Эва Киншоу - Очаровательная должница

Энтони помолчал немного, потом пожал плечами.

— Считайте это возмещением за деньги, потерянные вами при продаже поместья.

— Вы сказали… — голос Летиции дрогнул, — что заплатили столько, сколько сочли нужным.

— Да. Приняв во внимание все.

Неловкость собеседницы сменилась презрением. Энтони понял это по взгляду синих глаз и поджавшимся губам. И он заранее знал, что скажет Летиция.

— Это просто подло, мистер Симмонс! Вы откровенно намекаете на то, что учли нашу безвыходную ситуацию.

Он пожал плечами.

— Жизнь похожа на джунгли, мисс Уимблоу. Но если вы примете мой совет касательно склада, у вашей матери будут деньги до конца ее дней. Ей даже не понадобится менять образ жизни.

Летиция глубоко вздохнула и подавила непривычное для себя желание ответить вызывающе резко. Но что, если он прав? — внезапно подумалось ей.

Ее мать была из тех людей, которых любят все, в том числе собственные дети… За исключением тех моментов, когда мать вела себя совершенно непрактично или как ужасный сноб, будто она до сих пор королева своего избранного круга и наследница огромного состояния, или когда проявляла немыслимую экстравагантность. Но, тем не менее, было совершенно невозможно смириться с мыслью увидеть Эстер Уимблоу несчастной. Пусть лучше уж солнце погаснет…

— И что же вы хотите взамен, мистер Симмонс?

Взгляд прикованных к нему синих глаз приобрел ироническое выражение.

— Ваше тело за мои советы — вы об этом подумали? — спросил Энтони совершенно серьезно.

— Не представляю, зачем бы вам еще давать мне советы денежного свойства.

— Может статься, вы и правы.

Летиция со стуком поставила чашку на стол и порывисто поднялась, едва удержавшись, чтобы не дать нахалу пощечину.

Однако Энтони Симмонс остался сидеть, глаза его искрились насмешкой. Но как только Летиция повернулась, чтобы уйти, он поднялся и произнес:

— Расставим точки над мисс Уимблоу. Мне не нужна такая плата. Но я хотел бы поближе познакомиться с вами. Вдруг вам все же понравится мое общество? И кто знает, что тогда? — Он надел пиджак и взял со стола счет. — Пойдемте?

— Летти, вон твою машину пригнали из ремонта, — раздался за спиной Летиции голос подруги.

Она оторвалась от эскиза, над которым работала. Было семь часов вечера того же самого дня. Летиция и ее компаньонка, Элис Роджерс, засиделись за работой, хотя все остальные уже ушли.

Летиция непонимающе посмотрела сначала на Элис, а затем на кольцо с ключом зажигания, которое та крутила на пальце.

— Не может быть! Механик сказал, что ремонт займет день или два!

— И тем не менее… — Элис ухмыльнулась, — твою тачку только что пригнал водитель в форме «Симмонс Пасифик», который заявил мне, что, дескать, шеф велел ему немедленно починить твою развалину, а потом доставить к нам под окна. Еще этот парень сказал, что, хотя он привел «вольво» в относительный порядок, тебе стоит озаботиться приобретением новой машины. Ну а счет, мол, оплачен, спасибо шефу.

Летиция обвела взором их ателье — на столах громоздились в живописном беспорядке разноцветные куски материи, сквозь полукруглые окна били лучи низкого солнца — и непечатно выругалась. Причем довольно громко.

— Радость моя, — промурлыкала Элис, — я так поняла из твоего рассказа, что ты не воспылала нежными чувствами к этому Симмонсу, но стоит ли пренебрегать рыцарем в серебряных доспехах? Если в пригородной автомастерской тебе говорят, что ремонт займет пару дней, это означает — как говорит мне опыт, — что твою колымагу будут чинить недели.

Летиция открыла было рот, чтобы прервать подругу. Но Элис не дала ей и слова вставить в свой монолог.

— Ты только подумай: мы на твоей тачке развозим товар по магазинам! И вспомни, — Элис обвела рукой вокруг, — сколько у нас сейчас заказов и сколько стоит нанять пикап!

— Ну ладно, хватит. — Летиция едва не прыснула. — Ты совершенно права. Но мне никакого удовольствия не доставляет быть хоть чем-то обязанной этому человеку!

Элис, пухлая блондинка, ростом по плечо Летиции, уселась на краешек раскроечного стола и пристально посмотрела на подругу.

— Знаешь, Летти, я бы сказала, что ты произвела неизгладимое впечатление на Энтони Симмонса. Что тут плохого? Сдается мне, у него денег куры не клюют. — Элис пожала плечами и неожиданно потребовала: — А ну рассказывай, что там у вас стряслось?

Летиция нахмурилась: встреча с Энтони Симмонсом уже начинала казаться ей причудливым сном. Они едва перекинулись парой слов на обратном пути в город, и к моменту прощания к Летиции вернулось достаточно самообладания, чтобы спокойно поблагодарить своего спутника за обед, хотя ее глаза при этом опасно сверкали. То ли вняв, а то ли не вняв предупреждению, он вежливо простился и был таков. Однако у Летиции появилось ощущение, что общение с ней забавляло Энтони Симмонса… И что это еще не конец.

— Ох, Элис, я и сама не знаю, — с тяжелым вздохом призналась Летиция, — но почему-то этот человек заставляет меня нервничать…

Вечером ей пришлось повторить то же самое матери и сестре Агнессе.

Агнесса, тремя годами младше Летиции, все еще жила с матерью в Венисе, в доме, откуда открывался прекрасный вид на море. Эстер Уимблоу неоднократно говорила, что скорее умрет, нежели уедет из дома, где прожила больше двадцати лет, хотя тот был явно велик для нее и младшей дочери.

Еще мать пыталась вызвать в Летиции чувство вины за то, что несколько лет назад та уехала от родителей и поселилась отдельно. И за то, что не пожелала вернуться после смерти отца. Но Летиция знала, что поступила благоразумно, не поддавшись на уговоры матери, поскольку обе были собственницами и хотели быть единовластными хозяйками в доме. Тем не менее время от времени Летиция оставалась в Венисе на день или два. Собиралась переночевать здесь она и сегодня.

Агнесса, будучи от природы спокойной и тихой, легко уживалась с матерью. Сейчас она заканчивала изучать историю в университете Южной Калифорнии и подрабатывала на телевидении, подбирая материалы для одного знакомого редактора. Летиция любила сестру — такую же темноволосую, как она сама, но при этом невысокую и хрупкую.

Агнесса редко покидала мир собственных мыслей. Однако именно она, когда все сидели за поздним ужином, вновь затронула болезненную для Летиции тему:

— Если Симмонс прав и его советы действительно стоящие, наши беды закончатся.

Летиция скорчила гримасу. Она уже успела отчитаться о своей встрече с Энтони Симмонсом, избежав, однако, упоминаний о том, что касалось только их двоих.