Вивиан Неверсон - Влюбиться легко

Однако в любой бочке меда есть ложка дегтя. Всякий раз, оказавшись с женой на конюшне, Коннор ощущал на себе неодобрительный взгляд Кэтлин. Разумеется, отношения супругов старуху никоим образом не касались, и все-таки она не переставала наблюдать за ними – неумолимо, осуждающе, – и голубые глаза ее зло сверкали. Порой Коннор с трудом сдерживался, чтобы не выложить мисс Кэти все, что он о ней думает.

Наконец настала пятница. Уже ближе к вечеру Кэтлин, точно прочтя мысли своего подопечного, приказала ему съездить на дальнее пастбище и пригнать домой годовалого жеребчика, который, как сообщили работники, отбился от табуна. Коннор нескоро обнаружил беглеца и еще полчаса потратил, пытаясь его заарканить.

Затем он сверился с часами. Без четырех минут пять. До конюшен путь неблизкий, а к тому времени, как он поставит жеребца в стойло, пойдет седьмой час. Фредерика уже вернется и будет ждать его дома…

Приехав, он первым делом отправится в душ. Может, если повезет, уговорит Фредерику составить ему компанию. Живо вообразив обнаженную девушку под тугими струями воды, Коннор решил включить совместный душ в обязательную программу вечера.

Чем ближе подъезжал он к дому, тем громче стучало его сердце. Каждый нерв вибрировал, точно туго натянутая струна… Но машины Фредерики у входа не было. Коннор отпер дверь. Тишина. Он окликнул жену. Никого.

Где же она?

На кухонном столе лежала записка. Пробежав ее глазами, Коннор на мгновение зажмурился, чувствуя, как в груди вскипает ярость.

Фредерика уехала к Бидди, печь пирожки для благотворительной распродажи клуба «Эрин», будь он неладен! И вернется нескоро.

Он глазам своим не верил. Они собирались впервые заняться любовью, а она – печет пирожки!

Коннор в сердцах смял записку. Нет уж. Ни за что. Она вернется домой. Немедленно! Прямо сейчас!

Фредерика как раз поставила в духовку очередной противень, когда зазвонил телефон. Бидди сняла трубку – и глаза ее удивленно расширились.

– Минуточку, Кон. Я ее позову.

Едва прозвучало имя Кон, как Дейдре с Эрикой, устроившиеся за кухонным столом, словно по команде умолкли и вскинули головы. Бидди опасливо передала трубку подруге.

– Какой-то он злой сегодня, – шепнула она. – Ты смотри будь с ним поосторожнее.

– Привет! – как ни в чем не бывало сказала мужу Фредерика.

– Что это ты затеяла? – прорычат Коннор в ответ.

– А ты, никак, мою записку получил, – улыбнулась она.

– Получил. Плюнь на дурацкие пирожки. Немедленно поезжай домой!

– Прости, Кон, никак не могу. Оказалось, нам потребуется куда больше пирожков, чем мы думали, так что положение безвыходное. Я вернусь, когда мы закончим.

– Нет. Ты вернешься прямо сейчас!

Голос его звучал так требовательно, что сердце девушки затрепетало в груди. Разумеется, Фредерика ничего не планировала нарочно, и помимо ее воли ситуация перерастала во что-то интересное.

– Фредди, ты меня слышишь? – угрожающе произнес Коннор. – Не-мед-лен-но домой!

– Ну надо же, – произнесла она, отходя от подруг, настолько позволял провод, и понижая голос. – И кто это тут раскомандовался?

Слышно было, как Коннор глубоко, с перерывами вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Тон его словно по волшебству изменился.

– Что ты, детка. Я не пытаюсь командовать, честное слово. Но ведь у нас на вечер были планы… ты разве забыла?

– Конечно нет. Просто все немного откладывается.

– Так насколько ты задержишься?

– Не знаю. Часа на три. Может, на четыре.

– Четыре часа?!

– Ну, видишь ли, сорок дюжин пирожков за пять минут не испечешь.

– Сорок дюжин?!

– Ты не нервничай так, – посоветовала Фредерика, прижимая трубку к уху и чувствуя, как в груди все замирает от сладкого предвкушения. – Ты пока поужинай, посмотри телевизор. Оглянуться не успеешь, как я уже вернусь.

И, не выслушав ответа, она повесила трубку, и тайне жалея, что не может помчаться домой и броситься ему в объятия. Но ведь она обещала помочь с пирожками. Кроме того, при мысли о том, как Коннор нетерпеливо расхаживает по комнате, то и дело сверяясь с часами, по телу ее разливалось приятное тепло.

Фредерика вернулась к кухонному столу и уселась рядом с Бидди.

– Все в порядке? – озабоченно осведомилась толстушка. – Кон, похоже, всерьез разозлился.

– О, еще до конца ночи у него будет повод стать довольным и счастливым. Верь мне.

Женщины переглянулись, а затем все глаза обратились на Фредерику.

– Он просто немного раздосадован, что меня до сих пор нет дома, – добавила она. – На сегодняшний вечер у нас запланировано… э-э-э… нечто особенное.

Женщины дружно подняли брови.

– Мы просто хотели побыть вдвоем, – объяснила девушка, улыбаясь краем губ. – Сами понимаете.

– Вот именно! – Дейдре картинно развела руками. – Вы как хотите, а я все-таки спрошу. – Она повернулась к Фредерике и очень серьезно сказала: – Фредди, ты просто обязана нам все рассказать. Не пойми меня превратно, ты очень хорошенькая и милая, но я и предположить не могла, что Коннор О'Салливан вообще женится на ком-нибудь. Он не из той породы, сама понимаешь… И вдруг ни с того ни с сего он обзаводится женой и живет на ферме, как самый что ни на есть примерный семьянин. – Дейдре придвинулась и заговорщицки понизила голос: – Так открой свой секрет, ну пожалуйста!

Эрика и Бидди наклонились ближе, чтобы не упустить ни слова. В кухне воцарилась гробовая тишина. Фредерика ушам своим не верила. Эрика и Дейдре учились с ней в одной школе, только двумя классами старше. Обе пользовались бешеным успехом, у обеих от поклонников отбоя не было. Такие никогда не обратились бы за советом насчет мальчиков к ней, Фредерике Линдси. А сейчас просят – буквально умоляют – просветить их, как строить личную жизнь.

– Ну-у, – протянула Фредерика, балансируя на еле заметной грани между правдой и вымыслом. – Наверное, секрет состоит в том, чтобы дать мужчине именно то, что ему нужно.

А ведь она ни словом не солгала! Коннору требовалась жена на шесть месяцев, и Фредерика выполнила его пожелание.

– Так расскажи, расскажи! – не сдавалась любопытная Дейдре. – Что именно нужно такому мужчине, как Коннор О'Салливан?

– Дейдре! – предостерегающе воскликнула Бидди. – Твое ли это дело?

– Отстань, Бидди! Это же девичник! Я вот уже два года пытаюсь заставить Фреда сказать мне заветные слова. И безуспешно. А Фредди женила на себе Кона за два дня. Может, она мне что-нибудь присоветует.

– И все равно тебя это не касается, – упрекнула подругу Бидди. – Так что оставь свои расспросы при себе. – Толстушка выждала минуту-другую, а затем словно невзначай промолвила: – Разве что Фредди сама захочет рассказать.