Холли Престон - Любовная интрижка

— Не знаю. — Голос дочери был отрывистый и раздраженный, — но так она себя и ведет, уверяю вас. Ты же знаешь, мамочка, какими бывают эти люди… — Перл вдруг поняла, что Глория прекрасно осведомлена о том, что она идет следом. — Дашь им поблажку, и они сядут на голову. Только позавчера Патрик жаловался на нее…

Когда семейство скрылось под аркой средневековой церкви, Перл застыла на дорожке с колотящимся сердцем, шокированная произнесенным в ее адрес. Как люди могут быть такими? Такими недоброжелательными и злобными?

Девушка посмотрела на свой плащ, купленный несколько месяцев назад. Конечно, он не был эксклюзивом с трехзначной ценой на бирке, но тоже кое-что из себя представлял.

Перл закрыла глаза и постаралась успокоиться. Она и на секунду не поверит, что Патрик обсуждал ее с Глорией, как бы ревнивая красавица ни старалась внушить эту мысль. Нет, не стал бы. Или?.. Девушка больно прикусила губу, затем собрала все свое мужество и двинулась к церкви.

Перл села между пожилой парой, источавшей запах лаванды, и деловой женщиной с твердым взглядом. Девушка знала, что эта женщина была юристом и подругой Фелиции. Рассматривая церковь, Перл решила, что дождется прибытия новобрачных, а потом потихоньку выскользнет из храма, благо, сидела она в задних рядах. И ничего я не сбегу, ответила девушка тоненькому голоску, прозвучавшему на задворках сознания, у меня еще тысяча дел, вот и все.

Когда орган прервал приглушенные разговоры, Перл глубоко вздохнула, остановив взгляд на Патрике, который вел сестру к аналою.

Глядя на его высокую стройную фигуру, на сестру, казавшуюся рядом с ним прекрасной райской птицей, Перл еле сдерживала слезы, готовые брызнуть из глаз. Интересно, женится ли когда-нибудь он сам? Она продолжала наблюдать, как брат с сестрой идут по украшенной цветами церкви. И какая будет невеста? Пшеничная блондинка? Жгучая брюнетка? Интересно, узнает ли будущая миссис Вебер, что супруг не любит ее, считает себя неспособным полюбить. Или ей удастся проникнуть за внешнюю оболочку и разбудить живого человека внутри него?

Священник начал говорить, и Перл достала платочек, чтобы утереть неудержимые слезы. Ничего, на свадьбе все плачут.

Служба продолжалась, и девушка отыскала взглядом Патрика. Рядом с его темной головой виднелась светлая головка в лиловой шляпке. На следующей скамье сидели родители Глории. Прекрасная семейная картинка. И намерения тоже вполне очевидны.

Перл отчетливо видела, как Глория стала шептать что-то Патрику на ухо, и, когда он наклонил голову, она быстро поцеловала гладкую смуглую щеку.

Ну а чего еще можно было ожидать? Перл закрыла глаза, желая оказаться где-нибудь в другом месте. Глория оставила своих родителей и села к Патрику, не только следуя расписанию мест в церкви. В этом был особый смысл. Когда хор начал первый гимн, Перл молча выскользнула наружу. Ее душа была такой же холодной, как весенний воздух на улице.

Наконец все было готово к приему гостей и новобрачных. Близнецы уединились на несколько минут в квартиру, чтобы выпить по чашке кофе. Отпивая мелкими глотками горячий ароматный напиток, девушка почувствовала на себе озабоченный взгляд брата.

— Ну ладно, — сдержанно сказал он через несколько минут, прошедших в полном молчании, — давай разбираться. Что случилось?

— Случилось? — переспросила сестра с показной улыбкой. — Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Опять он, да? — продолжал мрачно настаивать Лео. — Я так и знал. Он что-нибудь выкинул, или как?

— Лео, я не думаю, что мы должны…

— Ты за пять минут не произнесла ни слова, что является личным рекордом, — заметил он. — Я твой брат, и я люблю тебя. По крайней мере, ты можешь хотя бы дать мне какой-то ключ ко всему происходящему?

Перл хотела опровергнуть его предположения, но вместо этого выложила всю историю начистоту, поверяя брату секреты, как в детстве.

— Вот и все, — заключила она свой монолог. — Ничего, собственно, и не было.

Лео так виртуозно выругался, что Перл даже вздрогнула.

— Надо было мне рассказать все с самого начала!

— Я бы тоже этого хотела. — Впервые с момента, когда Перл увидела Патрика с Глорией в церкви, начал таять лед, сковавший ее сердце, — девушка высказалась и почувствовала облегчение.

С самого начала Патрик считал, что будет диктовать условия, с яростью думала Перл. Он с клинической точностью определял детали, когда она даже и не начинала еще проявлять свою заинтересованность. Чисто мужской эгоизм! И самомнение. А в конце игры он получил бы Глорию, терпеливо ожидавшую, когда Вебер устанет. Нет, достаточно.

Перл повернулась к Лео, который наблюдал с озабоченностью и интересом за сменой эмоций на выразительном лице сестры.

— Когда свадьба закончится, мы уберемся отсюда к чертовой матери и не встретимся больше ни с кем!

— Ты сможешь это сделать? — поймал ее за руку Лео. — Отряхнуть прах со своих ног, так сказать?

— Уже отряхнула. — Перл посмотрела на брата долгим взглядом и пошла на кухню. Она выдержит этот день до конца, а осколки разбитого сердца можно будет подобрать и позже. Для этого у нее вся жизнь впереди.

Гости наконец вернулись из церкви, и остаток дня прошел в бешеной деятельности. Фелиция прямиком прибежала на кухню и с сияющим лицом вытащила Перл в коридор.

— Хочу вручить тебе вот это. — Она вложила в руки девушки свадебный букет из белых и кремовых роз. — Я не стала бросать его, хотя Глория и крутилась вокруг, как назойливая муха, так что следующей невестой ей не бывать!

При имени прекрасной блондинки у Перл мгновенно высохли слезы умиления, готовые пролиться от дружеской теплоты невесты.

— Какие розы! — Перл поднесла букет к лицу. — А как пахнут!

— Это ты сделала мне праздник, дорогая! — Глаза Фелиции наполнились счастливыми искрящимися слезами. А Перл, напротив, подумала, что уже никогда в жизни не сможет заплакать.

— Ну, это моя работа. — Она постаралась смягчить слова улыбкой. Да, только и всего. Обычная работа. Внезапно пропасть между миром Веберов и ее собственным показалась девушке бесконечной.

Прием продолжался, и благодаря усилиям четверых официантов, следивших, чтобы ни у кого не пустели бокалы, к ночи веселье разгорелось вовсю. Перл прилежно избегала Патрика. Впрочем, это было нетрудно — Глория прочно повисла на его руке, и если бы Перл не знала, что это не так, то могла бы поклясться, что обворожительная блондинка — хозяйка дома, так мило и непринужденно болтала она с гостями, стоя рядом с хозяином.

Перл поправляла цветы в гостиной, когда почувствовала, что кто-то стучит пальцем по ее плечу. Обернувшись, она уперлась в хрустальные глаза в нескольких дюймах от себя.