Тина Олмос - Земные радости

Мгновенно приняв решение, Гледис взяла жакет и кошелек и поспешила к лифту.

Не имея каких-то конкретных намерений, она бродила по центру, пока не очутилась перед кинотеатром. Там шла картина, какая-то второсортная комедия, но она все-таки купила билет, полная решимости забыться на пару часов.

На самом же деле фильм оказался довольно занимательным, с примитивным сюжетом, но в нем было много смешного. В данный момент, как никогда раньше, Гледис нуждалась в таком развлечении.

Когда она вышла, что-то вдруг побудило ее остановиться у закусочной, купить пару сэндвичей, потом остановить такси. Не успев передумать, она дала водителю адрес офиса Деппа.

Гледис не удалось убедить охрану пропустить ее, но в конце концов после того, как дежурный переговорил с Кристофером, ее впустили в здание.

– Дорогая, что-то случилось? – сухо спросил Кристофер, когда она вышла из лифта. – Где ты была?

– Нет, ничего пока не произошло. Мне приятно с тобой повидаться, – сказала она, не обращая внимания на его раздраженный тон. Она не спеша подошла и поцеловала его в щеку.

– Где ты была?

– Я ходила в кино, – ответила она улыбаясь, расхаживая по офису. Его большой письменный стол красного дерева был завален папками и бумагами. Она машинально отметила для себя, что он один. У всех остальных – выходные, а он не мог себе позволить даже такого.

– Ты была в кино? – Он недоуменно покачал головой.

Она и не думала отвечать.

– Мне показалось, что ты, может быть, голоден, – продолжала она, улыбаясь, аккуратно укладывая в стопку папки, чтобы расчистить уголок стола. – По пути купила нам обоим перекусить.

– Я уже ел.

– А… – Вот и все. – К сожалению, я не ела. – Она приютилась в удобном кожаном кресле, вытащила из пакета ржаной сэндвич с индюшатиной и стаканчик кофе и поставила их на расчищенное место.

Кристофер Депп выглядел так, как будто не знал, что ему с ней делать. Он наклонился над столом и сдвинул в сторону несколько папок.

– Я не мешаю?

– Конечно, нет, – иронично ответил Крис. – Я задержался здесь просто ради удовольствия.

– Конечно, совершенно незачем спешить домой, – в тон ему бросила она в ответ.

Кристофер потер глаза, и его плечи обмякли.

– Прости, Гледис. Эти последние две недели тебе пришлось несладко, да?

Он подошел к ней сзади и обнял за плечи. Его прикосновение всегда успокаивало Гледис. Сейчас ей захотелось воспротивиться этому, побороть свою слабость к нему.

– Любимая, – прошептал Крис. – Пойдем домой. – Потом склонился к ней и поцеловал ее под ухом в шею. Все ее тело охватила дрожь. Глед глубоко вздохнула и положила ладони ему на руки.

– Домой, – тихо повторила она, как будто это было самое прекрасное слово в английском языке.

– Глед! – вскричала Энни, вытаращив глаза, когда открыла дверь однажды вечером через несколько недель после этого. – Что случилось?

– Случилось, – тупо повторила она.

– Ты ужасно выглядишь.

– Как любезно с твоей стороны отметить это.

– Поняла, – возбужденно сказала подруга, постукивая пальцами по губам, – ты тоже в положении.

– К сожалению, нет, – возразила Глед, проходя по кухне. Она взяла кружку и налила себе кофе. – Скажи лучше, дорогая, как ты себя чувствуешь?

– Ужасно, – признала Энни, сделав гримасу, потом с улыбкой прибавила: – Замечательно.

Глед подвинула кухонный табурет и села. Если она еще один вечер проведет в одиночестве, подумала она, то сойдет с ума. Вероятно, ей следовало сначала позвонить подруге, а не заходить без предупреждения. Но заехать сюда на машине как бы по дороге и невзначай было поводом для того, чтобы уехать из дома и задержаться здесь. Сегодня вечером ей очень нужен какой-нибудь предлог. Что угодно, чтобы уйти отсюда. Что угодно, чтобы убежать от одиночества. Смешно, годами она жила одна, но никогда не чувствовала себя такой опустошенной, такой одинокой, как в прошедшие два месяца. Даже разговор с Патриком Гловером сегодня вечером только на некоторое время улучшил ее настроение.

– Где Майк?

Энни усмехнулась.

– Ты не поверишь, если скажу.

– Расскажи.

– Он обучается плотницкому делу.

– Плотницкому делу? Майк?

Энн широко улыбнулась.

– Он хочет сделать колыбельку для ребенка. Это меня просто умиляет. Ты знаешь, он совершенно беспомощен, когда дело доходит до чего-нибудь практического. Дай ему несколько томов с данными о доходах, и он проявит себя очень ловким, подскажет, как избежать лишних расходов на налоги, но когда нужно сменить электрическую лампочку, ему требуется руководство по эксплуатации. Я ужасно его люблю, но когда он заявил, что собирается сделать колыбельку для ребенка, я не смогла сдержаться и засмеялась.

– Энни!

– Да, знаю. Не нужно было этого делать, и вот теперь любимый муженек пытается доказать, что я ошибаюсь. Сегодня его первое занятие на курсах, и я очень надеюсь, что инструктор не выставит его из класса.

Несмотря на свое ужасное состояние, Гледис улыбнулась. Как хорошо быть рядом с такой подругой, отметила Глед, опять хоть чуть-чуть расслабиться, иметь повод для смеха.

– Я целую вечность с тобой не болтала, – усмехнулась Энн, помешивая кофе. – Но ведь мне и не следовало этого ожидать, правда? Ведь у вас с Кристофером все это время продолжается медовый месяц?

На глаза Гледис мгновенно навернулись слезы, и все расплылось.

– Да, – солгала она, отведя взгляд и молясь, чтобы подруга, такая счастливая в супружеской жизни, не заметила, как несчастна она в своем браке.

– О, чтобы не забыть, – взволнованно сказала Энни, – я получила весточку от тети Эммы.

– О чем она пишет?

– Просила поблагодарить тебя за письмо, где ты рассказала ей о том, что познакомилась с Деппом, и обо всем остальном. Она любит романтические истории. Потом она пишет нечто странное. Она думает, что платье пригодится еще один раз.

– Да? Опять? Кому?

Энни наклонилась вперед, грея ладошки о кружку с кофе.

– Думаю, вы с Деппом были слишком заняты друг другом в день своей свадьбы, чтобы заметить, как замечательно ладят друг с другом твоя мать и мистер Гловер. Эмма, конечно, не могла знать об этом, но… вероятно, так должно быть.

– Моя мать. – Теперь, когда Глед вспомнила свой разговор с Патом на свадьбе, ей стало все понятно. Она забыла об этом за те несколько недель, что прошли со времени их возвращения с Гавайев. За это время он дважды звонил Гледис, но ни разу не упомянул Бэт, да и ее мать о нем не говорила.

– Что ты думаешь?

– Моя мать и мистер Гловер? – Глед почувствовала, что, наверное, будет справедливо, если это произойдет.