Эва Киншоу - Мелодия любви

— Я так и подумал.

Ее губы слегка дрогнули.

— Это странный способ выхода из тупика.

— Запутанные обстоятельства требуют нетрадиционных решений.

Хелен внезапно вздрогнула, но вряд ли от холода.

— Майкл, если после этой нашей довольно бессмысленной поездки в Хьюстон я скажу «нет»…

— Она не окажется бессмысленной, поверьте мне, Хелен.

Следующим вечером Клаус сидел в ногах кровати Хелен, пока она складывала вещи, и давал ценные советы.

— Как быть со шляпой? — спросил он вдруг. — Нельзя даме ехать на скачки без шляпы, так не принято.

— Кажется, нынешние нравы это позволяют.

— Но я хочу, чтобы моя мама выглядела как можно лучше. — Он серьезно посмотрел на нее.

— Тогда можешь успокоиться, малыш. — Хелен сняла крышку с картонки, и их взорам предстала шикарная шляпа из зеленого фетра с широкими полями и белыми шелковыми лентами вокруг тульи, собранными сзади в большой бант.

— Фью! — Клаус выпучил глаза.

— Это не все, — предупредила Хелен и выудила из гардероба узкое льняное платье, абсолютно в тон шляпе, а затем пару элегантных белых босоножек на высоком каблуке.

Клаус захлопал в ладоши и попросил ее примерить наряд, что Хелен и сделала, с особой осторожностью водрузив на голову шляпу.

— Вот! — Она величественно выплыла на середину комнаты. — Понимаешь, что такой мамой можно гордиться?

Клаус спрыгнул с кровати.

— Ну еще бы! — И осторожно, чтобы не помять платье, обнял ее. — Уверен, что Майкл тоже будет тобой гордиться.

Хелен поморщилась и сняла шляпу.

— Сюда ушли чуть не все деньги, которые я выручила на ярмарке. Ну да ладно!

— Они пошли на доброе дело, — уверил ее Клаус.

Хелен спросила, немного помешкав:

— Что ты имеешь в виду?

— Тебе нужно отдохнуть и развлечься. Обо мне можешь не волноваться, мне будет отлично у Марти. Мы вместе с ним и его папой собираемся закончить будку.

Перед тем, как заснуть, Хелен долго ворочалась в кровати и думала только об одном — сможет ли когда-нибудь отпустить от себя Клауса? Затем перед ее внутренним взором появилось лицо Миранды, и пришел на ум совет, который дала ей танцовщица.

Внезапно Хелен села на кровати. А как у нее самой обстоят дела с самоуважением? Может быть, в отношениях с Майклом ей его как раз и не хватает? Не тут ли кроется суть проблемы?

Она снова легла и подумала скептически, что ситуация, в которой она оказалась, связана именно с этим.

Насколько нарушенная верность памяти Гарри и интерес, проснувшийся к Майклу Чесмену, подорвали ее веру в себя, как в женщину? Ее неудачный опыт говорил сам за себя.

Затем ей пришло в голову, что хотя бы один урок, преподанный Мирандой, стоит усвоить. Если мужчина не оправдал твоих надежд, соберись и шагай дальше. И Хелен заснула, думая о поездке в Техас…

Поскольку сразу из Хьюстона они должны были лететь на вертолете на ипподром, Хелен надела новый наряд заранее, только шляпу несла в руках. Пришлось также захватить плащ, потому что прогноз погоды был не самым благоприятным.

Но день выдался на редкость погожим, ипподром встретил их ярким солнцем и цветущими розами. В воздухе висел оживленный гул, и Хелен с первых минут передалось общее возбуждение. Когда их провели на трибуну, предназначенную для членов клуба, она еще раз порадовалась своему новому наряду и шляпке.

Майкл в синем костюме, белоснежной рубашке и клубном галстуке тоже выглядел очень элегантно. Лубок с его руки сняли, остался забинтованным только палец.

Этим днем Хелен открыла для себя еще кое-что. Раньше Майкл очень скупо рассказывал о себе, и хотя Хелен знала, что его семья была богатой и влиятельной, она все же не представляла, до какой степени. Теперь сомнений не оставалось — множество безусловно состоятельных и важных людей радостно приветствовали Майкла, как равного.

Впрочем, эти впечатления меркли перед возбуждением, вызванным предстоящими скачками, почетным правом пройти во внутренний дворик и полюбоваться на лошадей, запахом и видом роз, которые окружали поле и проход, ведущий к нему.

Хелен выпила предложенный ей бокал шампанского и наскоро перекусила. Наконец было объявлено о начале скачек. Она поставила на понравившуюся лошадь, и они с Майклом вернулись на трибуну. Сначала по полю прошел духовой оркестр, затем вывели лошадей.

— Ох, до чего я волнуюсь! — подпрыгивала Хелен на своем стуле. — Ты на кого поставил? — Она даже не заметила, как перешла в отношениях с Майклом на дружеский тон.

Он иронично посмотрел на нее и тоже перешел «на ты».

— Я еще никогда не видел тебя такой, Хелен. Вон моя лошадь.

— Очень разумно с твоей стороны! — заметила Хелен.

— Ты что-то узнала?

— Нет, просто и я поставила на нее. Королевскую сумму в пять долларов. Мне понравилось ее имя. — И Хелен улыбнулась счастливой улыбкой. — Но Майкл! — воскликнула она, пораженная внезапной мыслью. Эти скачки… не задумал ли ты снова заняться поло?

Он вдруг помрачнел и ответил коротко:

— Нет.

Она вскинула брови.

— У меня на это нет времени, Хелен. Смотри, лошадей подводят к воротам. Наша, кажется, упрямится.

— Ох! — Она схватила бинокль, который Майкл протянул ей, и облегченно перевела дыхание, поскольку их лошадь благополучно прошла в ворота. — Она внутри! — Хелен отдала ему бинокль и стиснула на коленях руки.

Вскоре над барьером зажегся красный свет, знаменующий готовность к старту, ворота распахнулись, и скачки начались.

Спустя примерно три минуты Хелен вскочила и подбросила вверх шляпу — они выиграли! Майкл поймал шляпу и обнял Хелен за плечи.

— Правильно я сделала? — спросила она, сияя.

— Не только правильно, мисс Лансбери. Великолепно!

И он пылко поцеловал ее.

В их отношениях что-то изменилось, в них появилось нечто интимное, они уже были не просто двумя людьми, радующимися скачкам, но двумя людьми, радующимися друг другу.

Посмотрев церемонию награждения, они спустились вниз, и Майкл повел ее прогуляться в толпе. Он держал ее за руку, и они восторгались как дети всяким новшествам и смеялись над чудачествами болельщиков. В ларьке с сувенирами купили жокейские фуражки Клаусу и Мартину Уэсту.

А когда толпа чересчур стиснула их, Майкл обхватил Хелен рукой, а она сняла шляпу и прижалась щекой к его плечу, чувствуя себя в полнейшей безопасности.

К вечеру за ними приехал автомобиль, чтобы отвезти их в гостиницу.

Майкл снял апартаменты с двумя спальнями. Хелен осмотрела комнаты и повернулась к Майклу.

— Спасибо за чудесный день. Я и вообразить не могла, что получу такое удовольствие.