Валери Слэйт - На волнах страсти

Впрочем, ей это даже нравилось, и она не возражала против развития романа.

- Это так романтично и трогательно, - закатывала она мечтательно глаза и плотоядно причмокивала губами. - В стиле средневековых трубадуров, романа о Тристане и Изольде… - А затем прагматично поясняла: - Из такого материала получаются прекрасные мужья. Но над ним надо поработать. И не волнуйтесь за меня, девочки. Я с этим справлюсь.

Элли, наполовину гречанка по происхождению, пылкая, энергичная и импульсивная, похожая на Елену Троянскую до замужества, рассказала про своего таксиста из Пирея, считавшегося каким-то ее сверхдальним родственником, для оценки степени родства которого еще не придумали слов в немецком языке. Юный грек-эмигрант довольно быстро проявил недюжинный бизнес-талант на новой «земле обетованной». Всего за год из простого таксиста, промышлявшего подвозом пассажиров в единственный аэропорт Граца, он начал превращаться во владельца пока еще не очень большой таксомоторной компании.

- Но с хорошим будущим, - гордо и величественно пояснила «Елена Троянская». - А после Нового года Хризопулос собирается публично объявить о нашей помолвке.

Остальным подругам осталось только радостно позавидовать и, зная патриархальные нравы греческой общины, одновременно пожалеть о том, что подругу они могут надолго утратить. Скорее всего, до тех пор, пока сами не выйдут замуж, и не получат вновь право, как почтенные матроны, обремененные преуспевающими мужьями и послушными, хорошо воспитанными детьми, встретиться изредка за чашечкой кофе для того,- чтобы посплетничать о чем-то своем, женском, и рассказать о своих успехах в «раскошеливании» мужа и выращивании детей.

Лиззи похвастаться особенно было нечем. Как обычно, все эти две недели, почти ежедневно, ее донимал «патрон», полагавший, что обеспечение для него некоторых раскованных плотских радостей должно автоматически входить в служебные обязанности подчиненной. Разуверить его в этом без публичного скандала у Лиззи пока не очень хорошо получалось, судя по его продолжающейся настойчивости. Сообща подруги обсудили несколько вариантов решения проблемы и разработали вроде бы гениальный стратегический план, который Лиззи предстояло осуществить сразу после новогодних празднеств. Самым оптимальным показалось подключить к делу супругу любвеобильного «слуги народа», накачав ее под завязку соответствующей информацией. Были слухи, что рослая и крепкая по комплекции дама нередко использует свое физическое превосходство в семейных дискуссиях. Даже поколачивает порой своего супруга под горячую руку за содеянное, или авансом, для профилактики. Именно о необходимости участить и усилить профилактическую работу для повышения ее результативности и шла речь. Роль доброжелательной информаторши великодушно согласилась принять на себя Инесса. А Лиззи предстояло подготовить «компромат», записав на свой мобильный телефон пару жанровых разговоров с боссом. Естественно, представ в роли яростно сопротивляющейся и невинной жертвы распоясавшегося сексуального маньяка, забывшего о понятии супружеской верности и крайне опасного для женского общества, особенно для секретарш. Кстати, нового поклонника Лиззи, работающего агентом по туризму, решили пока к этому делу не подключать. Еще неизвестно что придет ему в голову. Парень крепкий и слишком горячий. К тому же может неправильно понять роль самой Лиззи в этой ситуации. Еще решит, что это она сама подогревает и провоцирует босса, и что тогда останется ждать бедной девушке?

Анна весьма обрадовалась тому, что внимание переключилось с нее на окружающих. Однако не забывала о главном, ради чего, собственно, и решила собрать подруг, оставив на десерт обсуждение собственных литературных замыслов. Дождавшись некоторого затишья после дискуссий по животрепещущей проблеме подготовки карательной экспедиции против начальника Лиззи, а также завершив борьбу с огромным блюдом напротив себя, наполненным различными видами мяса и картофелем «фри» в стиле национальной австрийской кухни, Анна решила перейти к основному гвоздю программы сегодняшнего застолья.

С чувством выполненного долга и с видом хорошо поработавшего человека, она решительно отодвинула от себя почти пустую тарелку, допила одним глотком до дна уже третий за вечер бокал с пивом и слегка постучала по нему ножом, привлекая внимание.

- Девочки, помимо обсуждения мальчиков, у меня есть еще одна интересная тема. Касающаяся вас всех.

Она не стала пояснять, откуда у нее вдруг появился в Хургаде писательский интерес. Не стала ссылаться на Роберта и злословить по поводу его слабых и безнадежных попыток разработать новое направление в любовном романе. Это было бы неэтично, а главное, принижало бы ее собственную роль и грозило переключить внимание аудитории опять на личную жизнь. Заметив устремленные на нее взгляды, Анна торжественно возвестила:

- Во-первых, я решила заняться написанием любовных романов. В какой-то степени автобиографичных. Начну, естественно, с себя. Если получится, затем наступит… - Она на секунду выдержала многозначительную паузу, как опытная актриса, и эффектно продолжила: - Затем наступит ваша очередь. Я сделаю вас героинями своих произведений. Каждой будет посвящена отдельная книга. Вы сами определите очередность. Можно бросить жребий. Это будет что-то вроде сериала о дамском клубе, где поочередно будет описываться любовная жизнь каждой из героинь - членов клуба.

Анна заметила, как после этой фразы все вокруг внезапно изменилось. И она сама, и ее подруги, и их отношение к ней, и весь окружающий интерьер. Весь мир как будто разом переменился. И цвета, и запахи, и формы предметов. Похоже на то, как если бы ось Земли сдвинулась с орбиты, а полюса и климатические зоны, соответственно, поменялись бы местами.

- С чего бы это вдруг - сразу и в писатели? - первой и несколько косноязычно отреагировала ошарашенная Лиззи.

- По совету Инессы, - отшутилась Анна, парировав первый выпад. - Это она настойчиво и убедительно порекомендовала мне перед отъездом в Хургаду заняться писательской деятельностью. И именно любовным романом.

- Да, девочки. Это я не отрицаю, - горделиво возвестила Инесса, приподняв волевой подбородок, а также скрестив руки под пышными грудями, приподняв их еще больше и воинственно выставив вперед. - Моя идея, был грех. У Анни особенно удачно получаются эротические сцены. После ее описания в аэропорту, при проводах, одной из таких сцен, про арабского шейха, ну, не буду цитировать, - нарочито целомудренно потупилась она, - а то вдруг Удо опять подслушивает, у меня трусики насквозь промокли. Даже сейчас, как вспомню, так сразу между ногами разгорается. Так что, я ее планы поддерживаю. Если получится, мы все будем стоять у истоков и раздавать интервью о том, что были знакомы со знаменитостью с детства. Рассказывать, как помогали растить и холить ее талант. В общем, будем купаться в лучах ее славы и укреплять тем самым собственное реноме.