Соломон. Забытая нежность - Слава Доронина

прихоти, а потому что наметилась новая выгодная сделка, и два вечера я провел на переговорах и развлечениях группы людей, что приехали из Австрии. Мы договорились на крупную поставку строительных материалов, что отгрузят нам уже в ближайшее время, и я выложился на все сто процентов ради контракта. К счастью, все закончилось удачно, я боялся, что придётся сместить срок поездки на дачу к родителям. Но австрийцы уехали вчера восвояси, а я проснулся этим утром раньше обычного, даже раньше будильника, и пошёл будить девочек. К родителям я хотел выехать пораньше, чтобы не оставаться у них ночевать. Хотя и знал, что мать все равно будет настаивать.

– Игорь, мне неудобно. Ты уверен, что твои родители… что им это нужно? – Аня нервничала, хотя пыталась это скрыть.

И я тоже переживал, потому как ответственный момент как ни крути.

– Аня, уверен, – тихо, но твёрдо ответил я.

Она застегивала на Маше курточку. Кукленыш на удивление вела себя очень тихо. Я бы даже сказал исключительно, наверняка Аня провела с ней какие-то беседы за пару дней, что меня практически не было дома. Но я любил, когда гном сносил дом и бегал по комнатам. Сразу ощущалась какая-то жизнь в этих бетонных стенах, и улыбка появлялась на лице. На всех лицах.

– Хорошо, – обреченно выдохнула Аня и подняла лицо. – С другой стороны, мне очень интересно посмотреть на твоих родителей и место, где ты вырос, – я удивлялся, какой многогранной была девушка.

То она грустила, глядя на меня задумчивым взглядом, то вдруг замыкалась в себе и делала вид, что меня не существует, то вот как сейчас, с мечтательным выражением на лице дарила теплую улыбку. Не девушка – ходячая загадка и аномалия.

– Я вырос в другом городе.

– Правда? – удивилась Аня.

– Да, жил в таком же богом забытом месте, как и вы когда-то с Машей. Потом отец потерял работу, и мы отправились в Москву на поиски лучшей жизни. Ему помог хороший знакомый и вот так по кирпичику, маленькими шагами они с мамой купили дом, помогли мне с учёбой, а теперь я помогаю им. Держу свою строительную фирму на плаву и сбавлять оборотов не собираюсь.

– Теперь вдвойне интереснее посмотреть, – улыбнулась Аня.

Щелкнула Машу по носу и подтолкнула ее на выход.

Мысли о той сцене в ванной я усердно блокировал. Да и не до того было в эти насыщенные дни. А на ночь я заправлялся снотворным. Пора уже было с него соскочить, но я не решался. Не дай бог, в одну из таких бессонных ночей додумаюсь еще до чего, и тогда неизвестно, чем все закончится.

Вчера вечером мне позвонил Стас и сказал, что анализы Маши готовы, там не все было хорошо, но и ничего страшного. Однако он посоветовал свозить девочку к морю. Как раз перед садиком будет очень полезно. Назначил витамины обеим сёстрам. К моему удивлению, Аня тоже согласилась пройти обследование. С ней дела обстояли значительно лучше. А Машу он рекомендовал показать иммунологам, выписал ей препараты железа, и в завершении сказал уже лично от себя, что девочки обе замечательные. Правда, очень хрупкие и слабенькие. Я, кстати, нисколько тому не удивился. Потому как неизвестно, как они питались с такими родителями, может и вовсе голодали. Но ничего, откормлю. Обеих.

После разговора со Стасом я всерьёз задумался о поездке к морю, мне казалось это замечательной идеей. Так вот быстро я, конечно, не мог сорваться, дела меня не отпускали. Но примерно через неделю или две, я вполне смог бы выделить на поездку дней пять или семь. Как раз в Москве выпадет снег, а я терпеть не мог эту склизкую погоду. Новый год и праздники любил, а слякоть, дождь и хмурое небо – нет.

Света позвонила в последний момент, буквально перед нашим отъездом. Сильно гнусавила в трубку, извинялась, я так и не понял за что, и сказала, что заболела. Я предложил ей привезти лекарства, передать через водителя, что работал у меня в компании, но она уже заказала все необходимое через интернет и ждала доставку. Сказала, что будет рада, если я выберу минутку ее навестить. Я взглянул на девочек, понимая, что сегодня никак не получится. Сказал, что заеду по возможности на днях и выключил телефон. Знал наперёд все эти женские уловки. Света сама себе придумала того, чего нет, и пыталась для меня выделить роль в своей выдуманной сказке. Да, поначалу кое в чем у меня имелся холодный расчет, в частности, что Аня немного успокоится, когда будет видеть и знать, что у меня есть женщина. Но вот только я не предугадал, что у девочки вспыхнет ко мне интерес. А ведь я обещал ей в Рыбачьем, что не прикоснусь к ней, и Свету держал рядом, чтобы Аня уверена была во мне, и что я не мачо какой-то или ловелас. Однако вон как все получилось. Понимаю, что переживал о глупостях, но элементарно боялся снова остаться один. Так я прикипел к обеим девочкам, что вот это осознание, как гром среди ясного неба пронзало меня в самое сердце каждый раз, когда я на них смотрел.

Всю дорогу Маша без умолку болтала, расспрашивала Аню о разных мелочах, я поглядывал на них через зеркало заднего вида и тихо улыбался сам себе, чувствуя умиротворение и покой.

Через пару с небольшим часов мы были на месте. Помимо идеи поездки к морю, где Аня и Маша никогда не были, у меня была ещё одна приятная и важная новость для старшенькой. В садике, куда я определил Машу, было свободное место нянечки. И если Аня согласится… Но даже на этот случай у меня был припасен запасной вариант. Мы разговорились со Стасом, и он сказал, что может поставить Аню в регистратуру в пару к своей помощнице. В целом, на обеих работах был плавающий график, вполне можно было их совмещать. Я почему-то думал, что Аня ухватится за этот шанс. Она ведь не хотела сидеть дома, я прекрасно это видел. И тем более я не хотел, чтобы она искала работу сама, это было небезопасно. А когда она с головой погрузится в работу, ей уже будет не до мыслей о побеге.

Остановив машину у родительского дома, я повернулся к девчонкам.

– Ну что, готовы? Сейчас мать вас так накормит, что как колобки будете кататься по дому и тяжело вздыхать и охать. Она готовит так, что закачаешься!

– Ура! – Маша захлопала в ладоши, Аня же