Вивиан Неверсон - Влюбиться легко

– И все равно тебя это не касается, – упрекнула подругу Бидди. – Так что оставь свои расспросы при себе. – Толстушка выждала минуту-другую, а затем словно невзначай промолвила: – Разве что Фредди сама захочет рассказать.

По умоляющему взгляду Бидди девушка поняла, что ее скоропалительный брак даже миссис Киттеридж не дает покоя. Только та слишком хорошо воспитана, чтобы приставать к подруге с неделикатными расспросами.

– Кто знает, что сводит вместе двоих людей? – улыбнулась Фредерика. – Все вместе и ничего в отдельности… сама судьба, не иначе.

– У Кона оказалось достаточно здравого смысла, чтобы с первого взгляда распознать истинное сокровище, – подвела итог Бидди. – Тема закрыта. А теперь не вернуться ли нам к пирожкам? А то мы всю ночь здесь просидим.

Все принялись раскатывать тесто, лепить пирожки и выкладывать их на свободный противень. Огонек таймера подмигнул и погас, давая понять, что еще одна партия готова. Фредерика как раз перекладывала готовые пирожки на блюдо, когда в дверь постучали – громко, настойчиво, властно.

Женщины притихли и вопросительно переглянулись.

– И кого это черт принес? – удивилась Бидди, подходя к двери. Она посмотрела в глазок и, стремительно повернувшись, объявила трагическим шепотом: – Фредди, это Кон!

Сердце девушки неистово забилось в груди. А Коннор снова забарабанил в дверь, на сей раз еще громче, еще требовательнее.

– Да он просто вне себя, – зашептала Бидди. – Ты уверена, что его стоит впускать?

– Если не впустить, он разозлится еще больше, – вздохнула Фредерика.

Бидди открыла дверь и впустила нежданного гостя в дом.

– Где Фредди? – мрачно осведомился Коннор с порога.

Он окинул взглядом кухню, тут же нашел жену. И Фредерика поняла, что не удивится, если Кон стремительно бросится к ней, колотя себя в грудь, точно какой-нибудь неандерталец, перебросит через плечо и, невзирая на ее визг и крики, потащит к себе в пещеру.

Но Коннор неспешно пересек кухню и остановился перед Фредерикой.

Она невинно улыбнулась и прошептала:

– Пирожки предназначены для доброго дела.

– Я тебе это еще припомню, – шепнул Коннор в ответ.

– Обещаешь?

– Уж не сомневайся, детка.

О, как упивалась Фредерика звуками его голоса – грудного, дразнящего. А сколько в нем было нетерпения! Между тем Коннор сократил разделяющее их расстояние еще на шаг.

– Так ты хочешь сказать, что с места не стронешься, пока не испечешь эти ваши пирожки?

– Боюсь, что так.

– Ну что ж… – Коннор глубоко вздохнул. – Тогда мне остается только одно…

Он развернулся к активисткам клуба «Эрин» и оглядел их с ног до головы – так сержант морской пехоты производит смотр доверенных ему солдат, прежде чем крикнуть: «В атаку!»

– Ну ладно, дамы. Говорят, вам сорок дюжин пирожков требуется. Так приступим, чего время терять!

Женщины так и попадали бы в обморок, да только Коннор уже вовсю отдавал команды. Не прошло и нескольких минут, как Бидди уже вытащила все тазы и миски, что только нашлись в доме, а подруги ее выстроились у стола и послушно отмеривали каждая и свою посудину нужное количество ингредиентов. Затем, опять-таки по команде, все принялись взбивать и размешивать как одержимые. А Коннор все подгонял и подгонял и наконец сам принялся ловко мешать тесто здоровенной ложкой, подавая пример «подчиненным».

– Ну что, убедились, что так оно эффективнее? – осведомился он, улыбаясь и стряхивая с ладоней муку.

Женщины молча кивнули, слишком потрясенные, чтобы произнести что-то осмысленное.

– У вас же вторая плита есть, – обратился Коннор к хозяйке дома. – Почему бы вам и ее не включить?

– Она не работает. Да нам с Фергусом и одной за глаза хватает, так что руки все не доходят починить.

Коннор открыл дверцу духовки и заглянул внутрь.

– Да у вас же просто-напросто горелка засорилась, – объявил он минуту спустя. – Сейчас все заработает.

Он поковырялся в недрах духовки, одолжил у Бидди спички – и очень скоро пирожки пеклись уже на четырех противнях вместо двух.

– Да что на него нашло? – шепнула Бидди подруге. – Коннор О'Салливан явно не из тех, кто любит в кухне возиться!

– Он просто помочь хочет. Только и всего.

– Как же! Скажи еще, что Фергус обожает салфеточки вышивать и ногти мне красить. Что между вами происходит?

Фредерика загадочно улыбнулась в ответ.

– Я этого так не оставлю, – пригрозила Бидди. – Рано или поздно я все из тебя выпытаю, так и знай!

Как только Бидди отвернулась, девушка, поймав на себе взгляд мужа, обмакнула палец в тесто и медленно облизала со всех сторон. Однажды в фильме она видела нечто подобное, и тогда парень героини совсем потерял голову. Оказалось, что метод и впрямь действенный. Коннор неотрывно следил за каждым движением розового язычка, а затем, стремительно повернувшись, спросил Дейдре, отчего она кладет на противни по двенадцать пирожков, когда слепому видно, что на каждый с легкостью поместится по пятнадцать.

Позже, выходя из ванной, Фредерика почувствовала, как на плечо ее легла тяжелая рука. Коннор притиснул девушку к стенке полутемной прихожей, погладил по бедрам, обнял ладонями ее лицо. А затем поцеловал – впервые за прошедший месяц, и пирожки вдруг разом утратили всю свою значимость.

– А как же золотое правило «не-тронь-меня»? – лукаво осведомилась Фредерика, думая, как это чудесно – вновь оказаться в его объятиях.

– Я просто даю тебе отведать самую малость того, чем ты вовсю наслаждалась бы сейчас, если бы правильно распределяла очередность.

– Но ведь до утра еще так далеко…

– От души надеюсь, что прошлой ночью ты хорошо выспалась, потому что сегодня тебе не суждено глаз сомкнуть…

И Коннор привлек жену к себе, нашептывая ей на ухо всякую дразнящую чепуху. Из кухонной двери осторожно выглянули три любопытные физиономии. Но, поймав на себе негодующий взгляд Фредерики, подруги тут же исчезли, хихикая, точно школьницы.

– Поверить не могу, что ты способен так себя вести! – шепотом отчитала мужа Фредерика.

– Ха-ха, если мы в ближайшее время с пирожками не разделаемся, ты еще не то увидишь! – пригрозил Коннор.

Фредерика восприняла угрозу всерьез – настолько всерьез, что, возвратившись в кухню, каким-то непостижимым образом умудрилась разместить на противне двадцать пирожков вместо пятнадцати.

Коннор взялся мешать новую порцию теста. Воспользовавшись тем, что помощник глядел в другую сторону, Дейдре лукаво шепнула Фредерике:

– При такой сногсшибательной внешности он еще и пироги печет!

– Он просто хочет помочь, – сдержанно повторила она.