше. Предпочитал думать, будто другие ветви генеалогического древа человека необязательно имеют отношение к его собственному росту. Но когда у вас одна корневая система, это важно. Даже если ты этого не хочешь.

– Наверное, ты прав. – Сара отставила бокал. – Ты познакомился с моим братом. Ной весь как на ладони. Трудолюбивый, прямолинейный, да и вообще умница. И преданный до предела. А отец… – Она тяжело вздохнула. – Я упоминала, что он был городским алкоголиком. Но именно что «был». После маминой смерти выдались тяжёлые времена, и всё же папа справился. Он один из самых сильных мужчин, которых я знаю. Мама была… яркой. Наверное, это самое подходящее слово. Яркие волосы, яркая улыбка, яркая внешность. Она умерла от рака яичников, когда мне было десять. И с ней словно ушла вся радость.

– Ты на неё похожа.

– Так говорят. Хотя о внешности можно поспорить.

Такер подумал, что Сара открыла магазин в городе, с которым у неё связано больше плохих воспоминаний, чем хороших, и вложила все силы в процветание своего дела.

– Уверен, тебе всё по плечу.

– Это… мило, Такер.

– Я милый парень.

Она рассмеялась:

– Нет, не милый. Но ты честный, а это лучше.

– Рад, что ты так думаешь. Потому что я собираюсь честно признаться, что обдумываю план, включающий тебя и этот жуткий стол.

– Ты о столе, который сделала твоя бывшая?

– Придумала дизайн. И тебе не нужно волноваться, что мы его уже опробовали. Её творческие способности так далеко не распространялись.

Сара неодобрительно посмотрела на предмет обсуждения:

– По мне, так ты должен сказать спасибо. – Такер ухмыльнулся и подался вперед, но она хлопнула его рукой по груди. – Твои креветки ждут, когда их сварят.

– Подождут.

Он уже усаживал Сару на стол.

– А ты не шутил.

– Конечно. И не думай, что я не понимаю, почему ты это надела, – проворчал, дёргая за крошечные пуговицы блузки.