Пешка. Игра в любовь - Лила Каттен

фантазии при себе. Тебе ничего не светит, идиот.

Но Макса я не убедила, кажется. Он склонился к моему лицу.

Так близко, что наше дыхание увлажняло губы друг друга. Но я сдаваться не хотела и отворачиваться первой.

А вот нога для удара в пах была готова действовать.

– Посмотрим, – шепнул он и поднялся.

Схватил меня за талию и тоже поставил на ноги. Но сделал это так легко, будто я пушинка.

– Ладно, поехал. Завтра с утра в фонд поеду. Будут новости, позвоню.

– Слушай, а когда ты планируешь все это сделать?

– Сначала узнаю их планы.

– Ладно. Хорошо.

Когда за ним закрылась дверь, я вдруг подумала о мести. Не только семье Поповых…

Глава 36

Макс

Всю дорогу домой провел в размышлениях. О Жене, о том, как побольше узнать о погибшей женщине… О Жене…

Черт.

Только этого не хватало мне.

Осталось немного. И мне никак не нужны все эти привязанности.

Но нужно отдать должное, она своим сопротивлением нехотя приковывает к себе.

Чертова сучка.

Даже беситься не могу. Раздражает это.

Дома меняю одежду на свежую и зависаю.

Невольно вспомнил разговор с этим недомерком. То, как он говорил. То, как он ставил себя выше мира и людей.

– Да она, наверное, сама прыгнула под машину. Дура пузатая… Я ваще ехал мимо. Но эти мрази с нас по полной взяли.

Падаю в какую-то пропасть. Ненависть становится ощутимой, потому что перетекает по мне, по венам и заставляет сжать кулаки.

Подумать только, несколько жизней невинных детей, которые ждали, что в один миг им скажут, что все осталось позади, что жизнь продолжается. Верили… А в итоге один ублюдок убил за один раз три жизни.

С этими мыслями ухожу в душ. Решаю не ужинать и заваливаюсь в постель. Голова трещит так сильно, что, кажется, сейчас взорвется.

Я просто хочу спать и желательно ни о чем не думать. Хотя бы одну ночь… Это все, о чем я могу мечтать. Хотя прошлой было тоже неплохо, и я не желаю это связывать с девушкой, что была в моих руках.

Но мои намерения на долгий и спокойный сон прерывает одна строптивая заноза. Опять та же.

– Черт возьми, я так и знал… – делаю голос веселей, вычеркивая тухлость в нем.

– Что ты знал? – спрашивает Женя.

– Секс по телефону тоже подойдет, но если ты попросишь, я приеду прямо сейчас.

Не знаю почему, но мне так нравится с ней спорить и донимать. Особенно то, как она мне отвечает.

Я реально видел Женю другой, пока она была с Иваном, наблюдая со стороны. Видеть ее серьезную личность одно, но наслаждаться стервой, то еще удовольствие.

– Послушай, я начинаю беспокоиться о твоей сексуальной жизни. Если ты так бросаешься на каждую, ты опасен для окружающих. На всякий случай я найду номер хорошего сексолога. Тебе необходима терапия.

– У меня есть сексолог. И если ты сейчас скажешь, в чем одета, я успокоюсь.

– Макс, блин…

– Просто скажи.

– С террористами переговоры не ведут.

– Я тот еще террорист. А я смотрю, ты меня хорошо изучила.

Улыбаюсь, когда слышу, что она смеется.

Ее смех, как дрожащая струна гитары. Самая лучшая мелодия для моих ушей.

– Итак… Стой, я понял.

– Что ты понял?

– Ты, черт возьми, голая.

От этих мыслей я всерьез заводиться начинаю, но на юморной ноте, конечно, я не извращенец. Если только немного.

– Ты такой придурок.

– Ладно, мы дойдем до прелюдии позже. Ты позвонила поболтать? Учти я не очень хорошая подружка для обсуждения парней и безделушек.

– Угомонись. Что на тебя нашло?

– Не знаю. Настроение такое. Если мне не светит секс даже по телефону, я веселюсь.

– Неужели? Каким образом мой звонок стал терапией одинокого и, скорее всего, перевозбужденного мужика?

– Я не одинок. Но явно не против видеовызова со всеми вытекающими.

– Макс, – рычит.

– Это что предупреждение или ты хочешь быть сверху?

– Так, понятно, я уже забыла, зачем звоню, поэтому пока.

– Да брось. Ты хотела поболтать. Я готов. Выкладывай. Хотя нет, – подключаю наушник. – Скажи мне вот что, пока ты не придумала идиотский предлог своего звонка прямо на ходу.

– Я не…

Перебиваю, пока сам не забыл свой вопрос.

– … Ты уже продумывала план своего учреждения для помощи. Как он там называться будет?

– План?

– Ну где, когда, количество человек. Персонал что не менее важно.

– Если честно, кое-что думала, но все время была в итоге занята фондом и детьми. Это отнимало много сил и эмоций. Зачастую возвращаясь домой, я уже не была способна на что-то для своего проекта.

– Черт, тебе и правда нравится все это, не так ли?

– Это моя школа жизни, Максим. Мы с мамой просили помощи у полиции, и они не сделали ничего. Порой кто-то должен помогать. А женщины и дети должны знать, что если там отказали, то есть другое место, куда они могут прийти и получить необходимую поддержку.

Я ложусь набок, закрывая свой рот, который до этого успевал лишь выплевывать какую-то ерунду, обращая в шутку.

– Совсем? – спрашиваю, желая узнать немного больше о девушке и том, что на самом деле ей пришлось пережить.

– Да. Она приходила избитая, что и экспертизу не нужно было проводить или снимать побои. Мама вся была сплошной гематомой. А они просто отпускали ее, обещая разобраться, или скидывали все на то, что мы семья алкашей.

– Ублюдки.

– Да. И в итоге нам оставалось лишь защищаться.

– Почему не уехали?

– У нас не было денег и… Не знаю, это всегда казалось сложной задачей. Думаю, мама просто была слаба перед отцом не только физически, но и эмоционально. Она защищала меня как могла, но это был максимум.

– Жень… Мне правда жаль, что тебе через это пришлось пройти и…

Черт, неужели я собираюсь это сказать?

Но мой рот уже открылся, и я стал произносить слова, которые должен был. Я так чувствовал.

– Я не должен был… Прости, что все это вывернул так и…

– Да ладно тебе.

– Простила?

– Нет, Макс. Ты просто не тот человек, который в этом виновен. Но как козел воспользовался этим.

– Я мудак.

– Ты мудак.

Мы оба замолчали со смешком на губах.

– Что произошло в ту