Тина Олмос - Земные радости

– Что ты думаешь?

– Моя мать и мистер Гловер? – Глед почувствовала, что, наверное, будет справедливо, если это произойдет.

– Просто невероятно, – Энни сияла. – Разве не замечательно? – До недавнего времени – точнее, до прибытия подвенечного платья – Гледис не замечала, что подруга так склонна к романтике.

– Но мама не сказала ни слова.

– А ты ждала, что она пустится в откровения?

Глед пожала плечами. Энн, конечно, права, и по многим причинам. К новой любви и замужеству Бэт подойдет с большой осторожностью.

– Вот будет замечательно, если все кончится тем, что и твоя мать наденет это платье!

Гледис кивнула и, прижав кончики пальцев к вискам, прикрыла глаза.

– Теперь ко мне является видение…

Энни засмеялась.

– Думаю, нам нужно позвонить моей маме, – продолжала Глед, – и сказать, что мы обе ясно видели, как она стоит в этом платье рядом с почтенного вида джентльменом.

Энни лукаво захихикала.

– Да, здорово. Просто здорово. – Она с удовлетворением вздохнула. – Знаешь, платье определенно имеет отношение к твоей матери. Скоро нам нужно будет что-то с этим делать.

Гледис притворилась, что выступившие у нее слезы были слезами радости, и смахнула их тыльной стороной ладони.

Но радость вдруг ушла из глаз подруги.

– Ты сама скажешь, что случилось, или мне нужно все из тебя вытягивать?

– Я… у меня все в порядке.

– Нет, не в порядке. Не лги. Не забывай, что я тебя знаю. Сколько лет ты моя лучшая подруга. Ты и носа не показала бы, если ничего не случилось.

– Думаю, я допустила большую ошибку, надев «волшебное» платье, – призналась Гледис.

– Подвенечное платье?

– Мне не нужно было этого делать.

– Боже, что же произошло! – воскликнула Энни, озабоченно нахмурившись. – Это звучит нелепо.

– Оно затмило мой разум. Я всегда была романтически настроена, помнишь? Всегда верила в большую любовь. Когда Эмма прислала тебе платье, я подумала, что после изобретения мороженого это самое замечательное событие.

– Неправда! Помнишь, как ты меня убеждала…

– Я помню, что говорила, – перебила ее Гледис. – Но в глубине души с нетерпением ожидала, что же произойдет. Когда вы с Майклом решили пожениться, я была в восторге. Потом, когда на Гавайи ты прислала мне подвенечное платье, я вроде как забавлялась этой фантазией – до тех пор, пока не встретила Кристофера. Мне хотелось выйти замуж. Я мечтала, чтобы у меня было несколько детей.

– Дорогая, – сказала Энни с озадаченным видом, – что-то я тебя не понимаю.

– Думаю, я, может быть, немного… ревновала, что ты вышла замуж раньше меня. Мне это казалось почему-то несправедливым. – Она горько заплакала, размазывая кулачком слезы по щекам.

– Успокойся, милая. Теперь и ты замужем, и твой муж безумно любит свою Глед.

– Да, любил – одну неделю, но теперь все прошло.

– Он тебя любит!

– Наверное, думаю, по-своему любит. – У Глед не было желания продолжать спор. – Но недостаточно сильно.

– Недостаточно сильно?

– Мне так кажется. Слишком трудно все объяснить, – печально сказала Гледис, проглатывая слезы, застрявшие в горле. – Я заехала, чтобы сказать тебе о своем решении. – Как ни старалась, несчастная женщина не смогла удержаться от рыданий. – Я решила уйти от Кристофера Деппа.

Глава 10

Энни похолодела от ужаса, недоверчиво сощурила глаза.

– Не может быть!

Решение уйти от Кристофера далось Глед нелегко. Она мучилась над ним много дней. Не в силах ответить, она откинула назад волосы не перестающими дрожать руками. В горле стоял комок.

– У нас просто ничего не выходит. Мне нужно какое-то время побыть от него вдалеке, чтобы разобраться в своих чувствах. Я не хочу уходить от него, но если останусь с ним еще, то, боюсь, со мной что-нибудь случится.

Энн никогда не стеснялась в выражении своих чувств. В глазах у нее синим огнем полыхнул гнев.

– Ты даже не даешь вашему браку никакого шанса? Ведь не прошло и двух месяцев.

– Все очень сложно. Мой муж женат не на мне, а на своей работе. Дорогая Энн, ты моя лучшая подруга, но есть вещи, которых не знаешь. Я не могу объяснить того, что происходит между мной и Кристофером. Что-то, имеющее отношение к моему детству, к тому, как меня воспитывали.

– Ты любишь его.

Гледис закрыла глаза и кивнула. Она действительно любит мужа, любит так сильно, что ее сердце разрывается; так сильно, что не знает, как будет жить, если они расстанутся навсегда. В таком случае она вряд ли в будущем полюбит кого-нибудь еще.

– Не ожидала, что ты поймешь, – продолжала Гледис, давясь каждым словом. – Я хотела, чтобы ты знала… Потому что какое-то время я хочу пожить у матери. Пока не разберусь в своих чувствах и не приму решения.

– Ты ему еще не говорила? – спросила Энни с неподдельным участием.

– Нет. – Гледис до сих пор откладывала этот разговор, не подготовившись к нему. Это не было игрой или психологическим давлением на Криса, чтобы заставить его посвящать больше времени ей и их браку. Если она порвет с ним, то хочет, чтобы все было ясно до самого конца. Абсолютно ясно. И без всяких угроз.

– Ты вообще собираешься сказать ему?

– Конечно. – Забрать свои вещи и уйти, пока Кристофер в офисе – такое малодушие не по ней. Кроме того, он может сразу и не заметить ее отсутствия из-за своего увлечения работой.

Не нравилась ей и перспектива столкнуться с ним лицом к лицу. Она хорошо знает мужа и представляет его реакцию – он будет в ярости, возможно, так, как никогда раньше. Гледис была готова к этому. Но в конце концов он даст ей уйти, как если бы она ничего для него не значила. Гордость заставит его сделать это.

– Когда ты собираешься сказать ему? – тихо спросила Энни, видимо, только сейчас поняв муки подруги. Сила их дружбы проявилась в том, что Энн не засыпала ее вопросами, а приняла ее довольно-таки невнятное объяснение.

– Сегодня вечером. – Гледис еще не собрала свои вещи, но намеревалась сделать это, как только вернется домой.

Домой.

Это слово эхом отозвалось в ней. Хотя апартаменты мужа ясно носили отпечаток его личности, она действительно чувствовала себя там как дома. Она прожила там совсем недолго, но за те длинные и одинокие недели, которые протекли со времени их свадьбы, Глед очень близко познакомилась с каждой комнатой. Ей будет не хватать того умиротворения, которое она испытывала, созерцая панораму города и реки из окон квартиры. А миссис Бэнд стала близким другом, почти что матерью, которая волновалась за нее и беспокоилась, почему так много работает Кристофер. Гледис будет о ней тоже скучать. Хотя она и не заикалась о своем уходе поварихе, догадывалась, что это не будет для миссис Бэнд большим сюрпризом.