Линда Брукс - Переведи дыхание

— Майкл сегодня здесь? — спросил он. Швейцар молча кивнул, и Дез взял Милли под руку и провел к дверям. Она шла, опустив голову, а вокруг роились дамы в длинных платьях и мужчины в смокингах. Дез обнял ее за плечи.

— Милли… Милли! Я считаю, что ты выглядишь прекрасно.

Он пошептался с метрдотелем, несколько купюр перешли из рук в руки, и их тут же провели в уютный, но незаметный уголок у окна.

Милли замерла, увидев далеко внизу море огней.

— Неужели это Крэнвилл? — ахнула она.

— Да. Правда, похоже на рекламную картинку? — сказал Дез.

— Добрый вечер, господа. «Каньон-хаус» приветствует вас. Могу я ознакомить вас с нашими специальными блюдами на сегодняшний вечер? — спросил подошедший к их столику официант.

— Мы будем только десерт, — ответил Дез. — И кофе? — Он вопросительно взглянул на Милли.

Она молча кивнула, и черно-белый, как пингвин, официант подал ей огромное десертное меню с золотыми кистями. Один быстрый взгляд — и выбор был сделан.

— Я бы хотела шоколадный мусс.

— Прекрасный выбор, — одобрил «пингвин». — А вы, сэр?

Дез заказал клубничное мороженое с орехами и шоколадом и, когда официант, поклонившись, оставил их, повернулся к Милли.

— Ну, как, не жалеешь, что мы приехали сюда?

Она развернула салфетку, положила на колени и ответила:

— Я бы предпочла, чтобы ты соблюдал наш уговор.

Дез посмотрел в окно на море огней.

— Это мое любимое место. Я хотел поделиться им с тобой.

— Ты часто здесь бываешь? — спросила Милли с замиранием сердца. Скольких женщин ты приглашал сюда? Этот вопрос вертелся на языке, но она проглотила его, с усилием протолкнула во внезапно сжавшееся горло.

— Это своего рода традиция — отмечать здесь самые важные события. Все дни рождения и годовщины свадеб семейство Мейер проводит именно здесь.

— Сколько лет твои родители женаты?

— Почти тридцать пять. Просто удивительно. — Дез покачал головой, пытаясь представить, каково это — прожить рядом с кем-то так долго.

— Да, удивительно, — тихим эхом отозвалась Милли.

— И что интересно, все эти годы они прожили в одном и том же доме, — продолжил Дез.

Незаметно появившийся официант поставил перед ними заказанный десерт, разрушив очарование момента.

Дез вздохнул и попробовал мороженое.

— У-у… неплохо, — одобрил он. — А как у тебя?

Милли зачерпнула полную ложку лакомства и положила в рот. Вкус мусса мгновенно вызвал в памяти тот день, когда Дез слизывал шоколад с ее груди… В ней вспыхнуло неистовое желание, и она неловко заерзала в кресле.

— Что, не нравится? — обеспокоено спросил Дез.

— Что ты! Просто изумительно! — Милли зачерпнула вторую ложку, и шоколадный запах еще больше усилил ее волнение.

— Дай-ка мне попробовать. — Он потянулся своей ложкой и расплылся в улыбке, почувствовав во рту изысканный шоколадный вкус. — О, почти так же замечательно, как в последний раз.

Милли мгновенно покраснела, поняв, что Дез имеет в виду. Она попыталась сменить тему, но не нашла ничего лучше, как спросить:

— Наверное, ты сейчас очень занят в своем клубе и тебе нечасто удается путешествовать и отдыхать так, как ты привык.

— Конечно, не часто, но вполне достаточно. По выходным я всегда отправляюсь в горы, пешком или на велосипеде, иногда с альпинистским снаряжением. В прошлом ноябре на пару недель ездил с родителями в Йеллоустонский заповедник. Конечно, это не так много, как раньше, но у меня появились теперь и другие интересы.

Милли всей кожей ощущала на себе его пристальный взгляд, но не решалась поднять глаза, чтобы не выдать горящего в ней желания. Она, продолжала есть мусс, и старалась говорить легко и непринужденно.

— Должно быть, путешествовать с родителями — это здорово. Я так тебе завидую! А моя семья никогда не была чем-то единым и надежным. Отца я в последний раз видела лет десять назад. Мама выходила замуж четыре раза, сейчас собирается в пятый.

— Наверное, тебе нелегко пришлось.

— В общем, все было не так уж и плохо. Я ладила со своими отчимами номер два и три, пока мама была с ними. Но когда она разводилась, они исчезали навсегда.

Милли замолчала, вспоминая отца. Его никогда не было рядом, когда она в нем нуждалась. Может, поэтому она так быстро привязывается к любому мужчине? Кто гарантирует, что так же не будет и с Дезом? Особенно с ним.

— Когда я женюсь, это будет на всю жизнь. — Его голос вернул ее к настоящему, к их отношениям. — Можешь сказать, что я старомоден, но я хочу, чтобы у меня была семья, как у моих родителей. Все эти приключения, путешествия, забавы — прекрасно, но семья — это основное.

Она внимательно посмотрела на него, не решаясь поверить в то, что только что услышала. Неужели, он хочет создать такую семью… с ней?

— О, Дез… — прошептала Милли, но он накрыл ее пальцы ладонью, не дав закончить.

— Шшш… Не говори ничего. Просто подумай об этом, ладно?

Она молча смотрела на расстилающийся перед ней ночной Крэнвилл и думала: возможно ли, и ей обрести такое же счастье, о котором говорит Дез. Он в это верит, это ясно. А вот поверит ли когда-нибудь она?

15

— Попробуй еще раз! И на том повороте забирай сильнее влево, а то лыжи у тебя ложатся неправильно. За это сейчас здорово сбавляют очки.

Милли кивнула и махнула рукой, давая понять, что готова, повторить попытку.

Дез смотрел ей вслед, подавляя желание вернуть ее. Черт с ней, с тренировкой! Как насчет нас с тобой? Этот вопрос не давал ему покоя после посещения «Каньон-хауса». Всю неделю они виделись ежедневно, утром и вечером. Он выполнял взятые на себя обязательства, а Милли и виду не подавала, что помнит их разговор в ресторане.

Вот уже и суббота, сегодня они приглашены на вечеринку к Херберту и Джуди. Может, вид чужой предсвадебной суеты, и веселья изменит ее деловой настрой. Но проклятый поворот с двойным подскоком и разворотом на триста шестьдесят градусов никак не получался, и Милли, хмурясь, начинала все снова.

Дез следил за ней, машинально отмечая ошибки, а голова его была занята другим. Похоже, ему так и не удалось поколебать ее неправильное представление о нем. Она продолжает считать его бесшабашным, отчаянным парнем, искателем приключений. Да, все это было в школе, в колледже. Да, это помогло ему основать бизнес, приносящий теперь почти миллион долларов в год. Но все это внешнее. А в душе он — обычный мужчина, мечтающий о доме, семье, женщине, которую будет любить всегда…

— Ну, как? — прокричала Милли, окатив его фонтаном брызг.

— Сейчас лучше. Но не совсем. Снимай лыжи. — Дез подошел к ней, протянул руку, помог выйти на берег. — Я думаю, все дело в снаряжении. Тебе нужны новые лыжи. Твои не позволяют выполнять чисто новые фигуры. А у твоих соперниц будет самое современное снаряжение, не сомневайся.