Кэрри Томас - Заложники любви

— У меня не такое богатое воображение, — хмыкнула Анна. — Кстати, моя память, похоже, полностью восстановилась, пока я любовалась собой в зеркале.

— Значит, ты знаешь, что произошло между нами в тот день?

— Знаю. — Анна пристально посмотрела Гарольду в глаза. — И знаю, чего не случилось. И считаю, что это к лучшему. Потому что я вижу, в глубине души ты не можешь смириться с моим новым обликом.

— Это неправда! — возмущенно воскликнул Гарольд.

Анна укоризненно покачала головой.

— Ты всех обманываешь, в том числе и себя. Красиво, убедительно, но обманываешь. С тех пор, как я оказалась здесь, — уточнила она. — Я вспомнила до мельчайших подробностей наш день — обед, то, что мы делали в спальне, даже мою неудачную поездку, но не помню ровным счетом ничего по поводу обручения.

— Ты права, его не было. — На лице Гарольда не дрогнул ни один мускул. — Но по-другому попасть к тебе было невозможно. Твои родители сразу поверили, я не успел сказать им правду, а потом язык не повернулся признаться в невольном обмане.

— Не беспокойся, я сама им сообщу.

— Зачем? — Гарольд вынул из кармана коробочку и, открыв ее, протянул Анне. — Это тебе.

Анна безучастно взглянула на красивое кольцо с сапфиром.

— Примерь его, — приказал Гарольд.

— И не подумаю, — спокойно отказалась Анна. — Память, возможно, меня подводит, но некоторые правила я все-таки помню. Тебе следовало подождать, когда я скажу «да». Кстати, я думаю, что ты купил это кольцо, чтобы не отстать от Фрэнка Освальда.

— Ты можешь думать что угодно, — взгляд Гарольда стал колючим, — но я купил кольцо с самыми лучшими намерениями. Я верю, что нам будет хорошо вместе. С самого начала нашего знакомства мы прекрасно понимали друг друга. Во вкусах мы подходим друг другу значительно больше, чем многие семейные пары. Как выяснилось, сексуальных проблем у нас не будет. Люди женятся, имея для брака намного меньше оснований…

— Не спеши, — перебила его Анна. — Ты серьезно говоришь о браке?

— Серьезнее не бывает. Обычно за помолвкой следует венчание. Моя ошибка в том, что я считал это само собой разумеющимся. Впрочем, не впервые.

— Знаешь, Гарольд, — задумчиво сказала Анна, — мне кажется, если бы я до сих пор мучилась наивной девичьей любовью, между нами ничего бы не произошло. Но после того, как тебя отвергла… кажется, ее звали Долли…

— Долли не имеет к этому отношения! — вспылил Гарольд.

— Да, Долли, — не обращая внимания на его реплику, продолжала Анна, — и я встретила тебя отнюдь не с распростертыми объятиями, твое самолюбие было задето.

— Не забудь, когда мне удалось соблазнить тебя, ты пылала страстью, — сердито напомнил Гарольд.

— Не спорю, — согласилась она. — Я не знала, что секс так упоителен.

— Я считал, что мы любим друг друга, а не занимаемся сексом, — мрачно заметил Гарольд.

— Называть можно по-разному, но это было изумительно. — Анна печально улыбнулась. — Странно… Даже когда я ничего не помнила, стоило тебе появиться, как я уже знала, что мы чем-то связаны. Я не знала, как тебя зовут, но не верила, что мы помолвлены. Хотя мне это и нравилось.

— Тогда почему ты не берешь это кольцо?! — яростно вскинулся он.

— По той же причине, что и раньше. Я не люблю тебя, Гарольд.

Он вскочил и навис над Анной, вцепившись в ручки кресла.

— Я мог бы заставить тебя полюбить меня…

— Заставить любить невозможно. — Анна сидела как изваяние. — Я пробовала. Помнишь, я рассказывала об этом? Ничего не вышло.

— Ты хочешь убедить меня, что никаких чувств ко мне у тебя нет?

— Почему? Ты мне приятен, и только тебе удалось пробудить во мне женское начало, но…

— Но ты не хочешь брать на себя никаких обязательств.

— Вот именно. И не хочу, и не могу. Думаю, твоя жизнь не изменится от моего решения, — убежденно сказала Анна. — А теперь отойди, мне трудно дышать.

Гарольд выпрямился и отошел к окну. Вся его поза выражала разочарование и обиду.

— И что теперь? — подозрительно ровным голосом осведомился он.

— Мы расскажем всем, что вовсе не обручены, только и всего.

— И какую причину разрыва мы приведем? — Гарольд тяжело вздохнул. — Я точно знаю, что люди подумают.

— Что ты имеешь в виду?

— Пораскинь мозгами, благо они сейчас ничем не заняты.

Анна обиженно посмотрела на него, но сообразила почти сразу.

— Понимаю! Ты уверен, они подумают, что ты, как только увидел мое изуродованное лицо, так сразу кинулся наутек. Правда, не совсем ясно, почему ты не сделал этого с самого начала, когда я выглядела еще хуже. — Она задумалась. — Придется поискать серьезную причину. Ну, например, что я пыталась заморочить тебе голову и заставить жениться на мне, чтобы таким образом обеспечить оправдание своему легкомысленному поведению.

— Брось! Кто этому поверит?

— Придумай что-нибудь сам, если эта причина тебя не устраивает.

— Меня вообще этот разговор не устраивает, — мрачно буркнул Гарольд. — Я предпочел бы, чтобы помолвка осталась в силе.

— Об этом не может быть и речи. — Анна вдруг оживилась. — Слушай, давай скажем, что я не в состоянии простить тебя из-за того, что ты не оставил меня в доме на ночь. Из-за этого и случилась авария. Хотя это совсем не так. — Анна доверительно улыбнулась. — Честно говоря, если бы я только что не увидела твоих испуганных глаз, я предложила бы тебе изредка встречаться, раз уж мы настолько сексуально совместимы.

Гарольд возмущенно посмотрел на нее.

— Тебя устраивают случайные встречи в те редкие минуты, когда твое и мое свободное время будет совпадать? Спасибо, я не согласен. Я никогда и никому не делал предложения…

— Ты и сейчас его не сделал, — перебила его Анна.

— Эту ошибку я исправлю сейчас же. — Гарольд выпрямился. — Дорогая мисс Ролтон, прошу вас оказать мне честь стать моей женой. — И добавил просительно: — Я говорю всерьез.

— Верю. — Губы Анны тронула улыбка. — Спасибо за предложение, Гарольд, но я отвечу — нет. Если когда-нибудь у меня и будет муж, он — я надеюсь — не будет бледнеть от ужаса, взглянув на меня.

— Но ведь это просто от неожиданности, — попытался оправдаться он. — Больше такого никогда не случится!

— Конечно, не случится, — согласилась Анна. — Завтра меня выписывают, так что тебе не придется ходить сюда.

— Я вообще мог здесь не появляться, — процедил Гарольд, сжимая кулаки. — Поймешь ли ты когда-нибудь, что я сходил с ума от беспокойства за тебя?

— Это я знаю. Ты считал себя виноватым в этой истории. — Анна успокаивающе прикоснулась к руке Гарольда. — Не страдай! Скоро я окрепну и вернусь в Берривуд к моим милым маленьким ученикам.