Джиллиан Хантер - Леди маскарада

Окинув взглядом его элегантный шерстяной фрак, Элинор спросила:

— Я забыла о каком-то светском рауте?

— У меня назначена деловая встреча. Себастьян не сообщил жене подробности. Она положила перо в чернильницу.

— На улице темно и моросит дождь. Куда ты направляешься в такой поздний час?

— Не волнуйся. Я возьму на прогулку Тега. У тебя есть час на то, чтобы разобраться с письмами.

Элинор опустила глаза.

— Мы с тобой не обсудили, как разыскать последние из них в замке Итон. — Она посмотрела на Себастьяна. — В том, который стоит на берегу.

— Я знаю, где находится замок.

Элинор рассеянно перебирала письма на подносе, ожидая, что Себастьян что-то скажет, но он молчал. Тогда она повернулась к нему и сказала:

— Граф — человек эксцентричный. Говорят, его нынешняя жена хитростью женила его на себе и вертит им как хочет. Вот уже лет пять она полностью управляет его жизнью. Можно предположить, что графиня не захочет избавляться от крамольных писем, которые когда-нибудь можно будет использовать с целью шантажа. Они — залог сохранения ее положения в будущем. На ее месте я бы держала их под надежным замком.

— Слава Богу, что ты не она. И к тому же ты уже не тот нарушитель спокойствия, кто причинял столько хлопот всем вокруг. А у меня есть свой метод розыска того, что спрятано. Даже если оно находится под надежным замком.

— О да, конечно. Твой особый подход…

Элинор положила письмо на колени.

— Ты уже разработал план проникновения в замок?

Себастьян сел в кресло напротив.

— Возможно, — осторожно сказал он.

— Без моего участия?

— Нет, что ты. Но ведь теперь Мейфэрский незнакомец ушел в отставку. — Себастьян принял задумчивый вид. — Надо подумать над новой стратегией дальнейших действий. С тщательной разработкой образа правдоподобного персонажа.

Элинор усмехнулась и сказала с ноткой сарказма:

— Ты собираешься выдавать себя за другого человека?

— Я могу отрастить усы…

— Ну уж по этой части я не смогу с тобой соперничать, — съязвила Элинор.

—…и бороду. К тому же я сносно говорю по-итальянски.

Элинор опустила глаза. Ей было трудно удержаться от того, чтобы немного не подразнить Себастьяна.

— Представляю себе эту картину: этакий ловкий мошенник на пирушках в замке в плаще, цитирующий при случае Шекспира. Очень тонко, ничего не скажешь. Неотразимый негодяй. Может быть, ты еще станешь драться на шпагах?

Слова Элинор не произвели никакого впечатления на Себастьяна.

— Мы же с тобой договорились, что отныне риску буду подвергать себя я, а не ты.

— А что, если тебя узнают?

— Этого не будет, — твердо заявил он, растянувшись в кресле. — Но самое главное — ты перестанешь подвергать себя опасности.

Элинор поднялась с места и бросила письма на стол.

— Полагаю, ты прав. План Ловриджа все равно бы не сработал.

— В чем он заключался? — с любопытством поинтересовался Себастьян.

— Я появляюсь на вечеринке в качестве новой горничной. Эта должность облегчает доступ…

—…в постели джентльменов, которые мечтают, чтобы молодая красотка согрела их холодной ночью, — с угрюмым видом проговорил Себастьян. — Я не в восторге от идеи, что моя жена будет присутствовать на вечеринке, где пьянство и распущенность — не такая уж редкость.

— Мягко сказано, — с иронией заметила Элинор. — Скорее, они являются нормой, — сказала она, подавая Себастьяну перчатки. — Более того, мне всегда казалось, что именно для этого и устраиваются такие увеселения. Но это не имеет никакого отношения к нашему делу.

Себастьян внимательно посмотрел на жену:

— Не хочу повторяться, дорогая, но после вчерашнего происшествия тебе ничего другого не остается, как позволить мне взять командование на себя.

— Может быть, я приняла все слишком близко к сердцу.

— Нет, милая, мне так не показалось, — спокойно сказал Себастьян и надел перчатки. — Мы обсудим мой план, когда я вернусь.

У Себастьяна оставалась еще уйма времени до начала встречи с его лондонским связным. Собака жалобно выла в саду. Слуги заперли ее и выскользнули на улицу, чтобы посмотреть спектакль итальянского кукольного театра. Войдя в дом с Тегом, Себастьян заметил мальчика, который сидел на скамейке у двери черного хода. В руках он держал небольшой мешочек.

— Ты кого-то ждешь? — спросил Себастьян.

— У меня лекарство для ее милости. Я стучал, но никого нет дома.

— Лекарство? — Себастьян забрал у него мешочек и вынул из него пузырек с зеленой жидкостью, какой-то странной на вид.

— Это снадобье для улучшения кровообращения, — поморщившись, объяснил мальчик. — Только не уроните его, пожалуйста. Оно, правда, неважно пахнет. Его нужно пить залпом.

«Все это очень странно», — с тревогой подумал Себастьян и стал рыться в кармане в поисках мелочи. В итоге он выудил из кармана гинею. Это много или мало для того, чтобы заплатить за это зелье? Себастьян ни разу в жизни не видел, чтобы Элинор когда-либо принимала лекарства.

Он с сомнением посмотрел на флакон. Неужели она заболела? Но его жена никогда не была обеспокоена своим здоровьем. Внезапно Себастьян вспомнил, что ее мать умерла в молодом возрасте — от какого-то загадочного заболевания у нее остановилось сердце.

Себастьян рассматривал флакон. С одной стороны склянки был изображен странный астрологический знак, а внутри, в маслообразном веществе янтарного цвета, плавали крошечные семена. Он прочитал надпись: «Agnus Castus».

— Что ты здесь делаешь, Алекс? — раздался недовольный голос Мэри.

Мальчик вскочил со скамейки и попятился назад.

— Я отнесу это снадобье в дом, милорд, — предложила Мэри. — Если пузырек заткнуть пробкой недостаточно плотно, неприятностей не оберешься.

— Это для моей жены? Горничная кивнула:

— Поверьте мне на слово: вы бы ни за что не стали принимать эту гадость.

— В таком случае почему я должен позволять принимать это зелье жене?

— Это лекарство помогает женщинам завести младенца и еще во многих случаях, о которых я не могу знать, — сказал мальчик, глядя с вызовом на Мэри, которая смотрела на него сердито, поджав губы. — Ну извините, — миролюбиво проговорил он. — О том, как это зелье влияет на мужскую силу, я вообще молчу.

— Ах ты, дерзкий болтун! Я пожалуюсь на тебя, — пригрозила Мэри вслед убегающему мальчишке. — Тебе платят не за то, чтобы ты трепал языком и раздавал рекомендации направо и налево.

Себастьян протянул склянку Мэри:

— Я опаздываю. Передайте это жене. Если, конечно, это средство не повредит ее здоровью.