Элизабет Гэнди - Обретение

— Захватить с собой? Куда?

— Ко мне.

Энн в отчаянии затрясла головой.

— Он знает, что я там…

— Нет, не знает. Он ищет тебя в доме Кэрин или здесь.

— Так я должна прятаться в твоем доме?

— У тебя есть лучшее предложение? Ты не можешь оставаться здесь и ничего не предпринимать!

— Я не буду от него бегать. Я еду в полицию.

Пит знал, что ей там скажут. Она лишь убьет понапрасну время и ничего не добьется, но спорить не стал.

— Хорошо. — Он подхватил пальто с вешалки. — Собери Рейчел. Я отвезу тебя в полицейский участок.

Войдя в спальню, мать наклонилась над дочерью и начала одевать малышку.

— Надеюсь, твоя мамочка понимает, что делает, — прошептала она.

Рейчел оживленно захихикала.

Пит взял детский стульчик и складную колыбель.

Прошло еще несколько минут, прежде чем они вышли из двери. Руки Энн судорожно сжали Рейчел. По ту сторону улицы на обочине стоял голубой «седан».

— Без паники, — сказал Пит.

Энн прижалась губами ко лбу девочки. Легко сказать! Она еще крепче прижала Рейчел к груди, затем развернулась, чтобы найти убежище в доме.

Перегородив дорогу, Пит ухватил ее за руку.

— Что ты тут вытворяешь? — Энн вырвала руку. — Пусти меня в дом.

— Это не выход. Он зайдет и туда, Энн.

— Я не могу…

— Тихо. У меня план. Ступай в машину. Я поеду за тобой следом. Встретимся у полицейского участка.

— Он будет преследовать меня.

— Какое-то время. Доверься мне. Иди, — подтолкнул он. Подождав, пока она усядется в машину, Пит рванул к своему автомобилю. Сам по себе замысел был безупречен. Оставалось надеяться, что его воплощение будет столь же безукоризненно. Надо использовать свою машину как буфер между автомобилем Энн и голубым «седаном».

Когда водитель убедился, что Пит намерен и дальше плестись со скоростью черепахи, он перевел машину на встречную полосу и, нарушая правила, обогнал Пита. Но было поздно — Энн пропала из поля зрения. Пит мысленно похлопал себя по плечу.

Через пять минут Пит вошел в полицейский участок.

Он обнаружил Энн сидящей напряженно перед письменным столом, за которым находился круглый человечек с седыми усами и бородой. Судя по табличке — детектив Рэй Хендерсон. Вид у него был как у Санта-Клауса, и трудно поверить, что этот человек может заниматься ловлей преступников.

— Мы ничего не можем поделать.

— Вы что, не слышали? — Энн почувствовала, что начинает повышать голос. — Этот человек угрожал, что отнимет ребенка. С каких пор кража детей перестала рассматриваться как преступление?

— Кто-нибудь, кроме вас, слышал, чтобы мистер Бэррет угрожал?

Женщина отрицательно покачала головой.

— Таким образом, мы можем полагаться только на ваши слова?

— Я никогда не лгу, когда речь заходит о ребенке! — вспыхнула Энн.

— И тем не менее люди склонны лгать. — Детектив наклонил бороду к самому столу и послал Энн что-то вроде извиняющейся улыбки. — Я не хочу сказать, что вы все это придумали. Но мы ничего не сможем сделать. У нас связаны руки. Все, чем мы располагаем, это ваше утверждение, что Джером Бэррет что-то там делает. Но если будут свидетели, то тогда…

— Спасибо! — сказала Энн как можно спокойнее. — Я поняла главное — рассчитывать на вашу помощь мне не приходится.

— Мы не можем ничего предпринять, не имея улик.

— Так мне ждать, пока он не похитит ребенка?

— Извините! — Голос детектива звучал искренне. — В следующий раз постарайтесь, чтобы кто-то был рядом и мог засвидетельствовать, что он вам угрожает.

Энн уже поднялась, нервно прижимая к себе Рейчел. Она сожалела, что пришла сюда.

— Мой совет — расположитесь на время у своих друзей. По крайней мере кто-то постоянно будет рядом с вами. Это способ обезопасить себя.

— Ну, я оказался прав? — спросил Пит, когда они вышли на улицу.

Энн оглянулась на грязные, горохового цвета стены и доску объявлений с фотографиями преступников, находящихся в розыске. Так долго она мечтала о человеке, который мог бы разделить ее радости и беды, и вот он рядом, а она боится его протянутой руки.

— Зачем ты изображаешь из себя упрямицу, когда речь идет о судьбе дочери?

Энн собрала остатки сил и со злобой сказала:

— Нет!

— Заклинаю тебя всеми святыми.

Как бы давая свое согласие, Рейчел запищала и сунула палец в рот.

— Она «за». — Он положил руку на плечо Энн и привлек к себе. — Ты в меньшинстве. Самое безопасное место — это мой дом.

Ой ли? — подумала Энн. В самом деле они будут чувствовать себя там в большей безопасности, но какова цена этой безопасности?

Пока Пит отводил машину в гараж, Энн решила, что, сколь бы ничтожен ни был ее выбор, следует попробовать. Набрав номер телефона, она услышала мужской голос и радостно произнесла:

— Майкл?

Войдя в дверь, Пит смог расслышать только имя. Он затруднился бы сказать, что ощутил помимо замешательства. В ушах зашумело, сердце бешено застучало — и все это от ревности. Она говорила ему, что этот человек всего лишь приятель. А что, если нечто большее? Зачем звонить кому-то, если рядом есть он, Пит?

Да, у него нет никаких прав на эту женщину. Он не мог предъявлять ей какие-либо требования — она бы их не приняла.

Закончив разговор, Энн дрожащими пальцами нажала на кнопку кофеварки.

— Два дня назад я звонила Майклу и просила о помощи.

Пит почувствовал облегчение. Для ревности в данном случае не было оснований. Он подвинул стул и оседлал его. Итак, задело главным образом то, что она решила положиться на кого-то еще.

— Я подумала, что профессионал, имеющий дело с такими ситуациями, мог бы оказаться полезным. Майкл поговорил с Джеромом, но тот ему не поверил.

— Почему же он решил, что этот парень, Майкл, лжет?

Энн повела плечами, сбрасывая напряжение с мышц шеи.

— Он считает, что Майкл был когда-то моим любовником.

Окоченев, Пит смотрел на пол. Злоба кипела и клокотала в нем, злоба на себя. Он резко поднялся со стула.

— Что дальше? — спросил он.

— Кристина.

Сестра Кита была, пожалуй, последней надеждой. Она одна теперь могла разрушить непроницаемую стену из злобы и боли, которой Джером отгораживался от Энн.

— Ага, леди с жалом змеи.

— Боже, как глупо. — Слезы потекли из глаз Энн, и она уткнулась в его плечо.

— И вовсе не глупо, — успокаивал Пит.

Пришло сладкое мучительное желание найти убежище в нежных и сильных руках. Когда он обнимал ее, все вокруг, казалось, шло как надо.

— Пит, ты же знаешь, я не могу рассчитывать…

— Тс-с-с! — прошептал он ей в волосы. Все и без того было ясно — она не хочет, чтобы кто-то всерьез впутывался в ее жизнь.