Люси Уокер - Возвращение домой

— И ради меня, — добавил Джон. — Ты же знаешь, я им горжусь.

Их глаза встретились. Он говорил неторопливо. Появившаяся на губах Джона улыбка осветила его лицо. Для Пенни она затмила огонь костра и навсегда погасила все мысли о преимуществах жизни в Виджи.

Девушка лишь кивнула и поскорее вернулась к сосискам.

Уже в темноте они подъехали к территории, отведенной под выставку, и приступили к разгрузке, когда по громкоговорителю объявили:

— Мисс Пенелопу Бартлетт ждут в главной конторе.

Оказалось, тетя Изабелла велела своей дочери привезти Пенни. Она должна жить в нормальных условиях.

— Но я уже договорилась, что буду жить здесь, — запротестовала Пенни.

— Глупости, — заявила Камилла. — Ты знаешь мою маму. Если я вернусь без тебя, она сама за тобой приедет. В маминой молодости дамы не располагались на ночлег в лагере вместе с лошадьми и мужчинами.

— Она никогда не жила в аутбэке[6].

— Лучше поезжай, — подал голос Росс. — Мы и без тебя справимся, а тебе сейчас важнее как следует поесть и хорошо выспаться.

Пенни в общем-то охотно уселась в машину и была благодарна за наступившее молчание.

— Не могу ехать по городу и разговаривать, — коротко объяснила Камилла. — Слишком много пешеходов стремится перейти улицу в неположенных местах.

Тетя Изабелла, более модный вариант миссис Беннет, с радостью встретила племянницу. Увидев, насколько та устала в дороге, она оставила до лучших времен расспросы про Бинду и про мисс Диттон.

— Марш в постель, — велела она, когда Пенни вышла из ванной. — Камилла принесет тебе ужин на подносе. Твой новый костюм для верховой езды уже прибыл от портного, но я не желаю ничего слышать о лошадях до тех пор, пока ты не расскажешь мне о Бинду. Утром на все хватит времени.

Пенни распаковала чемодан, выложила косметические принадлежности на туалетный столик и забралась в постель. Камилла принесла поднос с ужином.

— Звонила какая-то женщина по фамилии Смит, — сообщила она. — Хотела удостовериться, что ты приехала, и выражает желание встретиться, пока ты в городе.

— Эйлса Смит! — обрадовалась Пенни. — Как хорошо, что она позвонила. Я с радостью встречусь с ней…

— Она позвонит тебе завтра к вечеру.

На следующий день Эйлса Смит не позвонила. Вместо этого она явилась собственной персоной. Все, включая мистера Бартлетта и мисс Диттон, только что поднялись из-за стола и пили кофе в гостиной, когда горничная объявила:

— Мисс Эйлса Смит. Она ехала мимо и хотела бы на несколько минут встретиться с мисс Пенелопой.

— Знаете, — холодно проговорила мисс Диттон, обращаясь к тете Изабелле, — это не слишком приятная особа. Нет, нет, ничего худого о ней нельзя сказать, но эти современные интеллектуалки, вы меня понимаете. Они не вполне нашего уровня.

Пенни вышла в холл к подруге, а потому не слышала этого разговора и не видела сомнения, возникшего в глазах тети Изабеллы. Как и миссис Беннет, во время ужина тетя Изабелла все пристальнее смотрела на мисс Диттон. Она наблюдала за экономкой, пока та рассуждала о молодой женщине, которой явно обрадовалась ее племянница и о которой одобрительно отзывался ее зять.

Пенни с радостью встретила Эйлсу Смит.

— Мы можем пройти в кабинет дяди Бена или ко мне в комнату и поговорить.

— Думаю, лучше поговорить в твоей комнате. Как в Бинду.

Девушки поднялись наверх и уселись у разожженного камина.

— У тебя есть время? Мне столько нужно рассказать…

— Вообще-то я собиралась сходить в кино на программу документальных фильмов, а у вас, кажется, семейный вечер. Не хотелось бы мешать.

— Я пойду с тобой. Тетя Изабелла не будет возражать. Папа уже собирается ехать. Мисс Диттон придется добираться в гостиницу через весь город, поэтому вряд ли она задержится надолго. — Пенни заколебалась, но договорила: — Скорее всего, она попросит папу подвезти ее.

— Отец твой — человек отзывчивый и ни за что не откажет в просьбе. Наверняка, он сам предложит свою помощь.

— Совершенно верно.

Они немного помолчали.

— Пойду спрошу тетю Изабеллу, отпустит она меня или нет, — проговорила Пенни. — Соревнования на выставке будут продолжаться весь день… и мне велено ложиться спать пораньше. Завтра у меня отборочные состязания.

Пенни вышла из комнаты и легко сбежала вниз.

Эйлса огляделась вокруг. Комната, предназначенная для гостей, была красивой, но безликой. О том, что здесь кто-то живет, свидетельствовали только расческа и крем, которые Пенни оставила на туалетном столике, да крошечная фарфоровая статуэтка. Эйлса взяла ее и долго рассматривала. Вернувшись, Пенни застала ее в этом же положении.

— Можем идти, — объявила Пенни. — Только плащ надену.

Эйлса подняла фигурку повыше:

— Значит, ты взяла ее с собой?

— Это мой талисман. Отвечает всем требованиям: и старое — подарок от старого друга, и новое — статуэтка новая, и голубое — у нее голубая ленточка в волосах.

— И очень тебе по душе, — добавила Эйлса, ставя фигурку обратно на столик. — Как поживает мистер Дин?

На лицо Пенни, застегивавшей плащ, набежало облачко.

— Пойдем пешком, здесь недалеко. Я все расскажу тебе по дороге. Между прочим, мне разрешено пригласить двух человек на бал, который состоится в Охотничьем клубе после закрытия выставки. Можно тебя записать? Придешь?

— Спасибо, с большим удовольствием. Я не смогу пригласить профессора. Между нами все кончено. Он любит другую. Но у меня есть вполне достойный кузен…

— Оставь мне точный адрес и фамилию твоего кузена. Секретарь клуба пришлет вам приглашения…

Они спустились вниз и заглянули в гостиную. Пенни представила Эйлсу своим тете и дяде. Камилла уже ушла. Мисс Диттон вела себя с холодной вежливостью, зато мистер Бартлетт сердечно с ней поздоровался.

— Давай рассказывай, — проговорила Эйлса, когда девушки зашагали по улице. — Вижу, что тебе не терпится поговорить.

— Понимаешь, все идет к тому, что так или иначе, но скоро меня ждет помолвка с Россом Беннетом…

— С чего это вдруг? Ты же его не любишь, так?

— Мне он очень дорог… до известной степени.

— Это не любовь. Если любишь, то не испытываешь никаких сомнений.

— Не знаю. Взять, например, брак по расчету… брак, устроенный родителями. Говорят, такие браки в конечном итоге оказываются прочнее. Любовь уходит, а общие интересы… никогда.

— Чушь.

— В общем, все это сложилось как-то само собой. Я ничего не сделала, хотя, наверно, нужно было как-то действовать, а пустила все на самотек… Росс постоянно был рядом, тренировал меня и Винтер… и вдруг внезапно я обнаружила, что все думают о нас как о…