Кэрри Томас - Заложники любви

И вот однажды вечером раздался долгожданный звонок.

Анна как раз слушала одну из подаренных Гарольдом пластинок.

— Как чувствуешь себя? — спросил он.

— Спасибо, мне намного лучше. А у тебя как дела?

— Очень занят. На работе с утра до вечера.

Они помолчали.

— Чем сейчас занимаешься? — поинтересовался Гарольд.

— Слушаю записи, которые ты прислал. Ты очень внимателен и заботлив, Гарольд. Мне приятны и дороги твои подарки. Но я, — Анна запнулась, — я не инвалид, так что не стоит старательно опекать меня.

— Твоя воля. Ты отослала брошь? — неожиданно властно спросил Гарольд.

— Да. И, судя по ответному письму, Мэри Освальд понятия не имела о ее ценности. Я предполагаю, что Фрэнк…

— Давай ненадолго забудем о Фрэнке Освальде и о его семействе, — резко оборвал ее Гарольд. — Мне надо кое-что тебе сказать.

Анна затаила дыхание.

— Эй! Ты еще у телефона? — нетерпеливо спросил Гарольд.

— Да. Но ты ничего не говоришь.

— Если ты когда-нибудь передумаешь, скажи.

Анна облегченно выдохнула.

— Если передумаю, то скажу. Но пока я не передумала.

В трубке слышалось только неровное дыхание Гарольда.

— Все равно, Анна, я хотел бы заглянуть ненадолго повидать тебя.

В таком виде — ни за что! — в панике подумала Анна. Она скучала по Гарольду, но хотела — нет, это было просто необходимо — при их встрече выглядеть хотя бы женственно.

— Гарольд, не обижайся, пожалуйста, но…

— Ты не хочешь встречи, — закончил он за нее. — Извини за глупое предложение.

— Гарольд, ты ничего не понимаешь!..

— Понимаю, и слишком хорошо, — с горечью ответил он. — Ладно, мне все ясно. Прощай!

После этого разговора Анна поставила крест на своих надеждах и впала в уныние. Ей казалось, что она никогда не услышит желанного голоса. Однако Гарольд изредка звонил. Он спрашивал о самочувствии Анны, о приближающихся пасхальных каникулах, о ее выходе на работу. Анна в свою очередь спрашивала о его делах, о ремонте дома, о будущих жизненных планах.

Ни о помолвке, ни о простом визите вежливости Гарольд даже не заикался. Анна смирилась с мыслью о том, что они будут просто друзьями. Но тут он сообщил, что улетает в Америку.

Нет, убеждала себя Анна, у меня нет ни малейшего права на ревность. Чем занимается Гарольд во время пасхальных каникул — пусть даже спит с Долли, — это не должно меня тревожить. Однако сама мысль о том, что он лежит в постели с другой женщиной, приводила Анну в ярость.

Презирая себя, Анна старалась выбросить из головы эти мысли, утешаясь тем, что скоро вернется в Берривуд, в школу. Начнет работать, и жизнь войдет в привычное русло.

Окрепнув, Анна вместе с матерью съездила в Лондон, где посетила дорогой парикмахерский салон. Обкромсанные в больнице волосы к этому времени стали достаточно длинными, и опытный стилист сумел преобразить нелепые космы в пушистые кудри, которые, спадая челкой на лоб, полностью скрыли не совсем заживший шрам. Шрам на шее, заверил Анну мастер, тоже не будет виден, как только волосы еще чуть-чуть отрастут.

Взглянув в зеркало, Анна убедилась, что стрижка чудесным образом изменила ее внешность. Перед ней была очень симпатичная молодая женщина с грустными глазами.

Анна с удовлетворением отметила, что теперь выглядит более или менее нормально. Непривычно, по-другому, но определенно нормально.

16

И наконец настал день, когда Анна вернулась в Берривуд.

Она открыла входную дверь коттеджа, вошла и замерла как вкопанная. Гостиная была полна цветов, их было так много, что некоторые букеты стояли в незнакомых Анне вазах.

Анна отправилась к соседу, который сердечно приветствовал ее и сообщил, что цветы доставили рано утром. Не зная точно, когда Анна появится дома, он расставил их во все вазы, какие сумел найти, и даже принес свои. Он сделал Анне комплимент, что ей очень идет короткая стрижка, выразил радость по поводу ее выздоровления и передал конверт, присланный вместе с цветами.

Вернувшись домой, Анна нетерпеливо вскрыла его. Поздравление с возвращением, как она и предполагала, было от Фрэнка Освальда, а не от Гарольда. Гарольд никогда не прислал бы столько цветов.

Вечером Анна готовила себе обед из продуктов, заботливо положенных матерью в новую машину Анны. Система управления была почти такой же, как в предыдущей машине, но все равно первая поездка стоила Анне кучу нервов. До аварии она водила машину легко и естественно, совершенно не задумываясь. Теперь каждый ярд проделанного пути требовал предельного внимания. Поэтому с дороги Анна чувствовала себя настолько измученной, что чуть ли не час отлеживалась в теплой воде, и только потом занялась обедом.

Анна уже отнесла в гостиную поднос с едой и собиралась устроиться поудобнее на диване, как в дверь позвонили. Она поспешила открыть, но вопреки ее надеждам за дверью стоял не Гарольд, а Фрэнк Освальд в строгом черном костюме.

— Добрый вечер, Энни. Вы ждали других гостей?

— Вовсе нет. — Анна постаралась скрыть разочарование. — Входите.

— Как вы себя чувствуете?

— Будто только вчера родилась. Спасибо за цветы.

— Мне было приятно их выбирать для вас. Я узнал о вашем возвращении домой от Дэниела, — сообщил Фрэнк, не сводя одобрительного взгляда с ее новой прически.

— Я приехала часа три назад.

— Извините, что пришел без приглашения и нарушил ваш отдых. — Фрэнк сокрушенно вздохнул. — Поэтому предлагаю загладить свою вину и отметить ваше счастливое возвращение скромным обедом в ближайшем ресторане.

Анна задумчиво посмотрела на него. Фрэнк во всех отношениях был приятным и обходительным человеком. Бесконечные цветы, подарки, визиты в больницу означали, вероятно, что он надеется на более близкие отношения. Пока она ломала голову, как бы отказаться, чтобы он не обиделся, Фрэнк не сводил с Анны восхищенного взгляда.

— Вы выглядите очень непривычно. Что заставило вас подстричься?

— Волосы очень небрежно обрезали после аварии.

— О, вы счастливо отделались.

Анне эта тема была неприятна, поэтому она еще раз поблагодарила Фрэнка и семью Освальдов за внимание и участие.

— Поверьте, подарок от чистого сердца, — застенчиво произнес он. — С брошью, прошу прощения, я допустил вопиющую нескромность.

— Я думала, ее прислал ваш брат.

— Он поручил дело мне, — признался Фрэнк, — вот я и купил в магазине вашего брата то, что мне понравилось.

— Знаю. И знаю, сколько она стоит, поэтому и вернула ее.

— Не будем больше говорить о моей печальной ошибке. — Фрэнк удобно устроился в кресле, явно намереваясь задержаться. Анна присела на диван. — Лучше поговорим, почему именно вам, Энни, мне хочется дарить подарки.