Натали Де Рамон - Пропуск в райский сад

— Там он был! На верхотуре! На лесах! Прямо, считай, под крышей! И ведь углядел меня. Ты представляешь? — Бродяга доверительно взял Лежье под локоть и повел к дому. — С такой выси углядел! А почему? Потому как процесс истины…

— Ну конечно! Процесс истины! И Дени в это время был на верхотуре один, когда вы беседовали?

Мы все, затаив дыхание, почти на цыпочках шли за ними.

— Один. Один беседовал. С глазу на глаз. Только, знаешь, кто-то нас подслушивал, потому как ржал сильно.

— Ржал?

— Ну не то чтобы как конь ржет, а эдак по-оперному, с раскатом, но громко! Глупый человек, недалекий, не дано таким проникнуться мудростью мироздания!

— Конечно-конечно. Не дано проникнуться. Выходит, вы второго человека не видели, а только слышали?

— Нет, не слышал я человека! Я хохот слышал, а потом грохот! Та-а-акой грохот, я тебе скажу… Может, это вовсе и не человек был, а? И смех нечеловеческий, и грохот?..

Бродяга снизу вверх заглянул в лицо адвоката, но тот лишь пожал плечами.

— А я вот точно думаю: не человек! Нет, не человек.

— Вы испугались нечеловека и спрятались в погребе, потому что двери погреба были открыты?

— А ты бы не испугался? Сначала хохочет, как Мефистофель, а потом грохот и дикий крик?

— Ну, уж тут всякий испугается. Только должен вам признаться, что это был все-таки человек, и теперь он при смерти. И многие считают…

— Человек? При смерти?

— Увы, увы. И многие считают, что именно мсье Дени сбросил его с лесов.

— Кто? Он? — Бродяга обернулся и показал пальцем на Марка. — Нет! Он один был и никого не сбрасывал. Там и человека-то никакого не было! Хохот один и грохот!

— А вы бы могли, мсье Филен, проехать вместе со мной и сделать официальное заявление, что мсье Дени не покушался ни на чью жизнь?

— А почему я?

— Потому что вы — единственный свидетель.

— Я — единственный?

— Боюсь, именно так. И только вы один можете доказать, что мсье Дени не виноват ни в чем. Иначе ему грозит…

— Гильотина?!

Лежье кашлянул.

— Ну, что-то в этом роде, а они с женой ждут ребенка.

Бродяга оглядел всех, почесал в затылке.

— Я бы сейчас чего-нибудь выпил, потому как жидкость — суть вселенское вещество…

Глава 27,

в которой все испытывают облегчение

Лежье, Бетрав и бродяга, еще немного — скорее для красного словца — поторговавшись насчет гражданских прав, поехали в участок, причем очень радовало, что и Полет тоже отбыла с ними, прихватив вина — для поддержания круговорота жидкостей в организме единственного свидетеля. Тот вел себя важно и покровительственно, очень серьезно осознавая свою необыкновенную миссию, но даже дипломату Лежье пока еще не удалось разобраться, кого же все-таки зовут Жерар Филен. А в моей голове все настойчивее ходили соображения насчет этого имени, но тоже никак не складывались во что-либо конкретное.

Мы проводили их до ворот Бон-Авиро, где Бетрав всегда оставлял свою машину, помахали им вслед и вчетвером неторопливо направились обратно.

— Не перестаю восхищаться, — заговорил старший Дени, восторженно разводя руки, — какая же здесь красотища!

— Самое красивое место на свете, — сказал Марк.

— Особенно сейчас, осенью, — поддержала Кларисс, — когда много разных красок. Смотрю и никогда не могу насмотреться.

— Слушай, Марк, — сказал отец. — Может быть, отпустишь сегодня пораньше строителей, чтобы не стучали? Очень хочется в тишине посидеть после такой нервотрепки.

Марк улыбнулся.

— Пап, давай просто быстренько перекусим, и надо съездить навестить Бруно. Отвезти ему белье, туалетные принадлежности. И, наверное, договориться насчет сиделки, неизвестно же, сколько он еще пробудет в таком состоянии.

— Родственникам сообщили? — спросила Кларисс.

— Ох, как же мы не подумали об этом? — сказал Марк и посмотрел на меня.

— А у него нет никого, — сказала я. — С бывшими женами и детьми он принципиально не поддерживает отношений, говорит, хватит с них алиментов. Может быть, есть какие-нибудь дальние родственники, но я не помню, чтобы он с ними общался.

— Разве они не приезжали на свадьбу?

— Нет. Мы ведь поженились во Французской Гвиане. Кто туда поедет? Была только моя съемочная группа да его тамошние коллеги по работе. Слушайте, а имя Жерар Филен вам никому ни о чем не говорит? Мне оно почему-то кажется очень знакомым.

Кларисс и старший Дени пожали плечами.

— Может быть, Лола упоминала? — предположил Марк. — Наверное, это же какой-нибудь их газетный сотрудник.

— Не думаю. Тогда бы Бетравы его точно знали. Они ведь знают всех в городе.

Вдруг сзади засигналили машины. Мы обернулись.

К воротам имения подъезжало сразу три автомобиля. «Пежо», «мазда» и «рено». Они остановились, словно по команде открыли дверцы, наружу выскочили три женщины и замахали нам руками.

Пришлось возвращаться.

— Готова поспорить, — прошептала я, — это пресса.

— И спорить нечего, — сказал Марк. — «Мазда» оранжевый металлик у нас одна на всю округу. У жены хозяина местной газеты.

— Как ее зовут?

— Как и его — Дюшаг. Мадам Дюшаг.

Я хотела спросить, как ее имя, но уже не потребовалось: мы подошли достаточно близко, чтобы видеть лица.

— Софи Дюшаг? Да? Я ее знаю. Но как Софи Вержиль. Мы работали вместе. Софи Вержиль, Фифи… Это же многое объясняет!

— Что именно? — насторожилась Кларисс.

— Жерар Филен — это она! Это ее статья.

— А бродяга? — спросил отец. — Какое он имеет отношение?

— Пока точно не поняла. Сейчас разберемся.

— Ты будешь давать интервью?

— Посмотрим.

Мы вышли за ворота. Журналистки уже вооружились диктофонами и камерами. Я шагнула к Софи.

— Привет. Прекрасно выглядишь. Я и не знала, что ты по соседству. Что ж раньше-то не заходила?

— Ты тоже совсем не изменилась. Даже похорошела. Вот… — Она показала на своих товарок. — Хочу тебя познакомить. Агата Шьен из «Новостей Альбуа», где ты сама когда-то начинала…

— А ты была моей старшей мудрой наставницей.

— …и Розиль Ориньяк из «Огней Тулузы».

— Простите! — взвизгнула Розиль. — Мое издание называется «Тулуза в огнях»! Самый продвинутый веб-ресурс тендерного направления. Мои пользовательницы всегда…

— Конечно! Конечно! — Я вспомнила о приемчиках мэтра Лежье. — Безусловно, самый продвинутый и очень популярный ресурс. И вы конечно же торопитесь познакомить своих пользовательниц с сенсацией? — Глазки Розиль жадно разгорались. — И вы наверняка видели по дороге, как отсюда уехала машина жандармерии Куассона? Так вот эксклюзив, специально для вас. В этой машине вместе с шефом местной жандармерии и собственным адвокатом отсюда только что уехал человек по имени Жерар Филен…