Рене Маори - Любовь и ревность. Хроники

А тут новый номер, неизвестный. Нажала дозвон: «Детективное агентство «Замочная скважина». Слушаю внимательно». Вот тебе и раз. Посмотрела в местных газетах, ребята специализируются на слежке за неверными супругами. Посмотрела список принятых вызовов – только сегодня четыре! Стало быть, вот как! Стало быть, отчёты сыщики шлют. А следят, ессесьно, за нею. Не нравиться, стало быть, суженому её образ жизни, соглядатаев приставил. Это было уже ни в какие ворота…

И тогда Галку как обожгло.

У Ботаника уже от «кокса» крыша ехала конкретно, мальчонка влез в долги, у него назревали серьёзные проблемы. И не любил он никого: ни Ленку, ни Галку, вообще никого, кроме себя. А недавно попробовал героин, так и вовсе увяз в этом по уши. Галка узнала про «герыч» одной из первых – отрок боялся уколоть себя в вену, просил Галку: ты ж медсестра, сделай укол. Галка была не против, отчего не помочь.

Самым противным было продолжать участвовать в оргиях. Кокаин она больше не нюхала, одного раза хватило. К героину и близко не подходила. Но было противно. Стала выпивать перед началом полный стакан водки и запивала его минералкой – спирт бил в голову мгновенно, как молот. Потом, бесчувственная, падала в койку со сладкой парочкой, лежала бревном. Так было легче. «Партнёры» вначале обижались, потом успокоились – им и вдвоём было неплохо. Коленька потом, правда, носом крутил, морду кривил – мол, алкоголем от тебя пахнет. Ничего, отбрехалась.

Потом пару раз пригласила Ботаника одного, без Ленки. Со второго раза договорились. Посулила ему денег с продажи квартиры, а она у Коли богатая, четырёхкомнатная, от родителей ещё. Ботаник как представил, сколько дури купить можно, даже прослезился. Основное обсудили.

Ленку уговорила письма написать. Мол, шутка такая, розыгрыш. Нужно благоверного поделдыкнуть, мол, что – любовницу завёл, гад?! Ленка такие вещи обожала, согласилась. Так появились письма от незнакомки, которые теперь у следователя. Милиционер про записные книжки спрашивал, про переписку – пожалуйста! Для представителя закона всё, как на ладони...

Труднее было узнать, когда любимый пойдёт в адрес, прихватывать её с Ботаником на горячем. Но и тут справилась, опять случай помог. Коля не услышал, что она вернулась домой, а она услышала то, что ей было интересно. Подгадали и разыграли с Ботаником всё, как по нотам.

Как он Ленку кончал, она не знает, и знать не хочет. Пусть её, непутёвая была деваха и всё равно плохо бы кончила. А вот с мальчиком пришлось самой разбираться, никуда не денешься. Со времён работы медсестрой было у неё припрятано несколько таблеточек. Сильнодействующих. Растолочь их в пыль и подмешать к порошку «герыча» ничего не стоило.

Уже на следующий день с утра молодец захныкал – уколи, сил нет. Смешала, пока он на койке укладывался: любил лёжа, с комфортом, чтоб приход лучше ощутить. Развела, и вколола. Ботаник поплыл сразу – таблеточки усилили действие «геры» раз в сто. Такое ему было не сдюжить. Найдут мальчика дней через несколько, когда вонять начнёт. Наркоман, передозировка, обычное дело. И ведь не дрогнула рука. И не жалко ни капли…

Родной муж в милиции, дадут ему за убийство немало, а с его характером – удивительной смесью хитрости, трусости и подлости – трудно ему в тюрьме будет. Ох, трудно… Да и не важно, сколько именно лет ему присудят. По постановлению суда она сможет продать квартиру. Заначки Колины все для дураков, их расположение Галка знает наперечёт. Это ещё три-четыре тысячи долларов. Хватит и на квартиру в родной деревне, и на павильончик, и на то, чтоб долю Вадиму заплатить. А там, чем чёрт не шутит, может и жизнь наладится.

А тебе, Коля, всего хорошего. Бог даст, больше не свидимся.

Целую крепко. Твой Галчонок.

Александр Лаптев: Тайна женской души

На пульте связи справа от меня загорелся зелёный огонек вызова, я протянул руку и нажал указательным пальцем чёрный кружок под ним – раздался щелчок, и динамик проговорил мурлыкающим голосом:

– Господин директор, к вам посетители.

– Я занят, – сказал я поспешно.

– Но они настаивают, господин директор, они говорят, что дело чрезвычайной важности!

«Черт! – выругался я про себя. – Не банк, а проходной двор какой-то».

– Что им нужно?

– Они настаивают на личной встрече, господин директор, они говорят, что это не займёт много времени.

Я выдержал соответствующую паузу, потом прого­ворил:

– Хорошо, пусть заходят, только недолго. Я очень занят сегодня! Очень! – Сказав так, я откинулся на спинку вращающегося кресла и постарался придать лицу су­ровое выражение. Кто бы ни были мои незваные гости, они должны в полной мере ощутить недопустимость подобного поведения. В этом кабинете и во всём здании есть один хозяин – и этот хозяин я!

В кабинет вошли четверо.

Я невольно вздрогнул, увидев их в таком составе. Личность каждого была мне знакома, но какая сила могла свести их вместе?

Первым вошёл управляющий банком. За ним, ссу­тулившись и пряча глаза, протиснулся боком шеф службы безопасности – огромный мужчина, страдающий чинопочитанием в острой форме. За ним вошёл социолог – желчный тип с горящим взглядом, которому я бы прописал лечебные грязи и успокаивающий горный воздух. Четвёртым в кабинет проник... мой личный детектив, Виртс, о существовании которого знало всего несколько человек.

Итак, они вошли и выстроились вдоль стены. В движениях была заметна неуверенность, но и вместе с тем проглядывала некая решимость – решимость выполнить неприятную обязанность, которая вдруг свалилась на их плечи.

Я медленно обошёл свой громадный стол и встал перед ними, держа голову прямо, стараясь дышать свободно и легко.

– Что вам угодно? – проговорил я и обвёл всех четверых испытующим взглядом. Я ни на секунду не забывал, кто здесь хозяин.

В кабинете стало тихо, никто из гостей не решался заговорить. Слышно было шуршание кондиционера, с улицы через толстое бронированное стекло доносился шум, напоминающий глухой ропот деревьев в дождливую и ветреную погоду. Однако за окном светило яркое утреннее солнце, на небе не было ни облачка, а до ближайшего леса было несколько десятков километров, – субъективные ощущения часто бывают обманчивы.

– Я жду, у меня очень мало времени, – подбодрил я смутившихся гостей. – Через полчаса у меня важная встреча в префектуре.

Последняя реплика призвана была сообщить присутствующим должный настрой. Но эффект её оказался противоположным.

Управляющий вдруг поднял голову и дерзко посмотрел мне в лицо.

– Мы имеем основание считать, господин директор, что вы не тот, за кого себя выдаёте! – произнес он отчёт­ливо; с каждым словом голос его набирал силу и кончил он на звенящей ноте. Остальные тоже воспрянули – задышали свободнее, задвигались. Я отметил это про себя, потому что отнюдь не потерял присутствия духа. Придав лицу удивлённое выражение, я спросил: