Соломон. Забытая нежность - Слава Доронина

– Со мной, – вступился Игорь. – И к вам на выходные тоже теперь будем ездить каждую неделю. Ты же говорил, что я перестал вас навещать?

– Да, совсем забыл и не знаю, выходишь ли из офиса, – подтвердил отец и сердито взглянул на сына.

– Выходит, – улыбнулась Маша. – По вечерам он играет со мной и учит играть в шахматы.

Мне почему-то захотелось снова ущипнуть Машку за коленку, ведь говорила ей, чтобы открывала рот только тогда, когда ее о чем-то спросят в лоб.

Ну да что я, собственно, хотела? Ребенок…

– И как успехи? – спросил Александр Сергеевич, взглянув на Машу.

– Ни разу пока не выиграла и постоянно забываю, как ходят слоны, – Маша тяжко вздохнула и отпустила глаза к тарелке.

– Может быть, со мной сыграешь после обеда? – мужчина просиял, его улыбка оказалась очень похожа на ту, что иной раз Игорь дарил Маше, светлая, чистая и… грустная?

– Правда? Дядя Игорь? – она вопросительно перевела на Соломона восхищенный и возбужденный взгляд.

Щеки горели, глаза блестели… Маше понравились родители Игоря.

– Ну а как же я, Маша? – Игорь в шутку свел недовольно брови. – Можно. Буду подсматривать за отцом, чтобы не мухлевал, – и тут же улыбнулся девочке.

После обеда я предложила помощь Елене Александровне, чувствуя, что все допросы у меня еще впереди. И я не знала, что там Игорь ей рассказал, но обманывать и юлить я не собиралась. Спросит, почему так вышло – ничего не утаю. Прошлого не изменить и от него не откреститься, но я согласилась на все эти перемены и была очень благодарна Игорю за шанс изменить будущее, в первую очередь, ради сестры.

Елена Александровна загрузила посуду в посудомоечную машин. У Игоря на кухне стояла похожая, и ей я уже умела пользоваться, как и стиральной машиной, которой у нас и в помине никогда не было, и много с чем новым я уже успела познакомиться. Больше всего мне нравился духовой шкаф и кофеварка. Благо инструкции в интернете были, а мне хватало смекалки туда заглядывать. Такими темпами жизнь в городе мы с Машей быстро освоим.

– Маша просто чудо! – повернулась женщина, глядя на меня пристальным взглядом.

– Елена Александровна… – я хотела перебить женщину, но она не дала мне даже сказать и слова.

– Я рада, что вы появились в жизни моего сына. После… после как его жена и дочка, моя внучка погибли… – голос женщины дрогнул, и она взглянула на полку со снимками.

Я тоже посмотрела туда и увидела фото, где Игорь стоял в обществе красивой белокурой женщины и держал маленькую девочку на руках. И вид у всех троих счастливый и безмятежный.

– Я уже и не чаяла, что увижу прежнего счастливого и улыбающегося Игоря.

Чашка, которую я держала в руках и собиралась ополоснуть в раковине, вывалилась из рук и приземлилась у моих ног. Я вздрогнула и испуганно перевела взгляд на женщину. Тот наш недавний разговор и слова Игоря о трагедии, его привязанность и чувства к Маше, эта отчужденность…

– Аня, ничего страшного! Я сейчас уберу, ты не трогай ничего руками! – донесся голос женщины, и я отвела взгляд от снимка.

– Извините меня… – я отошла и обернулась в сторону гостиной, где за столом шла напряженная шахматная партия.

Александр Сергеевич, Игорь и Маша склонили головы над шахматной доской. Я смотрела на Игоря и думала о том снимке. Что случилось с его женой и ребёнком… Нет, не моё это было дело! Но только теперь я отчётливо поняла, что Игорь помогал нам не просто от чистого сердца… Точнее от чистого, но… Кажется, я запуталась ещё сильнее и ничего совсем не понимала. Он, может быть, видел в Маше свою маленькую дочь? Перед глазами одно за другим всплыло воспоминание обо всех событиях до этого самого дня. Дочь… Как я и предполагала, но только и подумать не могла, что той не было в живых! Игорь повернул голову в мою сторону, и наши глаза встретились. С каких пор его взгляд стал таким осязаемым, тяжёлым и цеплявшим за живое, словно каждый раз, как новое откровение? Его лицо ничего не выражало, а я ощущала внутри изумление и нарастающую тревогу.

– Анечка? – словно в замедленной съемке, я отвела глаза от Игоря и посмотрела на его мать.

– Все хорошо, – медленно проговорила я и натянуто улыбнулась. – Извините ещё раз, – а когда снова обернулась в сторону гостиной, Игорь уже вклинился в процесс игры.

Глава 24

Аня

Елена Александровна смела разбитые осколки веником и выбросила их в мусорку. Мы вернулись в гостиную с пирогом, но только у меня начисто пропал аппетит, и чай я отказалась пить. И в беседе почти не принимала участия, а смотрела на Игоря и ловила себя на мысли, что с этим влечением пора уже что-то делать. Я заметила, что карие глаза Игоря неотрывно следили за мной, не удивлюсь, если я сидела бледная и отрешенная, потому что слова Елены Александровны зацепили меня за живое. Представить страшно, что пережил этот мужчина. Я взглянула на Игоря в ответ и поняла, что смотрела бы в его лицо вечно, оно казалось мне красивым, идеальным, а от улыбок мужчины сердце замирало, и я забывала, как дышать. Эти мысли и мечты глупые причиняли мне дискомфорт. А с учётом новых подробностей о жизни Игоря, я понимала, что доступ в его жизнь закрыт. И наше присутствие с Машей в ней ни о чем не говорило и не давало никаких гарантий ни на что. Ровным счётом, как и Светлане. Игорь для всех нас по-прежнему был закрыт.

– Мама, какие у вас планы на ближайшее время? – вдруг спросил Игорь, а я навострила уши.

Соломон приосанился и подобрался, бросил в мою сторону короткий взгляд, и я поняла, что не просто так он завёл этот разговор. И несмотря на замкнутость мужчины, успела уже хорошо его изучить за время совместного проживания.

– Игорек, мы с папой решили съездить на море. Нужно набраться сил перед декабрем. Ты же помнишь, что в декабре у меня заказов очень много и…

– Море? – перебил Игорь и довольно усмехнулся.

– Да, жару я не переношу, а сейчас там самые хорошие условия для нас с отцом. Нагуляемся, я возьму свой мольберт… – мечтательно протянула женщина.

– А что, если мы присоединимся к вам? – спросил Игорь, а на лице Елены Александровны отразились удивление и восторг.

Нет, такое точно нельзя спланировать заранее, потому как отец Игоря нахмурился и