Без права на ошибку. Спасти свою дочь - Кэти Свит

и если удастся, то тогда они все заявления забирают назад.

Дима не уступает. Он держится строго. Я вижу его силу, ощущаю поддержку и понимаю, что не одна.

Отмираю.

– По закону нашей страны, матерью ребенка считается родившая его женщина, а не тот человек, кому принадлежит помещенный в нее биоматериал, – Дима не прогибается под давление адвоката Волковых. – Поэтому все ваши угрозы бессмысленны. Никто девочку вам не отдаст!

– Ну, это мы еще посмотрим, – доносится с той стороны линии. – На чьей стороне будет правда увидим в суде.

– Значит, до встречи в суде, – жестко отрезает Дима.

Он выглядит настолько суровым, что я побаиваюсь на него смотреть.

В Ланском столько мощи и силы! Одно его слово способно переменить ход всего дела. Во мне же нет ни толики этого всего…

Не представляю как быть дальше, ведь он не станет возиться со мной вечно, а без него я не справлюсь с этим всем.

Глава 34. Дима

– Дим, ну тут явно подстава, – без тени сомнения заявляет Савельев. Я полностью с ним согласен, но мне бы все же хотелось разобраться в чем именно.

В идеале нужно найти выход на клинику и изучить реальную историю Насти, но я понятия не имею как это сделать. Таких выходов у меня нет.

Марк берет папку с документами, пролистывает. Затем открывает ноутбук, что-то там ищет, пишет кому-то.

Я терпеливо жду.

Как бы мне ни хотелось поторопить друга, этого делать не собираюсь. Нам нужно решить проблему, а не пробежаться поверхностно по ней. И поэтому, как бы сильно я не переживал за своих девочек, мне нужно остаться. В отделение вернусь после того, как с Марком все обговорим.

Настя и Вика под присмотром Хмельницкого. Майоров и Высоцкий тоже в отделении, а Игнатов заверил, что, даже если и заявится полиция, то ни Настю, ни тем более Вику, он не отдаст.

Саня вообще заявил, что в случае чего найдет повод как перевести Вику к себе в отделение, из реанимации малышку явно никто не выпишет. Карпов обещал ему в этом вопросе посодействовать.

Главное, чтобы Волков не зашел с главврача, ведь против Сухаревы выстоять будет не просто. Но даже в этом случае парни обещали прикрыть.

– Ты справки о заказчиках наводил? – вдруг спрашивает Марк, отрываясь от документов.

По его виду прекрасно видно настроение друга, и оно не самое радужное. Понимаю, что правильно сделал, решив обратиться к нему.

Если Волков подаст на Настю заявление в суд, то ей обеспечена нервотрепка, а еще ублюдок сможет забрать Вику, то это будет полный крах. Прокуратуры на данный момент я не боюсь, ведь с документами у Яковлевой все в порядке.

Хотя… Понятия не имею на что способен его адвокат.

– Нет, – отвечаю с легкой ухмылкой. – Когда?

Мне б поспать хоть немного… Очередная бессонная ночь вымотала в хлам.

Марк смотрит на меня, переводит взгляд на папку с бумагами и снова возвращает внимание мне.

– Дело твоей Яковлевой потребует много времени и сил, друг, – Савельев говорит прямо и ничего не скрывает.

– Знаю, – киваю. – Я заплачу, ты только цену обозначь.

С Насти ни копейки не возьму, она и так моего сына вон сколько по времени растила. Одна. Пусть моя помощь будет как искупление вины перед ней, она не должна была проходить через все трудности с одиночку.

– Брось, – отмахивается. – Еще я с тебя денег не брал.

– Но все же, – не спешу сдаваться.

Я прекрасно знаю, что услуги Савельева стоят не дешево и не питаю иллюзий по поводу стоимости. Уверен, Станислав нанял лучшего адвоката и обратись я к кому другому, может возникнуть конфликт интересов.

– Дим, буду честен, – кладет руки на стол. – С Волковым нужно быть максимально осторожным.

– Это я уже понял, – произношу, ухмыляясь. – Скажи, ты за дело возьмешься?

– Слушай, у меня с девчонками отпуск запланирован, и я его никак не могу перенести, – произносит сочувственно. – Поэтому, – приподнимается, пожимает руку подошедшему к нам мужчине. – Ты никак вовремя, друг, – говорит, обращаясь к нему.

Марк выглядит расслабленным и спокойным. Я понимаю, что он точно знает, что делает и поэтому не дергаюсь. Савельев – прекрасный адвокат.

– Слава Бессонов, Дима Ланской, – представляет нас друг другу. Пожимаем руки, присаживаемся обратно за стол.

– Марк, ты сказал у тебя срочный вопрос, – без лишних слов Бессонов сразу переходит к делу.

– Да, – кивает, подтверждая. – Не против? – интересуется у меня.

– Нет, – произношу твердо. Я доверяю Савельеву. – Не против.

Марк передает Славе папку с документами, тот берет их и косится на меня.

– Что это? – спрашивает напряженно.

– Посмотри, – ухмыляется Марк. – Тебе понравится.

Бессонов открывает папку, погружается в чтение. За нашим столиком воцаряется полнейшая тишина.

Пока выдалась свободная минута, Савельев принимается за обед. Он ест с таким удовольствием, что я невольно берусь за ложку и начинаю есть густой наваристый суп. Вкусно.

– Савельев, ты прикалываешься? – Бессонов кладет папку на стол.

По его виду сразу понятно, он в шоке.

– По мне видно, что я шучу? – с усмешкой парирует друг.

Обмениваются взглядами. Я молчу. Не вижу смысла влезать туда, в чем я не смыслю.

Когда рядом с тобой есть настоящие профи, то уж лучше довериться им.

– Это бомба, а не дело, Марк, – говорит Слава то и дело на меня поглядывая.

– Знаю, – довольно улыбается Савельев. – Берешься? – спрашивает с издевкой. – Или мне другого поискать?

– Конечно, берусь! – произносит с нажимом. – Ты сам-то чего отказываешься? Такие дела бывают не часто, сам знаешь. При желании можно замутить широкий общественный резонанс.

– А вот этого делать не стоит, – влезаю в разговор. Меньше всего я хочу, чтобы Настю дергали по поводу и без.

Ей и без того сейчас не сладко придется, ведь двое непростых детей на руках. Тимофею предстоит пройти полное обследование в кардиологическом центре, Вике необходимо провести еще две сложнейших операции. Мне нужно, чтобы Настя в ресурсе была, а не выжатым лимоном.

– Не стоит, так не стоит, – без лишних споров соглашается со мной. – Как понимаю, ты отец малышки?

– Нет, – отрезаю. – Я тот, кто оперировал ее.

– Так, – Бессонов смотрит на меня, на Савельева. Хмурится. Затем возвращается к документам и снова смотрит на нас. – Нифига не понимаю. Объясняйте.

– Дим, сам все расскажешь или давай я? – Марк явно решил поиздеваться над каждым из нас перед тем, как оставить.

– Я смотрю ты уже поел? – киваю на его пустую тарелку.

– Как видишь, – продолжает в своем духе. – Мешаю? – смеется, прекрасно понимая мой «тонкий» намек.

– Ладно, пофиг, – отмахиваюсь. Он и без