Делла Сванхольм - Сладкий капкан

— Где ты была? — встревожено посмотрел на нее Антуан. — Почему не отвечал твой телефон? Что случилось? Почему никого не предупредила?!

— Антуан, разве ты не помнишь, что сам умчался в Париж, никого не предупредив об этом? — нахмурилась Ингрид. — Впрочем, это, я думаю, уже не важно. Я решила расстаться с тобой, Антуан! — выпалила она.

— Расстаться? Что это означает? — удивленно посмотрел на нее он.

— Я собираюсь выйти замуж за другого, — улыбнулась она.

Лицо Антуана окаменело.

— И когда же ты… приняла такое решение? — с трудом проговорил он.

— Час назад. — Она вздернула подбородок. — Только не пытайся отговаривать меня — я уже все решила!

Антуан с шумом втянул в себя воздух:

— Все это, мягко говоря, довольно неожиданно. Два дня назад ты, похоже, и не помышляла об этом. Или я чего-то не замечал?

— Просто я встретила человека, который… — Ингрид помедлила, но потом безжалостно закончила: — В десять раз лучше тебя.

Антуан положил руки на стол. Его пальцы чуть заметно подрагивали.

— Ну и черт с тобой, — наконец глухо промолвил он. — Делай как хочешь!

Однако после этого отношения Антуана и Ингрид закончились далеко не сразу. Им пришлось еще неоднократно сталкиваться в зале суда. Хотя Ингрид выходила замуж за мультимиллионера, она считала своим долгом основательно пощипать богатого экс-супруга и подала на Антуана развернутый иск в суд, требуя себе существенной доли их общего имущества. Благодаря тому, что у нее теперь имелись огромные деньги от Виллема Рейсдала, Ингрид сумела нанять лучших адвокатов Бордо Робера Дебюсси и Франсуа де Ламетри, которые славились тем, что практически никогда не проигрывали ни одной тяжбы. И они сумели провернуть все дело к ее пользе. Представив в суд целую кучу ловко состряпанных доказательств, они сумели изобразить Ингрид равноправным партнером Антуана, человеком, без которого было бы немыслимо ни само создание, ни функционирование ресторана и гостиницы «Шатле». В результате Ингрид получила почти половину от той суммы, в которую были оценены ресторан и отель. Антуану пришлось взять в банке кредит, чтобы выплатить ей эту долю имущества, поскольку он не хотел расставаться с рестораном и отелем, ставшими смыслом его жизни. И даже после того, как Ингрид была вынуждена отстегнуть кругленькую сумму в качестве гонорара адвокатам, она все равно могла торжествовать победу — бракоразводный процесс сделал ее еще богаче, чем она была раньше. Теперь она стала по-настоящему обеспеченной женщиной. Ей было трудно до конца поверить в свое счастье, и, уезжая из Бордо в Кейптаун, она импульсивно заехала по пути в аэропорт в базилику Святого Северина, самую старую церковь города. Упав на колени перед статуей святого, она долго молилась, вознося хвалу Господу за свою фантастическую удачу. Но, поднявшись на огромный «Боинг-747», она уже не смотрела в сторону оставленного ею города — ее ждала другая жизнь и совсем другие перспективы.

8

На следующий день после окончания бракоразводного процесса Антуан Лану сидел в своем кабинете в полном одиночестве. На столе перед ним стояла открытая бутылка коньяка «Хеннесси». Итак, теперь он свободный человек — Ингрид ушла к другому. Правда, он стал намного беднее, но, в конце концов, он еще молод и свое наверстает. Главное, найти Николь. И тогда перед ним раскроются новые горизонты.

А сейчас, без Николь, ему не хотелось ничего. Просто забыться за порцией коньяка.

Раздался негромкий стук в дверь. В кабинет заглянул Патрик О'Коннор.

— Шеф, я пришел объявить о своем уходе, — с порога выдохнул он. — Я получил приглашение на работу в штаб-квартиру Евросоюза в Брюсселе. Так что извини, старина, я тоже ухожу.

Реакция Антуана ирландца поразила.

— Я рад за тебя, дружище, — встав из-за стола, похлопал его по плечу Антуан. — Евросоюз — богатая организация. Ты сможешь экспериментировать там на кухне, сколько твоей душе угодно. И, уверен, скоро ты станешь гордостью всей Европы, а не только нашего города. Искренне рад за тебя!

Лицо Патрика залил багровый румянец. Впервые в жизни он казался смущенным.

— Я пришел сюда, чтобы наговорить тебе гадостей, Антуан, — хрипло произнес он. — Мол, ты неудачник, и поэтому жена ушла от тебя, а теперь и я ухожу. Хотел сказать, что мне по пути только с теми, кто прет вперед как танк, а ты, мол, Антуан, слабак. Я был не прав. Ты, Антуан, оказался рыцарем. Благородным рыцарем. Может быть, единственным во Франции. Прости меня, если можешь… — И он выбежал из кабинета своего уже бывшего шефа.

Невероятно, но Патрика, этого циничного от природы человека, душил стыд. Еще бы, в свое время Антуан дал ему работу и поддерживал во всех начинаниях и в конце концов сделал настоящей знаменитостью Бордо. А он отблагодарил шефа по-своему: стал любовником его жены и они вместе надругались над Николь. Но разве он мог признаться Антуану в этом? Сказать: я подлец, Антуан. Нет, это невозможно. Как невозможно признаться, что Ингрид стала женой южноафриканца в основном потому, что Патрик снабжал ее афродизиаками, которые она ловко подмешивала тому в еду и питье. И бедняга вообразил, что только любовь Ингрид превратила его в гиганта секса.

С ужасом вспоминал О'Коннор сцену, когда перед отъездом в ЮАР встретился с Ингрид. Та потребовала, чтобы он отдал ей все травы и корешки, доставшиеся ему от бабки. Она собиралась потчевать ими своего нового супруга и в ЮАР, чтобы привязать к себе навсегда.

Патрик хотел было отказаться, но Ингрид Начала угрожать:

— Тогда я все расскажу Антуану. А ты понимаешь, дружок, что это означает для тебя.

О, как ненавидел ирландец Ингрид в это мгновение! Была бы его воля, он бы задушил эту ненасытную стерву. Но на тот момент он был человеком, который всецело зависел от нее. Поэтому просто молча полез в старинный сундучок и, вытащив оттуда заветный бабкин мешочек, протянул его Ингрид со словами:

— Больше у меня ничего нет. Но учти: я не знаю, что будет с Рейсдалом, когда травы моей бабки закончатся. Твой муж может превратиться в инвалида или даже умереть. Я не хочу быть виновником его смерти. Предупреждаю тебя: если ты не будешь знать меры и с Рейсдалом случится беда, то его смерть будет только на твоей совести, не на моей.

Ингрид засмеялась:

— Ты глуп, ирландец. Если это случится, я просто стану очень богатой вдовой. И смогу заняться поисками новой жертвы! Прочь отсюда! Теперь ты мне больше не нужен.

Получив приглашение переехать на работу в Брюссель, Патрик подумал: теперь мне все равно. У меня в Бельгии начинается новая жизнь и карьера. Прощай, Ингрид, навеки. Я ничего не расскажу Антуану о тебе. Надеюсь, и ты не проболтаешься обо мне.