Я его отец. Наследник миллиардера - Алиса Ковалевская
— А Миша?
— А что Миша, — горько хмыкнула Елена. — Папочка его пожалел. И пока я сидела в тюрьме, он строил свою жизнь с тобой.
Она замолчала. Застыла, как ледяное изваяние, только в глубине глаз пылал холодный огонь.
— Бред какой-то. — Я сжала пальцами виски и зажмурилась.
— Возможно, — не стала отрицать она. — Только вот меня освободили за день до того, как Миша попал в аварию. Тебе не кажется это странным?
— А должно?
— Должно. Соколовский не из тех, кто прощает. Он дал возможность своему сыну почувствовать себя в безопасности. Дал построить отношения, завести семью. А потом раз! — Она хлопнула в ладоши, и я вздрогнула. На губах её заиграла улыбка. — Он пытался его убить. Но у него не получилось.
В висках застучало сильнее прежнего. Никакой дурной сон не мог сравниться с тем, что происходило сейчас.
— Я видела его тело в морге. И опознала его, — процедила я.
— Да… Изуродованное лицо и часы на запястье, которые ты подарила ему на день рождения, верно?
— Экспертиза…
Она громко и неприятно засмеялась. Мне стало противно. Запрокинула голову и хохотала звонким, сатанинским смехом. Резко замолчала, и глаза её сверкнули.
— Деньги умеют творить чудеса, Аделина. Миша знал, что он в опасности, и подготовился.
— Если мой муж жив, тогда где он? Я хочу с ним увидеться.
— Всему свое время. Это слишком опасно, пока вы с ребёнком находитесь в руках Соколовского. Он послал меня, чтобы ты помогла ему расправиться с Яном.
Расправиться?! Жив?! С каждым её словом мне становилось всё хуже. Желудок выворачивался, во рту появился горький привкус.
— Я хочу поговорить с мужем.
Лена покачала головой.
— Для начала ты должна кое-что сделать…
* * *
— И что же ты должна сделать? — процедил Ян, выслушав меня.
Я всё-таки встала. Посмотрела на него.
— Она расскажет мне, где Миша, если я дам ей денег. Она сказала, что чувства между ними давно угасли, и она не будет мешать нам. Просто хочет уехать подальше, потому что боится, что ты убьёшь её.
Ян смотрел на меня с минуту, прищурив глаза. Я тоже не отводила взгляд.
— Ты ей не поверила, — наконец произнес он с уверенностью.
Мне вдруг стало легче. Всего на каплю, но в данный момент эта капля значила для меня много.
— Нет, — выдохнула я. — Я не знаю, на что она рассчитывает. Все слишком уж сыро в её рассказе… Если бы Миша был жив, она знала бы гораздо больше. И я не понимаю…
— Что же… — Руки Яна вдруг легли на мои плечи, скользнули вниз, к локтям, потом к запястьям. Ян потянул меня к себе, и я сделала шаг. — У нас есть только один способ узнать, что она задумала. Дать ей то, чего она хочет.
Глава 41
— Ты правда думаешь, что Миша погиб?
Подперев голову рукой, я посмотрела в глаза лежащему рядом Яну.
— Уверен, Аделина. Некто, похожий на моего погибшего сына, игрушка, которую нашел Артём, — это всё происки моей бывшей жены. Я понятия не имею, что она задумала, но ей явно нужны не только деньги.
Вздохнув, я села в постели и свесила ноги на пол.
— Ты куда?
— Есть ещё кое-что, о чём ты должен знать. — Не оборачиваясь на него, я встала и ушла в ванную. Подцепив записку, спрятанную за шкафчиком над раковиной, вернулась в спальню и протянула Яну.
— Это я нашла в квартире, когда мы приехали за вещами.
Ян привстал, кинул под поясницу подушку и забрал записку.
— Она лежала в шкатулке, где я хранила украшения. Но украшений не было, только это.
Он выслушал меня и прочёл. Взгляд его стал мрачнее, чем когда-либо.
— Почему сразу не показала мне? — спросил жестко.
— Хотела сама всё понять для начала.
Я присела на краешек кровати и коснулась плеча Яна.
— Ты мне не доверяла, — сказал он утвердительно. — Ты согласилась выйти за меня, Аделина, не забыла?
— Не забыла! Если бы я тебе не доверяла — не рассказала бы ничего. Но всё это для меня шоком было, Ян. Пойми меня тоже. Я…
Меня прервал тихий стук в дверь.
Мы с Яном переглянулись. Время перевалило за час ночи, и для того, чтобы потревожить нас, у кого-то должен был быть крайне весомый повод.
Стук повторился снова, а затем дверь открылась, и в комнату осторожно вошел Артём. В руках он кое-как держал щенка. Лабрадор, хоть ещё совсем детёныш, был ему не по размеру, но Тёмка нёс его очень бережно.
Увидев нас с Яном, сын остановился в нерешительности.
— Нам страшно, можно мы останемся у вас?
Я подошла к сыну и, забрав сонного щенка, поставила на пол.
— Сынок, думаю, это не очень хорошая идея. — Присела перед Тёмой, и Лакки вдруг полез ко мне, начал облизывать лицо. Артём засмеялся, погладил блестящую шерстку щенка. Тот потянулся и к нему.
— Почему нехорошая? — спросил он. — Всего на одну ночку, мам, ну пожалуйста…
— Тём…
— Иди сюда, Артём, — раздался вдруг голос Яна.
Я обернулась на Соколовского. Думала пойти с сыном в детскую, уверенная, что он не разрешит Артёму переночевать в нашей спальне. Но он в очередной раз меня удивил.
Артём кинулся к кровати, маленький лабрадор понёсся следом. Ян подвинулся и помог сыну забраться под одеяло.
— Ну как, не страшно?
— Не-а, теперь не страшно, — просиял Артём.
Лакки вернулся ко мне и вильнул хвостом. Стоял и переминался с лапки на лапку, заглядывая мне в лицо. Я погладила его снова.
— Ну а ты, Лакки? — обратилась к щенку. — Пойдешь с нами? — Потрепала его по голове. Он тявкнул и снова полез целоваться.
Взяв его на руки, я посмотрела на Яна.
— Щенок будет спать на полу, — отрезал он.
Я улыбнулась и пошла к постели. Остановилась в ногах и посмотрела на сына, на будущего мужа. Что принесет нам завтрашний день, я не имела понятия, но сейчас, в это мгновение, я вдруг почувствовала себя цельной. Доверившись Яну и отпустив страхи и сомнения, я теперь не боялась смотреть в будущее. Что бы ни задумала бывшая жена Яна, чтобы она ни говорила, я буду верить ему.
Щенок тявкнул снова.
— Нельзя, Лакки, — шикнула я на него и поставила на пол. Тот, недолго думая, забрался под кровать и улёгся где-то посередине.
— Лакки, иди к нам! — позвал его сын, но детёныш даже не подумал подчиниться.
Усмехнувшись, я устроилась в постели и поправила одеяло
