Элизабет Гэнди - Обретение

— Ты прекрасна! — Он ободряюще положил руку ей на плечо. Прекрасна — было слабым определением. Она была поразительно сексуальна в черном платье.

Она казалась женщиной контрастов, то импульсивная, то осторожная, то хрупкая, то сильная, то холодная и замкнутая, то милая и непосредственная. За ее беспечной улыбчивостью он видел хрупкость розового лепестка, и за печальным взглядом — неистребимую жизненную силу и стойкость одуванчика. И у него шла кругом голова при одном взгляде на нее.

Первым делом они отыскали именинника. Рядом с накрытым столом, сверкавшим серебром, Эймос Кляйн принимал поздравления гостей. Исполнив долг, они пошли к столу, накрытому а ля фуршет.

С бокалом шампанского в руке Энн разглядывала разложенные по тарелкам крохотные канапе, горячее жаркое и заливных омаров.

— Забудь про пищу, всяк за ней стоящий, — тихо пошутил Тим, подойдя к Питу вплотную. — Слышали, что творится?

— Нет, но уверен, что услышим от тебя, — пробуя шампанское, отозвался Пит.

— Кэсси подает на развод. Судя по всему, засекла Мартина и Дженет, когда те были вместе. Деталей, к сожалению, не знаю.

Энн пробежала глазами по множеству лиц, прежде чем исхитрилась отыскать Кэсси. Искусственная улыбка не могла скрыть подавленности, которая овладела женщиной. Сочувствие к чужому горю взяло верх над враждебно-циничным отношением Энн ко всякому браку вообще.

— У них есть дети?

— Маленькая девчушка, — сообщил Тим, через Пита доставая порцию паштета. — Марти сказал, что ему пришлось буквально умолять Кэсси, чтобы она пришла с ним на эту вечеринку.

Тим покачал головой.

— Если она добьется развода, то тут сами понимаете что…

— Как грустно, — пробормотала Энн. Тим кивнул.

— Согласен. Но речь идет и о его шансах войти в число директоров.

Энн вскоре пришлось убедиться, что реплика Тима не была чем-то необычным для атмосферы вечера.

Энн обменивалась любезностями с женщинами. Толстая крашеная блондинка с круглым лицом в свободном оранжево-розовом платье, выдававшем последнюю стадию беременности, всякую мысль так или иначе переводила на своего мужа, Фрэнка, и его карьеру.

Почти зевая от скуки, Энн решила поддержать разговор с ней:

— У вас есть еще дети?

— Один. Но скоро будет второй. — Она с гордостью похлопала себя по круглому животу. — Советую и вам об этом подумать. Хотя бы ради карьеры Пита.

Энн раскрыла рот, чтобы разъяснить неуместность подобного рода намеков, но, подумав, негромко рассмеялась.

— У меня уже есть дочь.

— Дочь? — Не в силах скрыть своего ликования, спросила собеседница. — Так вы разведены?

— Нет, я вдова.

Почти так же быстро сияющая улыбка, сменилась на выражение крайней озабоченности, и глаза женщины устремились к мужу, тот, чуть наклонив голову и не отрывая взгляда от жены и ее собеседницы, с язвительной улыбкой что-то говорил Питу. После заявления Энн он ядовито заметил:

— Отличный трюк, Пит. Одним махом завести и жену, и детей. Кляйну это понравится.

Энн изумленно взглянула на Пита.

Тот, однако, не посчитал нужным оправдываться. В конце концов его личная жизнь никого не касается. Энн, естественно, оценила ситуацию иначе. Пит обнаружил, что она притихла и улыбка стала крайне натянутой. Он понял, что придется давать объяснения.

Разозлившись, что вновь их разделяет стена непонимания, он молчал всю обратную дорогу.

После того как они забрали Рейчел и вошли в дом, Энн задала ожидаемый Питом вопрос:

— У твоих друзей сложилось превратное впечатление о нас.

Пит сел на край матраса, вопреки обыкновению не развязывая, а стаскивая ботинки.

— Ты насчет неуместного замечания Фрэнка о трюке с семьей?

Энн изогнулась, чтобы расстегнуть молнию.

— Да. Именно об этом я должна с тобой поговорить.

Он швырнул на пол один ботинок, затем — другой. Питу хотелось объяснить, что ему наплевать, что думают о его личной жизни окружающие, но он слишком хорошо понимал: она видит ситуацию в совершенно ином свете. Энн была в претензии, что Пит не раскрыл истинное положение вещей и не дал Фрэнку понять, что его связь с Энн не является чем-то постоянным.

— Не обращай на все это слишком большое внимание. Фрэнк нервничает, в этом все дело.

Ее платье полетело на пол.

— Нервничает из-за меня?

— Нет, из-за меня. Он боится, что в случае моей женитьбы директорство окажется у меня в шляпе. Если бы он уже не был женат, не сомневаюсь, он срочно бы сделал это ради продвижения по службе.

— Тебе следовало дать понять ему, что ты вовсе не…

— …Испытываю к тебе никаких чувств? Этого я не мог сделать.

Слишком многое хотелось ему сказать, но как выразить то, что сам толком не понимаешь?

Ощутив, что ей нужно побыть одной, чтобы получше разобраться в своих чувствах, Энн подняла платье и сказала:

— Пойду проверю, как Рейчел.

Посмотрев на ребенка, она прошла через кухню на заднюю веранду.

Энн не слышала, как Пит оказался рядом. Его рука, нежная и властная, легла на ее талию и привлекла к себе.

— Весь вечер я хотел одного: прижать тебя как сейчас, — прошептал он, бережно положив ладонь на ее живот.

Ну, нет, я столько раз видела, как мать в очередной раз оказывалась с разбитой душой потому, что вновь и вновь верила в существование любви, подумала она.

— Почему ты с ним не объяснился? — заставила она себя задать вопрос.

Момент для беседы казался на редкость неудачным.

— Он слишком сообразителен, чтобы поверить, будто я способен первым сказать «Адье» такой женщине.

— Так, значит, неспособен?

— Выясняется, что так, — пробормотал он, зарываясь лицом в ее волосы.

Закрыв глаза, она вздрогнула и прижалась к нему, искренне благодарная за эти простые слова.

— Какой холод на улице…

Его рука соскользнула на крутой выступ ее бедра.

— Как Рейчел, в порядке?

— Спит. — Энн положила руки на его обнаженную грудь.

— Согрей меня, дорогая.

Энн обвила руками мощную шею.

— Так ты думаешь, что я из тех женщин, которые по первому зову упадут к тебе в постель?

— Боже Всемилостивый, я надеюсь на это. — Он провел пальцем по нежной коже.

Миновало три дня. Влюбленные все более привыкали друг к другу. Энн иногда начинала забывать, что находится не в своем доме, что Джером по-прежнему существует, а значит, существует и угроза для Рейчел. И только ночами из подсознания иногда всплывали прежние страхи, и она пробуждалась в холодном поту.

Вот и сегодня Энн проснулась, находясь под впечатлением только что виденного кошмара. Она набросилась на себя за преступную беспечность. Как можно спокойно лежать, когда опасность для ребенка по-прежнему не устранена?