Эва Киншоу - Мелодия любви

Сара, крупная шатенка, на работе обычно носила черное с белым — черный пиджак, прямую юбку, белую блузку и очки в черной оправе. Густые длинные волосы очень украшали ее симпатичное лицо. За годы их знакомства у Хелен сложилось о ней представление как о проницательной, прямой женщине с едким умом, который действовал на собеседника, словно освежающее терпкое питье.

— Итак, — сказала Сара, отпивая из бокала манговый сок, — как дела у Майкла? Он все еще не расстался со своими странными идеями, о которых ты упоминала на вечеринке?

Хелен замялась и внезапно поняла, что сейчас самое подходящее время обсудить с Сарой предложение Майкла.

— Думаю, он испытывал трудности, заново привыкая к цивилизации, — медленно произнесла она. — Что осложнялось появлением в его жизни стрип-танцовщицы.

Хелен рассказала о Миранде, и женщины немного посмеялись. Сара протерла очки и снова надела их.

— Он ведь поселился здесь вместе с тобой и Клаусом?

— Да, и это создало еще одну проблему. Он чувствует себя с нами как дома.

— Разве это проблема? — спросила Сара.

— Я имела в виду — я представляла, что он захочет получить дом в свое полное распоряжение. Я и вообразить не могла, что он захочет жить тут с нами.

Сара немного поразмыслила.

— Может, это как-то связано с Клаусом. Клаус подрос, и, видимо, очень напоминает ему Гарри. Наверное, Майклу снова все вспомнилось, сколько ни пыталась я его убедить, что он ни в чем не виноват.

— Что ты имеешь в виду?

Сара замялась, словно поняла, что ступает на зыбкую почву.

— Сара, я долгие годы чувствовала себя Золушкой, облагодетельствованной Его Высочеством Майклом, по крайней мере, в финансовом отношении, но всегда говорила себе — это все потому, что Гарри был для Майкла почти что младшим братом. Разве есть еще какая-то причина?

Сара наконец решилась.

— Причина есть. Майкл считал себя виноватым в гибели Гарри.

Хелен побледнела.

— Но в тот день он даже не участвовал в игре!

— Он собирался играть в тот день, но в последний момент не смог, и Гарри, который был в резерве, вступил в игру, хотя был не в лучшей форме.

Хелен вернулась мысленно к тому страшному дню. Сама она тогда не присутствовала на игре…

— Он всерьез так считает? — пораженная, спросила она. — Но откуда ты знаешь?

— Когда он пришел ко мне поговорить о том, как лучше все устроить для вас с Клаусом, я спросила, зачем ему помогать едва знакомой женщине. Тогда он и рассказал мне все.

Хелен вспомнила, как изменилось выражение лица Майкла, когда она заговорила о поло. Она медленно перевела дыхание.

— Теперь все понятно…

— И от этого тебе Лучше или хуже? — напрямик спросила Сара. — Не знаю; следовало ли мне рассказывать, но раз уж я это сделала — какое это на тебя произвело впечатление?

Хелен попыталась собраться с мыслями.

— Недостающий кусочек головоломки встал на свое место.

— А с другой стороны, — произнесла Сара задумчиво, — на вечере у Кейт и Артура вы с Майклом производили впечатление близких людей. И мне подумалось, что его первоначальные мотивы могли измениться…

Хелен машинально улыбнулась и ничего не сказала. Сара тоже помолчала, затем перевела разговор на обыденные темы и вскоре ушла.

Ночью Хелен почти не спала. Видимо, это отразилось на ее внешности, потому что утром Клаус осведомился, хорошо ли она себя чувствует.

— Просто устала, слишком много поездила по стране, — улыбнулась она. — Сейчас лучше. Как проходят репетиции?

Спектакль был назначен на завтра.

— Отлично, но не жди слишком много от моей роли, Ма, она не из главных. Если даже я останусь дома, меня вряд ли хватятся.

Вскоре Клаус убежал в школу, а она села к столу и уронила голову на руки. Это не бредовая идея, твердила она себе, это наконец-то истинная правда, и едва ли я смогу ее вынести.

Она встала, успев мимоходом удивиться, что за несколько часов смогла перечеркнуть одиннадцать лет. Но быстро расправила плечи, налила себе кофе и взялась за дело.

Через два часа она складывала вещи в комнате Клауса, когда услышала шум подъезжающего автомобиля. Лучше сделать вид, что никого нет дома, решила она, не прерывая своего занятия. Но посетитель открыл дверь собственным ключом. Майкл застиг ее в комнате Клауса, как кролика на огороде.

— Вот, значит, как, — выговорил он хрипло, швыряя ключи на кровать. — Немного же у вас ко мне доверия, Хельга Лансбери. Тебе необыкновенно удачно подобрали имя.

— И что это значит? — спросила она сквозь зубы, не догадываясь, что побледнела как полотно.

— Из-за твоего пристрастия к драмам, — пояснил он. — Ты готова в мгновение ока сорвать ребенка с места и отправиться неизвестно куда. А как насчет спектакля? А будка? Как ты намерена объяснить все это Клаусу?

— Майкл… — выговорила она сквозь сердитые слезы. — Ты должен был приехать только завтра.

— Я здесь потому, что мне позвонила Сара и сказала, что ее привычка называть вещи своими именами может иметь вредные последствия. Кстати, куда ты собиралась податься?

Хелен безуспешно попыталась проглотить комок в горле.

— Здесь не уместно прошедшее время, Майкл, я в самом деле ухожу. Пока мы поживем у моего отца, они с Клаусом обожают друг друга. А это тебе. — Она достала из кармана чек и протянула ему.

Майкл презрительно взглянул на него и разорвал в клочки.

— Неужели эти несколько дней ничего для тебя не значили, Хелен?

— Майкл… — Она прокашлялась. — Это не так. И знай, что я даже была готова выйти за тебя замуж, хотя и подозревала, что ты станешь время от времени удирать от меня в Африку. Но ничто не заставит меня вступить с тобой в брак, на который тебя толкает чувство вины перед Гарри!

— Хелен… — Он впился в нее глазами.

— Сара не имеет привычки говорить неправду.

— Да. — Плечи Майкла внезапно поникли.

— Так это правда? — прошептала Хелен.

— Правда, что если бы я участвовал в игре в тот день, этого могло не случиться. Правда, что… — Он помедлил, и по сторонам его губ вдруг проступили морщины, которых она раньше не замечала. — …Клаус очень напоминает Гарри. И неправда, что я занимался с тобой любовью из чувства вины. В этом случае у меня ничего бы не вышло.

Она отвернулась.

— Но идея, что между нами что-то есть, дала трещину.

Он положил руку ей на плечо и заставил снова повернуться к нему лицом.

— Ты чувствовала эту трещину межу нами в Техасе?

— Майкл, — произнесла она через силу, — я не стала бы слишком полагаться на то, что произошло в Техасе. Оторванность от дома, жажда перемен, чудесный день — не знаю, все вместе это, должно быть, ударило мне в голову.